После потопа - Кассандра Монтег

– Майра, когда она пришла в мой дом, я не знал…

– Чего ты не знал? Что она твоя дочь? А отдать чужого ребенка пиратам ты был готов? Значит, вот чем ты теперь занимаешься? Только на берег кто-то высадится, сразу докладываешь Потерянным монахам?

Джейкоб опустил веки.

– Я своими поступками не горжусь. Как только понял, кто она…

Голос Джейкоба сорвался. Он закусил губу. Потом рассказал, что сначала заметил Перл издали и тут же известил охранников.

– Если не слежу за берегом, меня пытают. Только поэтому мне разрешили жить в стороне от всех. Сверху высматриваю корабли. А когда Перл подошла к моему дому, я будто привидение встретил. Она годами не давала мне покоя. – Джейкоб перевел дух. – Позволь сделать для вас хотя бы это. Уходите. С тех пор как умерла Роу, меня раздирала жажда действия. Наверное, все это время я ждал именно вас.

Я внимательно посмотрела Джейкобу в глаза и поняла, что он говорил искренне. Джейкоб часто умалчивал о том, что хотел от меня скрыть, но врать в лицо никогда не умел. Для убедительного притворства ему не хватает ни смелости, ни уверенности.

Но его слова пробудили в моей душе не благодарность, а осознание собственной власти. Я могу отнять у него все – так же, как он у меня. Вспомнила, как на «Седне» искала компромисс между местью и прощением, но теперь я не нуждалась в золотой середине. Я хотела сокрушить его, отнять у него все, лишить права выбора.

– То, что ты совершил, искупить невозможно, – произнесла я.

Лицо Джейкоба исказила страдальческая гримаса.

– Знаю, – тихо произнес он. – Я не в силах спасти вас, но постараюсь помочь вам спастись самим. Майра, Потерянные монахи будут здесь с минуты на минуту.

Вдруг птицы на скале взмыли в воздух, хлопая крыльями. Будто откликнулись на слышный только им призыв. Белые грудки, черные крылья, оранжевые полоски над клювами. Крылья бьют по воздуху, шеи вытянуты, глаза устремлены вдаль.

Делай невозможное.

Перл поднималась к нам. Маленькие фиолетовые цветы покачивались в высокой траве рядом с Джейкобом. Вдруг вспомнила – точь-в-точь такие же цветы Джейкоб поставил в вазочку на подносе, когда принес мне завтрак в постель. Я совсем про них забыла. Забыла, как они пахли нектаром, забыла их мягкий лиловый оттенок – такого же цвета закатное небо перед самым наступлением темноты. Забыла я и о том, как мы разругались вдрызг накануне вечером. Вспомнить бы еще из-за чего. Поспорили то ли из-за продовольственных пайков, то ли из-за Роу, то ли из-за наплыва мигрантов.

Должно быть, Джейкоб хотел помириться. Сделать так, чтобы я забыла о размолвке. У Джейкоба много недостатков, но это его сильная сторона – всегда готов сделать шаг навстречу и начать сначала.

Мне ведь тоже нужно двигаться вперед. И мне, и Перл. Расправа над Джейкобом не поможет отпустить былые обиды. Перл остановилась рядом со мной и выжидающе замерла – что я буду делать? Я выпустила Джейкоба и села на пятки, но при этом не сводила с него глаз и держала нож наготове.

– Только не надейся загладить вину, – произнесла я.

Джейкоб задом отполз от меня. Указал на заросли кустов и молодые деревца внизу, примерно в двадцати футах от нас.

– Прячьтесь здесь. Скажу, что вы побежали туда.

Джейкоб указал в противоположную сторону. Тут от его дома донеслись голоса. Джейкоб глянул вниз и выругался:

– Черт, они уже здесь! С тремя мне не справиться, но попробую их задержать. Если меня убьют, бегите вниз, в Долину. Прячьтесь в пустых домах. Скорее!

Я схватила Перл за руку и потащила в кусты. Мы проползли между молодыми деревцами и распластались на земле за кустом, густо усыпанным ягодами.

Джейкоб стал спускаться к пиратам. Из его дома вышли три человека. Главной явно была бритая наголо женщина. Следом шли двое мужчин: один тощий и хромой, другой высокий, с широченной грудью. Мы хорошо видели их между ветками с ягодами, но когда они заговорили с Джейкобом, слов было не разобрать.

Женщина крутила в руках топорик. Она раздраженно хмурилась. Потом что-то сказала Джейкобу и кивнула на то место, где я повалила его на землю. У меня упало сердце. Она нас видела! Ну конечно – из дома склон отлично просматривается, мы были как на ладони.

Джейкоб активно жестикулировал, махая руками туда-сюда. Он явно ей возражал. Лицо женщины оставалось бесстрастным. Губы сжаты в тонкую нитку. Меня замутило.

Крупный мужчина нетерпеливо переступал с ноги на ногу, вытирая нож о полу рубашки. Тощий мужчина замахнулся ножом на Джейкоба, но тот отскочил назад и тоже выдернул из-за пояса нож. Джейкоб метнул нож в тощего. Клинок вонзился пирату в грудь. Мужчина покачнулся и навзничь упал в траву.

Его спутники пораженно уставились на Джейкоба. Даже меня эта перемена застала врасплох. Джейкоб, которого я знала, уклонялся от любых стычек. В первый раз я заметила в нем сходство с Перл. Он стоял так же, как иногда стояла дочка: ноги врозь, плечи расправлены. Как будто знал, что мир никогда не будет принадлежать ему, и все равно держался гордо.

Женщина замахнулась топором. Джейкоб пригнулся и бросился на крупного мужчину. Обхватил его поперек туловища и попытался повалить на землю.

Перл нащупала мою руку и крепко ее сжала. Посмотрев на дочку, я прочла в ее взгляде ту же мысль, которая посетила меня: сейчас Джейкоб на наших глазах погибнет. Но в остальном взгляд Перл мрачен и замкнут – словно на окнах закрыли ставни. Дыхание вырывалось из моей груди коротко и отрывисто. Попыталась сглотнуть, но казалось, рот набили ватой.

«Нет, из этого плана ничего не выйдет», – поняла я. Джейкоб прав: ему не по силам одолеть всех троих одному.

Не чувствуя под ногами покачиваний палубы, я не могла соображать ясно. Запах земли, ветки над головой – все давило на меня. Я ощущала себя беспомощной, будто угодила в ловушку.

Вспомнила, как Джейкоб смотрел на меня в день нашей свадьбы, когда я шла к алтарю. На лице обожание, руки нервно стискивают одна другую.

Иногда мне удавалось поставить себя на его место, понять, каково это – быть обремененным сомнениями и тревогами. Смотрела на Джейкоба, стоявшего у окна и залитого солнечным светом, и понимала, что он живет в другом мире, не похожем на мой.

Сажая Роу в лодку, Джейкоб не смотрел на меня. Моя ярость ничуть не угасла, я по-прежнему не могла ему этого простить – и речи быть не может! Но все это не отменяло один простой факт: надо что-то делать, иначе нас всех убьют.

Джейкоб боролся с крупным мужчиной, пытаясь повалить его. Но мужчина ударил Джейкоба кулаком. Джейкоб упал на землю. Он поднялся на ноги, и тут женщина замахнулась топором, целясь ему в живот. Я крепко зажмурилась, а когда открыла глаза, Джейкоб стоял на коленях. Из раны на животе хлестала кровь.

Казалось, мне самой вспороли брюхо. Сжала пучок травы в кулаке и выдернула из земли. От почвы исходил незнакомый, иноземный аромат. Я так сильно закусила губу, что ощутила вкус крови. Джейкоб велел нам прятаться в пустых домах. Но долго ли мы так продержимся? Пока пираты не начнут нас искать. Мы всего в нескольких десятках футов от них. Сначала посмотрят в кустах. Больше на этом голом склоне скрыться негде. Побежим в Долину – сразу заметят. Нет, я должна разобраться с ними здесь и сейчас.