Фонд - Дмитрий Ромов

— Ладно, — пожал я плечами и вздохнул, — ты прав, брат. Ты прав.

— Короче, считай, что я тебе сказал. Делай, что велел Сашко. Ты меня понял?

В этот момент на горизонте появилась Медуза. Она шла торопливо, оглядывалась по сторонам и выстукивала нервный ритм каблуками.

— Краснов! — воскликнула она, заметив меня. — Вот ты где! Ну-ка быстро ко мне в кабинет!

— Что случилось, Лидия Игоревна?

— Давай-давай, без разговоров! Быстро в кабинет!

— Ладно, Княже, я тебя услышал, — бросил я Жану. — Надеюсь, и ты меня тоже.

— Хватит, хватит тут! — недовольно воскликнула Митусова. — Бегом, я сказала.

— Что за спешка такая, Лидия Игоревна? — усмехнулся я, двигая за ней. — Мы же не блох ловим?

Мы зашли в кабинет, и я увидел Нюткина. Он сидел на стуле перед столом и напряжённо размышлял, уставившись на большие, практически вокзальные, часы. Цак-цак-цак, отстранённо и недобро щёлкали они.

Увидев меня, Нюткин кивнул и попросил Медузу погулять. Я чуть не заржал, заметив обиженное выражение лица, с которым она встретила эту просьбу.

— Это становится доброй традицией, — усмехнулся я. — Давид Михайлович, вы, кстати, не хотите взять шефство над нашей школой? Вернее, уже лицеем.

— Буквально на одну минуточку, — кивнул Нюткин Медузе.

Она резко повернулась и, тщетно пытаясь скрыть досаду и недовольство, вышла из собственного кабинета. Гуляй, Вася.

— Да, умеете вы оказывать влияние на женщин, да ещё и таких строптивых, — подмигнул я.

— Давай без шуточек, — покачал он головой.

— Ладно, говорите, слушаю вас.

Я обошёл стол и уселся в кресло Медузы. Откинулся на спинку, сложил на животе руки и улыбнулся:

— Кстати, вы действительно думаете, что здесь безопасно говорить? Я уверен, тут разбросано столько жучков, что вам и не снилось.

— А мы же никаких секретов и не обсуждаем, — немного испуганно и поспешно ответил Нюткин.

Мне показалось, что от моих слов ему сделалось неуютно. Он немного втянул голову в плечи и несколько раз бросил взгляд в разные части кабинета.

— Никаких секретов.

— Хорошо. И что же вас, в таком случае, интересует, кроме денег? — усмехнулся я. — Социальное положение, слава? Для чего вы пришли? Неужели хотите, чтобы я вам отдал щегловские документы?

— А они у тебя? — моментально оживился он и жадно сверкнул глазами.

Ох, уж эти охотники за сокровищами.

— Даже если бы были у меня, — широко улыбнулся я, — как бы они могли помочь именно вам? Ну, допустим, ваш шеф мог бы постараться переписать на себя часть имущества или взять каким-то образом в доверительное управление, да?

— О чём ты говоришь? — нервно воскликнул Нюткин.

Но я, не обращая внимания на его неудобство, продолжил:

— Лично вы на что могли бы рассчитывать? Ведь они же оформлены на другое лицо. Вы что, хотели бы, чтобы именно вам доверили заниматься юридическим сопровождением?

Он непроизвольно чуть пожал плечами.

— Что дальше? — продолжил я.

— Так они у тебя или нет? — нетерпеливо воскликнул он.

— Нет, конечно, — пожал я плечами. — Я ведь просто школьник. У меня-то им каким образом взяться?

— Да вот не просто школьник, судя по всему, — покачал головой Нюткин. — «Просто школьники» из твоего социального слоя по выходным в Дубай не летают.

— Правда? — протянул я.

— Правда, — недовольно ответил он.

— Вы-то откуда знаете?

— Имеем инструменты, чтобы отслеживать перемещения некоторых людей.

— Да нет. Я спрашиваю про школьников моего слоя.

— Прекрати паясничать.

— А я и не паясничаю. Вы мне нравитесь, Давид Михайлович. Вы человек не злой, открытый и, в общем-то, вызываете определённую симпатию, хоть и склонны к перееданию. Но только я не могу понять, зачем вы ко мне ходите? Чем я-то могу вам помочь? Кстати, хотите панегирик в центральной прессе? Живой, неказённый, дающий чувство объёма и реального движения вперёд, целеустремлённости. Такой, чтоб все поняли, Нюткин — голова.

— Можно, — ухмыльнулся он. — Правда, я это и сам мог бы организовать.

— Ну вы мне тогда составьте список своих побед и положительных качеств, а я попробую это всё продавить.

— Да-да-да-да-да, — саркастически ухмыльнулся Нюткин.

— Не верите? — улыбнулся я. — Слушайте, у меня вопрос.

— Давай без вопросов. Вопросы вроде бы здесь задаю я.

— Да ладно вам, скажите, вы можете мне помочь перевести земельный участок? Надо поменять его целевое назначение. Сейчас там лес, а нужно сделать пригодным для индивидуальной застройки.

— А ты не слишком наглеешь? — воскликнул Нюткин. — Я думаю, тебе проще будет найти щегловские бумажки, чем мне выполнить твою просьбу.

— После статьи поговорим, да? — хмыкнул я. — Или после серии статей.

— Каких статей? Ну, не уголовного же кодекса. Статей, в центральных средствах массовой информации.

— Ты лучше скажи мне, где искать документы, — покачал головой Нюткин, стараясь выглядеть строго и важно.

Но по его поплывшему взгляду я понял, что мысль его унеслась в сторону. Возможно, он начал прикидывать, как именно ему могли бы помочь публикации в центральной прессе.

— После статьи поговорим, да? — подмигнул я. — Или после серии статей?

— Давай не будем отходить от главной темы нашего диспута.

— Давайте, — согласился я. — Кстати, Давид Михайлович, вы же можете, например, надавить на Никитоса и попытаться применить свои гипнотические возможности, чтобы доискаться правды.

— Уж давили, — разочарованно кивнул Нюткин. — Говорит, что у него их украли.

— Ну а что может простой школьник? — всплеснул я руками.

— Подумай! — с напором воскликнул Нюткин. — Подумай. Я единственная сторона, которая сможет тебя защитить от хищников.

— Каких хищников? — уточнил я.

— Тех самых, которые тебя неминуемо сожрут.

— Ну, вообще-то, защиту-то мне есть где искать, — пожал я плечами. — У Лещикова, например, зять нардеп.

— Да мой шеф его на куски порвёт, — усмехнулся Нюткин, — нардепа твоего.

— Давайте только не будем мериться шефами, — засмеялся я.

— Мне нужна информация, вот и всё, — покачал он головой и поднялся на ноги. — И я хочу, чтобы ты поделился ей со мной, а не