Стража - Алексей Гришин

***

– Ты еще не устал повторять одно и то же? – спросила по радиосвязи Элен.

– Рано или поздно они должны будут ответить, – отозвался Рейн, – Или хоть как-то отреагировать. Надеюсь, они хотя бы не начнут стрелять, едва нас завидев.

– При условии, что они слышат твое обращение. Иначе ответом может стать снаряд в бок. Не боишься такого исхода?

– Я больше уже ничего не боюсь.

Два Стража быстро двигались через предгорья, к востоку от хребта Сьерра-Невада. Пилотам пришлось выжимать из машин все, на что они были способны, перегретые сервомоторы протестующее взвывали, когда Стражи, зарываясь ногами в россыпи гравия, преодолевали крутой подъем. Рейн на ходу еще и зачитывал обращение по радио.

Три часа назад Рейн успел обыскать жилую часть комплекса, но никого не нашел. В коридоре возле комнаты Валентайна все еще оставались подсохшие пятна крови, которые никто не удосужился замыть, но Рейн мог лишь предполагать, что тут произошло.

Вернувшись к своему Стражу, Рейн занял место в кабине и стал терпеливо ждать возвращения Элен, встав возле выхода из полуразрушенного здания, как часовой. Он из всех сил гнал прочь мысли о том, что никогда больше не увидит Элен, но с каждой проходящей минутой все четче осознавал – с ней что-то случилось. Либо она напоролась на вооруженную охрану, либо застряла в обесточенном лифте… Или просто не в силах вернуться, сломленная и убитая отчаянием.

В тот самый момент, когда Рейн уже готов был отправиться вниз, Элен возникла в темном проеме входа. Она, шатаясь, выбралась наружу и остановилась, прикрывая глаза от слепящего солнца ладонью.

Рейн поспешно опустил кабину Стража к земле, спрыгнул и помчался навстречу Элен. Он с тревогой заметил окровавленную повязку на ее плече, новые пятна крови и грязи на одежде. Но главное – она была жива. Заключив Элен в крепкие объятия, Рейн покрыл поцелуями ее чумазое лицо.

– Где же ты пропадала?! – воскликнул он в радостном негодовании, – Я уж думал, придется спускаться за тобой! Я боялся, что тебя убьют!

– Ну, еще чего, – Элен слегка сморщилась, когда Рейн задел ее плечо, но тут же сделала вид, что рана ее совершенно не беспокоит, – Я уже взрослая девочка, сама кого угодно замочу, так что нечего меня опекать. Рейн, я тоже безумно рада тебя видеть, но если ты меня не отпустишь – я задохнусь в твоих объятиях.

– Ты ранена? – Рейн поспешно разжал руки.

– Это просто царапина. Но вымоталась до предела. Вижу, ты не нашел Валентайна живым?

– Увы, нет. Скорее всего, он погиб.

– Значит, из всей команды остались только мы. Лоуренс, Мэй, Келли, Валентайн… Никого больше нет, – с горечью произнесла Элен, – Знаешь, Рейн, что меня больше всего убивает? Когда все это кончится, как бы оно ни кончилось, никто даже не вспомнит о них. Никто не будет их оплакивать, никто не узнает, где их могилы… Да и могил-то нет… Они просто сгинули без следа… – Элен всхлипнула.

– Это не так, – Рейн снова осторожно обнял Элен за плечи, – Пока мы живы – мы будем помнить о наших друзьях. И мы сможем сохранить эту память, если выживем. В этом и будет наш долг, хорошо? Мы не сдадимся и не проиграем, обещаю.

Немного передохнув и придя в себя, Элен рассказала Рейну о просьбе президента вступить в переговоры с русскими. Как и предполагал Блэквуд, Рейн не мог отказаться от этой дипломатической миссии. Разве мог он равнодушно отмахнуться от единственной возможности предотвратить многие тысячи невинных жертв? Блэквуд знал ответ. И Элен тоже не сомневалась, что Рейн примет решение идти наперерез отряду русских повстанцев.

С тех пор минуло три часа. Рейн и Элен без остановок и отдыха гнали Стражей на север, не жалея ни технику ни себя, надеясь успеть до того, как президент Соединенных Штатов отдаст приказ, и взрыв ядерных бомб накроет запад страны облаком радиоактивной пыли.

Элен не решилась рассказать Рейну правду о том, что произошло в Амстердаме в тот день, когда погибли его родители. Хотя она не думала, что эти новости могут повлиять на его решение, Элен понимала, как Рейн утомлен и измотан. А ведь ему еще предстояла нелегкая миссия с непредсказуемым исходом. Не стоило его волновать лишний раз. Может быть, позже…

***

– Вызываю русского командира… – Рейн закашлялся, не закончив фразу. В горле пересохло.

– Может, хватит уже? – сказала Элен, – Если бы они хотели ответить, то уже давно ответили бы.

– Но если мы не добьемся от них согласия на переговоры – нас могут атаковать в любую минуту.

Элен бросила взгляд на экран радара и вздрогнула.

– Ты накаркал, Рейн.

– Что такое?

– Посмотри на радар.

– Мой радар вышел из строя во время последней схватки. Так же как система наведения ракет и бог знает что еще.

– Две воздушные цели, – сказала Элен, – Приближаются с запада, дистанция двадцать миль и быстро сокращается. Они летят прямо на нас! Они знают, где мы! Наводятся по радиосигналу. Вот тебе и ответ от русских!

– Может, это американские самолеты?

– Летящие со стороны побережья, захваченного врагами?

– Проклятье! Элен, у тебя-то ракеты есть?

– Ракеты есть, толку от них нет – крышку контейнера заклинило. Если я попытаюсь выстрелить, они взорвутся прямо у меня над головой, – ответила Элен, – Попробуй обратиться к ним по радио, может, они хотят только выяснить – кто мы такие.

Рейн послушно зачитал свое радиообращение еще раз, добавив пару фраз специально для пилотов истребителей. Вместо ответа в эфире послышались голоса русских летчиков:

– Kasatka dva, eto Kasatka odin. Viju dve boevye mashiny. Zdorovye gromadiny, vrode nashih Titanov. Zahodim na cel', atakuem s distancii