Возвращение. Часть I - Даниил Корнаков

— Я вспомнил его только потому, что Эйгирсон избил его до полусмерти, месяца за три до убийства. Парень был на волоске…

Неожиданно Матвей почувствовал, как его челюсть, руки и ноги коснулись тысячи иголок. Волосы на голове встали дыбом, а шеи коснулся холодок.

— Боже… — выдавил он, едва не потеряв равновесие от внезапного головокружения. — Ну конечно же, как я сразу не подумал⁈

— Что? — Дэн перехватил его взгляд. — Что с тобой? Ты весь побелел как…

Матвей взял Дэна за плечи.

— Лейгур рассказывал мне о нём. О Шоне, — выговорил он с трудом; дыхание перехватило, и каждое слово отзывалось странной, почти приятной болью под горлом. — Он тогда избил его не просто так! Шон Брэди сам предложил ему разобраться с Вульфом. Да, именно так и сказал, когда узнал, что между ними был конфликт! Хотел подзаработать, вот и предложил прикончить Вульфа. А Лейгур в ответ — врезал ему в морду.

Матвей почувствовал, как слова летят из его рта быстрее мыслей.

— Когда Шон пришёл в себя? — спросил он. — После того, как его избил Лейгур?

Дэн коснулся кончика бороды, задумался и затем к собственному для себя же удивлению сообщил:

— Я могу ошибаться, но, кажется, спустя три месяца…

Матвей громко щелкнул пальцем.

— Вот оно! Шон выздоровел и решил расквитаться с Эйгирсоном, подставить его, а заодно забрать эту подвеску, о которой говорила Хелен. Он знал о его прошлых дрязгах с Вульфом, потому и убил его, прекрасно зная, что вину свалят на Лейгура. Сам подумай, Дэн! Запах ворвани, о которой говорил Тео, желание вернуть эту подвеску, мотив… всё сходится!

Высказанная теория явно поймала Дэна на крючок, однако всё его нутро выражало слабый намёк на сопротивление.

— Допустим, Шон Брэди действительно убил Вульфа и его дочь. — Сомнение слышалось не только в его голосе, но и в движениях. — Тогда какого чёрта Эйгирсон делал там?

Матвей развёл руками, пока его ум подыскивал надлежащий ответ на возражение шерифа.

— Я не знаю… — глазами он растерянно забегал по земле, — Может… Шон заманил его туда под каким-нибудь предлогом? От имени Вульфа предложил Лейгуру встретиться в определенное время, а затем захлопнул ловушку в подходящий момент?

Дэн не сдавался:

— Нет, что-то здесь не сходится… — Он отвернулся, его лоб собрался в складки. Проходящий мимо макмердовец махнул им рукой, но его приветствие осталось для них обоих незамеченным. — Даже если это действительно дело рук Шона, одного запаха ворвани и долга в качестве подвески не хватит для снятия вины с Эйгирсона. Ты это понимаешь?

— Понимаю, — ответил Матвей.

Оба они замолчали, погрузившись в глубокие раздумья.

— Мы поговорим с ним, с Шоном, — мрачно пробормотал Матвей, встав рядом с Дэном. — Поговорим и заставим его сознаться в содеянном.

Глава 16

Чистосердечное признание

Зелёные цифры на часах ваттбраслета Дэна сменялись предательски быстро. Матвей был готов поклясться, ещё мгновение назад они показывали полпятого, а теперь — он и глазом моргнуть не успел, — сменились на отметку в семь.

— У тебя часы случаем не спешат? — спросил Матвей, нервно подёргивая ногой.

Дэн отвлёкся от размышлений.

— Что? Ты что-то сказал?

Матвей тряхнул головой.

— Неважно.

Вдвоём они стояли возле причала, грея озябшие руки над пламенем, вырывающимся из металлической бочки. В животах приятно урчало от съеденной горячей ухи и выпитого чая в забегаловке неподалёку.

Последние несколько часов они почти не разговаривали, и лишь молча плелись друг с другом, как парочка бродячих псов, каждый у себя на уме. Вместе перекусили, дошли до порта, отыскали эту бочку, ещё раз уточнили у местных работников, когда именно прибудет нужно им судно. Пообщавшись с местным логистом, выяснили, что им очень повезло, поскольку китобойцы возвращались после недельного рейда в море Росса. Прибудь они хоть на день позже, Лейгура уже было бы не спасти.

Теперь оставалось лишь ждать и надеется, что судно прибудет в срок.

Матвей не мог найти себе места. Всё его тело охватило возбуждение от желания как можно скорее покончить со всем этим, вытащить своего друга из тюрьмы и отправиться в путь.

— Так значит… — Дэн закрыл кулаком вырвавшуюся изо рта отрыжку. — Где, говоришь, ты был всё это время?

Вспышка интереса старого друга к его персоне приятно удивила Матвея, и всё же он не торопился отвечать ему: всё ещё злился за подлый удар в грудь.

— Да так, много где, — нехотя бросил Матвей и зацепился взглядом за тонкое облако, формой похожее на кастрюлю. И ему вдруг снова захотелось порции той горячей ухи.

Мозолистые руки Дэна зашуршали от трения. От горячей волны на его бородке образовались блестящие капельки тающего инея.

— Ну и не говори, если не хочешь, — хмыкнул он. — Чего я, заставлять тебя что ли буду?

Матвей отвернулся, скрывая прилипшую к лицу ухмылку. Ведь голос Дэна так и кричал от любопытства! Получилось-таки пробить брешь в его стене с названием «Обида».

— На Захваченных Землях, — всё так же с нарочным безразличием ответил Матвей.

Дэн фыркнул.

— Это-то мне и так понятно. Не за тем же ты Эйгирсона похитил, чтоб с ним порыбачить? Куда именно на Захваченные Земли?

Матвей намеренно выдержал несколько секунд молчания.

— Европейская часть России, Москва, Санкт-Петербург…

— И что вы там делали?

— Спасали научную экспедицию.

Дэн задумчиво хмыкнул.

— И как? Спасли?

— Не всех.

Шериф снова помолчал.

Мимо прошелся макмердовский охранник, обвёл их недоверчивым взглядом, и поднялся на борт одного из причаленных кораблей.

— А зимовали где? — Дэн отхаркнулся, вытер ладонью рот. — На «Палмере» небось?

— Нет, — с ледяной ноткой ответил Матвей. Ничего скрывать от Дэна он не собирался, а потому ответил честно: — Некоторое время на севере России, потом на Шпицбергене, в городке Лонгйир.

Реакция Дэна не заставила себя ждать. Он хохотнул и быстро покачал головой.

— Ага, Шпицберген… Север России… — Он потёр подбородок и слегка пихнул локтем его в ребра. — А я тебе не рассказывал, что на самом деле я зимовал не в этой дыре, а в Африке, на берегу Мадагаскара?

Матвей посмотрел на него и заметил, как улыбка с худого лица стала медленно угасать. Поняв всё без слов,