Ковчег изгоев - Лариса Куницына

При свете костра стало видно, что Таро горит в лихорадке. Джулиан уложил его на мгновенно освобожденный Мангустом матрас и вытащил из поставленной рядом сумки инъектор. Зарядив в него капсулу с жёлтой жидкостью, он поднёс инъектор к шее Таро.

— Что происходит? — подошёл к нему Дакоста.

— Кто надел ему на руку биокорректор? — хрипло прорычал Джулиан, продолжая какие-то манипуляции с уже неподвижным телом.

— Я… Ему стало плохо, и я подумал…

— Неужели? — Джулиан поднял голову и с яростью взглянул на мальтийца. — Вы сделали это, подумав? А вы не подумали сперва исследовать его кровь и убедиться, что вы не простимулируете этим прибором что-нибудь другое?

— Но вы ж не делали анализ крови Мангуста… — растерянно пробормотал Дакоста.

Джулиан снова занялся своими инструментами. Его руки двигались быстро и ловко, как будто имели свой разум или были запрограммированы, как самые совершенные автоматы.

— Я знаю медицинскую карту Мангуста наизусть, — произнёс он, прилагая максимум усилий, чтоб успокоиться. — И я знаю, что он молодой, здоровый и сильный мужчина, который ведёт правильный образ жизни, чему его научили во флоте. А эти люди прожили здесь четырнадцать лет в ужасных условиях, питаясь, чёрт знает, чем… Их организмы зашлакованы. У пациента, несмотря на врождённый иммунитет и встроенный регенерационный механизм, налицо признаки старения. Его нельзя лечить так же, как нас. У него обширная гематома, повреждение кровеносной системы, а вы ещё больше усугубили проблему, заставив ткани начать выброс засевших в них токсинов.

— Простите, — проговорил побелевший, как полотно, Дакоста. — Я хотел как лучше…

— Верю… — ответил Джулиан.

Полчаса в пещере было тихо, все молча следили за быстрыми руками Джулиана: мы с тревогой, а товарищи Таро — с какой-то усталой обречённостью.

Наконец он опустился на пятки и расслабил плечи. Таро лежал неподвижно, но жар начал спадать.

— Ну? — спросила я, и мой голос прозвучал испуганно.

Джулиан взглянул на меня.

— Возможно, мы отыграли немного времени, но этого мало. Его нужно доставить на «Пилигрим». Нужен регенерационный раствор, чистка организма, возможно даже фильтрация крови.

— Сколько у нас времени?

Он снова взглянул на Таро.

— От нескольких часов до нескольких суток. К утру станет ясно. Но если мы не вернёмся на баркентину в ближайшее время, я уже ничего не смогу сделать.

К утру Таро пришёл в себя. Его кожа приобрела желтоватый оттенок, но он чувствовал себя немного лучше. Джулиан снова провёл полное сканирование и скорректировал лечение.

— У нас есть несколько суток, — сообщил он, — но чем скорее мы доставим его на звездолёт, тем лучше.

— Ему можно есть? — спросила Долорес, разрезая остатки вчерашней антилопы.

— Нет, только чистая вода, как можно больше. Все питательные вещества будем вводить внутривенно.

Она с сочувствием посмотрела на Таро, и у него на губах мелькнуло что-то похожее на усмешку. Он перевёл взгляд на меня.

— Если всё дело во мне, то можешь не торопиться. Лучше всё по-хорошему продумать и действовать наверняка.

— Да, а торопливость хороша при ловле блох, — кивнула я. — Мне именно твоего разрешения не хватало для начала разработки долгосрочных планов.

— Моя жизнь не стоит таких жертв.

— Любая стоит, и твоя не хуже остальных. Ты же поисковик, и знаешь наши принципы. Мы ни для кого не делаем исключений.

Он усмехнулся уже явно.

— Не думал, что напоследок окажусь в роли спасаемого тобой.

— Тебя это унижает, самурай? — фыркнула я, — Ничего, ты присоединяешься к славной когорте.

— И вы что, всю жизнь так? — поинтересовался Хок, играя со своим грязным шерстяным шаром, из которого опять высовывались кверху четыре толстые меховые лапы с растопыренными пальчиками.

— Это ещё, что… — пробормотал Таро. — Что она устраивала на совещаниях подразделения…

— Я не стану отвечать, — пожала плечами я. — Жалобы — это признак слабости. Я подожду, пока ты оклемаешься…

— Может, вернёмся к нашей теме? — поинтересовался Мангуст. — Как мы попадём на «Пилигрим»?

— Надеюсь, с вашей помощью, — ответила я. — Как вы себя чувствуете?

— Хорошо. Уже настолько, что вот-вот буду готов поблагодарить доктора за помощь…

— Не напрягайтесь, — попросил Джулиан.

— Мы имеем баркентину, — проговорил Хок, — которая лежит на блюдечке с голубой каёмочкой. Вокруг километры свободного пространства, которое прекрасно просматривается и простреливается со звездолёта. Наверху висит наблюдательный спутник, который ещё больше снижает возможности для скрытого проникновения на корабль.

— Спутник можно сбить, — снова предложил Белый Волк. — С помощью браслетов отрубить всю автоматику на звездолёте и взять его штурмом.

— Нас двенадцать человек, — напомнила я. — Двое пока не в строю…

— Спасибо за деликатную формулировку, — кивнул Таро.

— Пожалуйста, — вежливо ответила я. — Люки можно задраить вручную, обрубив приводы управления. Корпус цельнолитой из тиртанской стали. Пока мы будем прыгать вокруг, они налетят и сделают из нас рагу по-ирландски.

— А если переместить звездолёт в другое место? — спросил Хок.

— А смысл? Они его отследят без труда и моментом пригонят эскадрилью «махартов» и пару транспортных катеров с белобрысыми командос.

— И что, выхода нет?

— Есть, просто пока я его не нашла. Может, потому что у нас не хватает информации. Нужно слетать на разведку, осмотреться, подыскать подходящее место и перебазироваться туда, чтоб быть рядом.

— Я слетаю, — поднялся Белый Волк. — Если я открыто буду бегать там, никто ничего не заподозрит.

— Смотри, чтоб не подстрелили, — бросил Мангуст. — Твоя шкура будет слишком хорошо смотреться на плечах Белого Жреца.

— Вечная проблема… — вздохнул старший стрелок.

— Возьмите мой «грум», — проговорила я, доставая планшет. — Он надёжнее. Посмотрите на карту. Вот это степь, а вот координаты баркентины. К ней не суйтесь. Осмотрите вот эту горную гряду, может, найдёте подходящее место для базы. Отсюда до баркентины ближе всего.

— Но нужно выяснить, что происходит вокруг.

Я покачала головой.

— Незачем рисковать. Когда будем ближе, просто подключимся к спутнику, и всё будет как на ладони…

Меня прервал смех Таро.

— Я сказала что-то смешное? — поинтересовалась я.

— Нет, но именно сейчас я понял, что это действительно ты. Эта твоя манера превращать лимон в лимонад. Вот уже и спутник пригодился.