Тень ингениума - Алексей Пехов

– Я бы предпочел остаться. Возможно, моя помощь понадобится миледи Уитфорд. Разумеется, если нет возражений с вашей стороны.

– Нет. – Он быстро посмотрел на Мюр. – Мы не ожидаем никакого сопротивления, гарнизон и вся охрана на нашей стороне. Думаю, риски минимальны, но хорошо, если вы и ваши таланты окажетесь рядом.

Я не стал говорить ему, что не смогу воспользоваться ингениумом без риска отправиться на тот свет.

– Я иду с вами, Уилбур, – проронила Мюр, уже сменившая торжественный наряд на свою обычную одежду.

– Извольте. Но вам придется надеть нагрудник. На всякий случай. Йорки, найди подходящий вариант для миледи. Право, моя дорогая, не думаю, что это мероприятие вас чем-то обрадует. Оно скучно и обыденно до зевоты. Почти все люди во дворце на нашей стороне, никакого сопротивления не ожидается. Проблемы возникнут лишь с командующим полком, расквартированным в Ветродуе, и его людьми, он целиком за Мергена, с несколькими семьями, занимающимися моторией, и их личной охраной, а также четырьмя членами правительства из одиннадцати. Нам же – просто надо пройти коридорами и добраться до покоев Мергена. Без крови. Дыма. И стрельбы.

– Вы арестуете его? – спросила Мюр.

– Буду с вами честен, дорогая. Никаких арестов и судов не будет. Суды – это очень утомительная трата времени. Они покажут нашу слабость, дадут возможность ошеломленным сторонникам Мергена подготовиться, а некоторым странам предоставят шанс не признавать нас с вами законными правителями Риерты. Начнутся долгие дипломатические вальсы, они будут требовать выгодные условия для себя, мы потеряем позиции и влияние. Люди вокруг нас пострадают куда сильнее, чем… просто исчезновение одного не самого хорошего человека.

– Что же. Я не стану возражать вам в этом вопросе.

Уитфорд довольно улыбнулся и отошел с Маклиди в другой конец караулки охраны, где мы ждали нужного сигнала.

– Осуждаешь меня? – спросила девушка.

– За то, что ты поддерживаешь смерть незнакомого мне человека? Мне плевать. Честно. Уже много раз говорил – не моя война и не мои враги. Я здесь только из-за тебя. Хочу убедиться, что все прошло хорошо, а после я уеду домой.

– Не думала, что плакальщики будут на моей стороне. Это так… дико. Видеть их послушными.

– Лишь до тех пор, пока вы контролируете антидот. Затем ручные псы снова станут дикими. Сейчас ты просто используешь их, как полезный инструмент, и я надеюсь, вы сможете удержать их на цепи. Для своего же блага.

– Я продолжаю считать их опасными. Такими же опасными, как контаги, которых следует уничтожить.

– Уничтожить? – Уилбур, направлявшийся к нам, услышал последнее слово. – Кого желает уничтожить моя дражайшая супруга кроме узурпатора?

– Мы говорили о контаги.

– Вы, должно быть, шутите, моя дорогая?

– Отнюдь.

– В нынешнем положении, когда благосостояние государства зависит от производства мотории, мы не можем избавиться от жителей Старой Академии. Во-первых, многие граждане из-за пропаганды газет Мергена и сфабрикованных докладов ученых Брайса продолжают считать, что контаги можно вылечить и вернуть им человеческий облик. Они надеются, что их сыновья, мужья, дочери и жены вернутся к ним. Вычисти мы сейчас этот район огнеметами, и нас возненавидят. Во-вторых, мы не можем отказаться от производства мотории и если поступим так, как вы предлагаете, то закончим, как ваш отец, миледи. Фабриканты, банкиры и семьи, которые нас поддержали, сразу же отвернутся. Лояльность большинства людей к своим правителям строится на возможности заработать деньги и взять немножечко больше власти, чем у них есть. Если мы лишим их прибыли, нас растопчут.

– Может быть, вы и «Город без контаги» не планируете отменять? – нехорошо прищурилась Мюр, но Уитфорд примиряюще улыбнулся, хотя глаза его оставались точно холодный металл.

– Дорогая жена, не кажется ли вам, что мы торопим события? Я обязательно обсужу с вами все важные для страны решения, но чуть позже. Давайте пока, сейчас, сосредоточимся на главной нашей с вами цели.

Не знаю, понимала ли она то, что он ничего не собирается с ней обсуждать. В любом случае Мюр решила не спорить об этом в столь неподходящее время.

– Как скажете, милорд. Но я хотела бы, чтобы вы выполнили свою часть обещания, насчет Айана и Белфоера.

– Конечно. Их содержат во дворце. Они будут освобождены, как только мы закончим. Вас это устраивает?

– У меня нет других вариантов, милорд.

Вернулся Йорки со стальной кирасой для нее, помог облачиться, и разговор прервался. Я старался ни во что не вмешиваться. Просто наблюдал за ними.

За нервничающей Мюр. За ее мужем, к которому то и дело подходили посыльные, передавая сообщения и слушая новые распоряжения. За Маклиди и его людьми – группой потертых жизнью, познавших вкус войны, закаленных смертями мужиков в обычной гражданской одежде. Их было больше двадцати, все с автоматическим современным оружием, подтянутых и собранных, словно сторожевые псы, готовые броситься на того, на кого укажет хозяин.

Когда в комнате появились два плакальщика, большинство отвлеклись от своих дел, а Йорки, бравший из ящика фосфорные ручные бомбы⁵⁴, буркнул, обращаясь ко мне:

– Тебя от них оторопь не берет, иностранец?

– Мне все равно. – Это было правдой. – С таким же успехом ты можешь бояться вот этих штук.

Я указал на цилиндры, которые он клал себе в подсумки.

– Ну, может быть. Но эти штуки ничего мне не сделают, пока я не выдерну чеку. А эти… Шеф доверяет нелюдям, а я как-то больше привык держаться от них подальше.

– Ну вот потому он шеф, а мы с тобой так и останемся исполнителями.

– Тоже верно, – усмехнулся Йорки.

Через несколько минут Уитфорд скомандовал:

– Выступаем!

Они с Мюр шли под охраной плакальщиков и людей Маклиди. Ворота во дворец открыли, гвардейцы на постах отдавали честь, пропуская отряды солдат и жандармов, рассредоточивающихся по коридорам и этажам. Слуги не показывались, сопротивления со стороны охраны, перешедшей на сторону заговорщиков – тоже, разумеется, не было.

Вот то, о чем я как-то говорил Мюр. Революция без крови.

Почти без крови. Но на такие мелочи не будут обращать внимания и постараются забыть. «Тиранов» убивать в бескровных революциях считается вполне себе правилом хорошего тона любого порядочного джентльмена.

Маклиди на ходу отправлял своих людей в смежные коридоры, и до роскошных дверей на четвертом этаже мы дошли в достаточно поредевшей компании. Стражники возле них в начищенных кирасах, в которых отражались наши фигуры, молча отошли в сторону, взяв оружие на караул.