Фонд - Дмитрий Ромов

— Это Екатерина попросила тебя сделать? — прищурилась стерва Женя и посмотрела на свою подругу.

Но Катя пропустила вопрос. Она поставила локти на стол и массировала себе виски.

— Какая разница, просила или нет? — пожал я плечами. — О чём мы сейчас говорим, теряя драгоценное время? Считайте, это кровь невинных жертв взывает ко мне и требует справедливости. Это жертвы Никитоса меня попросили.

— Ладно, — кивнула она. — Просто, чтобы всем было понятно и у нас не оставалось никаких разночтений. Каждая работа требует оплаты, и я хочу понимать, вы уже договаривались с Катей о какой-то оплате твоих услуг, которых как я поняла она у тебя не просила?

Женя начинала меня конкретно бесить. Она явно копала не там, где был спрятан клад. С одной стороны, это характеризовало её, как хорошую подругу и профессионала, но я раздражался сильнее и сильнее.

— Нет, — сдерживая себя, чтобы не ляпнуть что-то едкое, ответил я. — Мы не договаривались ни о какой оплате.

— Интересно… Очень интересно…

Женя хмыкнула и посмотрела на меня, как на афериста, пытающегося всех тут развести на хорошие бабки. Я вздохнул, но взял себя в руки.

— Я не претендую ни на какую оплату, — спокойно сказал я. — За идею готов работать.

— Любопытно, — с видом и понимающей гримасой психиатра, беседующего с Наполеоном, кивнула Женька.

Сейчас она сделалась поразительно похожей на Де Ниро с его поднятыми бровями, хитро-подозрительным взглядом и поджатыми губами.

— Ты извини, Сергей. Ты человек молодой и… как бы сказать… ты ведь даже не имеешь юридического права подписи. Ну в смысле…

— Да, я понимаю, понимаю. Я в курсе. Но мне пока ничего и не надо подписывать.

— Просто твоё активное участие в этом деле вызывает у меня серьёзные вопросы. Поэтому я буду говорить прямо и откровенно, хорошо? Всё что думаю, ладно?

— Да, я именно на это и рассчитываю, — с трудом скрывая недовольство, ответил я. — Поэтому, зная отношение Кати к вам, и решил что вам мы можем довериться.

— Ты решил? А Катя что решила? Катюш!

— Да-да, — рассеянно кивнула та, напряжённо прокручивая в голове тревожные мысли. — Мы никаких подробностей не обсуждали, но в принципе я согласна с Сергеем… Честно говоря… я ведь до этого дня даже и не знала, что эти документы находятся у него. Да вообще, даже и не подозревала о их существовании и собственной причастности к этим делам… к собственности…

— Вот как? — покачала головой Женя. — И как это понимать?

Чуть наклонив голову, она пристально уставилась на меня.

— Ну, понимать это очень просто, — пожал я плечами. — Объясню с самого начала до точки, в которой мы находимся сейчас. Существует такой парень, Никитос. Это он собрал все эти богатства в одну большую корзину. Грабил, убивал, подкупал, отбирал у слабых, но так или иначе, сколотил неслабое состояние. А оформил он всё имущество не на себя, а на свою бывшую сожительницу.

— Так, — нахмурилась Женя. — Давай-ка полегче.

— Вот вам и «так». А сейчас сложилась такая ситуация, когда Никитос не имеет реальной возможности управлять всем этим добром, записанным на Катю, а его подельники, все эти разбойники, воры, уроды хотят заграбастать добро себе. Почти как в американском боевике, но с родной спецификой.

Женя буравила меня взглядом.

— И? — помолчав, кивнула она. — И как вы оба видите эту ситуацию? Вернее, выход из этой ситуации?

— Да собственно, — пожал я плечами, — ничего особенно сложного здесь нет. Но предстоит проделать много технической работы. Для этого нужен адвокат, которому можно доверять, который, вернее, которая считается близкой подругой.

— Продолжай по существу, пожалуйста. Мы тебя внимательно слушаем…

— Я думаю, в первую очередь следует продать компанию «Зеус Оверсиз», — сказал я.

— Что это за компания? Я ещё пока не разобралась и плохо ориентируюсь во всём этом.

Она сделала брезгливое лицо и дотронулась до пачки бумаг, как до чего-то отвратительного.

— Эта компания является акционером другой компании, зарегистрированной в России, и владеет третью частью её акций. Речь идёт об очень крупной конторе, называемой «РФПК Инвест».

Катя поёжилась и обхватила себя за локти.

— «РФПК Инвест» скупает недвижимость, в основном коммерческую, хотя и элитную жилую тоже, а ещё промышленные предприятия. Ну, собственно, эксплуатирует получая доходы от эксплуатации предприятий и от сдачи в аренду недвижимости, что-то продаёт что-то подкупает.

Женя не сводила с меня глаз, а Катю, казалось, пожирали собственные мысли.

— В общем, это очень богатая фирма. У неё огромная собственность, как в рамках Верхотомской области так и в других частях России. У них достаточно много курортной недвижимости в Краснодарском крае и в Крыму. Ну, естественно, как вы понимаете, есть куча цементных заводов, которые были захвачены в своё время.

— Что за своё время?

— Время массовых рейдерских захватов. Более тридцати лет назад.

— Продолжай…

— Продать на открытом рынке даже треть компании «РФПК Инвест» не представляется возможным. Очень сомнительно, что на рынке прямо сейчас найдётся игрок, у которого есть такое количество свободных денег да и желания приобрести третью часть этой собственности.

Женя кашлянула.

— Ну и, помимо этих чисто экономических соображений, вы понимаете, что остальные владельцы долей «РФПК Инвест» костьми лягут, но не допустят совершения этой сделки. Будут запугивать, угрожать и применять силу. Первое, они попытаются — отжать эту долю себе. Второе, постараются, по возможности, поменять владельца «Зеус Оверсиз».

— Что значит, поменять владельца?

— А как вы думаете, что значит поменять владельца? Сейчас владелец единоличный — это Катя. Если посмотреть на Катиных наследников, что мы увидим? Один несовершеннолетний, вторая в общем-то ни во что лезть не будет, скорее всего. Это значит, что с ними договориться будет очень и очень несложно. Достаточно будет чуть припугнуть, дать немножко денег, пообещать прекрасное будущее и всё, можно выкупить долю очень-очень дёшево. Поэтому Катя находится в уязвимом положении. Для бандитов она хуже.

Женя перевела взгляд на Катю и пожевала губу.

— Твою мать, — сказала она тихонько. — Твою мать… А