После потопа - Кассандра Монтег

Но я ничего этого не сказала. Едва могла говорить: в горле клокотала ярость.

– Ты никогда не верил в нас с Перл! – выкрикнула я. Мои глаза сощурились, а все тело натянулось, будто фал, продернутый через блок. – Поэтому бросил нас умирать.

Золотистая трава клонилась к земле под порывом ветра, налетевшего со скалы и устремившегося вниз по склону. В воздух поднимался запах растений, засыхавших на зимнем холоде. Скоро этот склон засыплет снегом.

Джейкоб зажмурился:

– В лодке не было места.

– Не было места?.. – едва слышно переспросила я.

Джейкоб уронил голову в ладони, потом опустил руки. А когда заговорил, то таким тоном, что казалось, будто повторял историю, давным-давно выученную наизусть.

– Мы уплыли на лодке Дэвиса. С ним я познакомился за несколько недель до того, как дамбу прорвало. Он собирался бежать с семьей и сказал, что место есть только для двух человек. Я спросил его – да, спросил, – можно ли взять еще одного человека, всего одного. Хотел уплыть с тобой и с Роу. Но Дэвис ответил – нет. Пригрозил, что вовсе на борт не пустит. Особенно когда узнал, что ты беременна…

Голос Джейкоба прервался. Он поглядел на Перл. Она уставилась на него в ответ. Лицо ничего не выражало, руки висели вдоль боков. Ее мешок слабо зашевелился.

– Я ведь заговаривал с тобой на эту тему, помнишь? Ты еще пропалывала огород. Тогда ты отказалась уплывать. А я не мог ждать, когда твой дед закончит строить лодку. Я просто с ума сходил. Сил не хватало это выносить. Я же знал, что дамба не выдержит.

Внизу волны с ритмичным шумом накатывали на скалы. В промежутках между их ударами раздавались низкие стоны ветра.

– Мог бы не торопиться и объяснить как следует, – возразила я.

– Майра, ты меня никогда не слушала!

– Хочешь свалить всю вину на меня? Нет, ты сам задумал план побега – и не только задумал, но и осуществил. Выходит, ты бросил нас, а виновата в этом я?

– Нет, не виновата, просто… ты всегда хотела, чтобы я заменил тебе отца.

При упоминании об отце я остолбенела. Волоски на загривке встали дыбом. На ладонях выступил пот. Вдалеке взвизгнул мелкий зверек: на него явно кто-то охотился. Может, ястреб вонзил когти в живот добычи? Я молча покачала головой, хотя Джейкоб попал в точку.

Воспользовавшись преимуществом, он торопливо продолжил:

– Ты всегда обращалась со мной как со слабаком. Будто мне нельзя доверять. И смотрела на меня точно так же, как сейчас.

– И как же я на тебя смотрю? – спросила я.

– Так, что сразу ясно: даже не сомневаешься, что я тебя разочарую.

– В этом смысле ты всегда оправдывал мои ожидания.

Джейкоб закрыл глаза и вздохнул.

– Когда уплыл, чувство вины чуть не разрушило меня изнутри, – признался он. – Умереть хотелось. Но я держался: надо же было заботиться о Роу.

– Хорошо же ты за ней приглядывал! – выплюнула я.

В тот момент я ненавидела себя. Как я могла любить этого человека?!

– Прости, Майра. Мне очень жаль, но я не мог поступить иначе.

Джейкоб пожал плечами и широко развел руки, а потом бессильно уронил их.

– Ну почему все так неправильно? Ничего правильного в мире не осталось.

Подбородок Джейкоба задрожал. Он сморгнул слезы. Над нами низко пролетела птица и села на крест на могиле Роу.

– Ты выбрал самое простое. Всегда шел по пути наименьшего сопротивления, – сказала я.

Джейкоб зажмурился, а когда открыл глаза, я прочла в его взгляде испуг. Джейкоб закрыл лицо руками и стал тереть глаза. Еще раз посмотрел вниз, на другую сторону Долины. Казалось, он что-то искал. Вдруг у меня возникло странное ощущение, будто он ждал чьего-то прихода.

Птица переступала ногами и вонзала когти в деревянный крест, будто тоже чего-то с нетерпением ожидала. Я сердито зыркнула на нее. Птица глядела на нас, склонив голову набок. Она словно надеялась, что ей сейчас дадут что-нибудь вкусное. Например, в награду за хорошую работу.

На ноге птицы звякнуло что-то металлическое. Я напряглась.

– Ты их предупредил, – шепотом выговорила я, переводя взгляд на Джейкоба. Он послал записку охранникам Потерянных монахов. Сообщил, что в Долине высадились чужаки. И теперь за нами идут.