После потопа - Кассандра Монтег

– Сиди здесь, – велела я Перл.

– Нет, – возразила она.

Перл порывалась вскочить, но я схватила ее за плечи и опять прижала к земле.

– Делай что говорю! – прорычала я.

Пираты ходили кругами, высматривая нас. Я прокралась под деревьями и встала между кустов так, чтобы попасть в поле их зрения. Пираты заметили меня и направились ко мне.

Я повернулась и пошла вверх, прочь от могилы Роу, к краю скалы. Остановилась в нескольких футах от обрыва. Трава такая сухая, что стебли ломаются под ногами, и их уносит ветер с моря. Снизу, от нашего лагеря, доносился запах костра. Должно быть, так же пахло в Долине, когда на нее напали пираты. Когда твоя жизнь рушится, вокруг всегда тьма и копоть. Огонь, пушки, тела убитых на земле. Твоя жизнь превращается в темное облако, через которое ничего не разглядеть.

Я дрожала. Съежилась, низко опустила голову, не отрывала глаз от земли. Постаралась казаться маленькой и безобидной.

– Доченька моя, – простонала я, как только пираты оказались в пределах слышимости. – Упала!

Я смотрела вниз, будто бы на лежавшее у подножия обрыва тело.

У мужчины на лбу порез. Он вытер рукой кровь, чтобы не заливала глаза. Лицо женщины бледно и изборождено морщинами. Топор свободно покачивается в одной руке. Губы плотно сжаты. Женщина нетерпеливо поглядывает то на меня, то на край скалы.

Я схватилась за сердце, будто сломленная горем, и покачнулась. Вот я уже на самом краю.

– Эй! – окликнул меня мужчина и шагнул вперед, чтобы меня удержать.

Но я вовремя отдернула руку, шагнула ему за спину и столкнула в пропасть. Женщина ахнула. Падение оказалось совсем не таким, как я представляла. Движения из одной точки в другую я не увидела. Пират просто исчез, а потом снова появился на земле внизу.

Я отошла на несколько шагов от края и повернулась лицом к женщине. Эффект неожиданности – оружие, которое можно использовать только один раз. Теперь женщине известно о моих намерениях. Я достала из ножен длинный нож. Женщина вскинула топор, держа его двумя руками, будто бейсбольную биту.

Вдруг раздался пронзительный охотничий крик дикого зверя. Я вздрогнула от неожиданности. Вверх по склону к нам бежала Перл.

Женщина замахнулась на меня топором. Я пригнулась и атаковала ее, целясь ножом в шею. Зрачки женщины расширились. Она опять вскинула топор и шагнула ко мне.

Перл все ближе и ближе. Я наблюдала за ней из-за спины женщины. Та хотела ударить меня топором в живот. Я отскочила назад. Лезвие задело бок над правым бедром. По всему телу прокатилась волна боли. Кости будто размякли, и я упала.

Перл поднялась наверх и застыла возле нас. Ее рыжие волосы раздувал ветер. В руках у Перл ничего нет: одна висит вдоль бока, вторая придерживает горловину мешка.

Я попыталась встать. Хотела броситься на женщину прежде, чем она доберется до Перл. Однако ноги подогнулись, и я рухнула на землю.

С лезвия топора капала кровь. Женщина снова подняла свое оружие повыше и шагнула к Перл. Пот заливал мне глаза. Я стиснула зубы и из последних сил рванулась к женщине. Проткнула ножом ее сапог и пригвоздила ее ногу к земле. Женщина завизжала и дернула ногой, пытаясь высвободить ступню. Вот она вскинула ногу. Из нее по-прежнему торчал нож. Женщина покачнулась и упала.

– Перл, беги! – прокричала я.

Снова попыталась встать, но так ослабела, что ноги не держали. Зажала одной рукой рану, а второй, сжатой в кулак, уперлась в землю.

Перл глянула на меня с досадой. Полезла в мешок, а когда вытащила руку, в ее пальцах извивалась змея. Этой я раньше не видела. В затуманенной голове мелькнула мысль: нашла время хвастаться своими змеями!

Тут глаза женщины округлились от ужаса. Она приподнялась на локтях и поползла прочь, отталкиваясь от земли ногами и поднимая облачка пыли. Перл со змеей подходила все ближе к ней, а та тихонько вскрикивала. Да женщина просто в ужасе! И тут я сообразила – у Перл полный мешок гадюк! Все это время она меня не слушалась. Меня одновременно накрыли и шок, и облегчение. Перл бросила в женщину гадюку. Змея описала в воздухе коричневую дугу и приземлилась женщине на грудь. Когда та подняла руку, чтобы сбросить змею, гадюка плюнула ядом ей в глаза.

Женщина закричала и стала отчаянно тереть глаза. Змея ускользнула в траву. Перл сделала еще один шаг и бросила на грудь женщины вторую змею. Та, три раза стремительно укусив ее в шею, сползла со своей жертвы и тоже скрылась в траве.

Женщина отползала все ближе к краю обрыва. Вот несколько камней выскользнули из-под ее руки и полетели вниз с обрыва, потом ударились о камни внизу.

– Это Чарли, я его люблю больше всех, – вежливо представила своего питомца Перл.

Взяла его за голову, а второй рукой придерживала свернутое кольцами тело, словно несла чайник. Глаза женщины превратились в щелки. Кожа вокруг них покраснела и опухла. Я вспомнила, что писали в брошюрах, которые раздавали в портах. Я заставила Перл выучить их наизусть, чтобы дочка научилась отличать ядовитых змей.

Яд гадюки обжигает, будто каленое железо. От него кровь в жилах застывает, человек бьется в судорогах, пытаясь глотнуть кислорода, по всему позвоночнику расползается боль.

У меня самой перед глазами все расплывалось, становилось плоским и далеким. Я оторвала руку от раны. Солнце осветило ярко-алую ладонь. Я удивилась, будто никак не ожидала увидеть кровь.

– Будешь умирать весь день, – сообщила Перл женщине. – А может, и быстрее – у тебя ведь несколько укусов.

Я бессильно растянулась на траве и тут услышала, как тело женщины ударилось о камни внизу. Последнее, что я видела, – птиц над головой. Несколько чаек поднялись над краем скалы и пролетели мимо нас с Перл, потом мимо могилы Роу и наконец скрылись за горизонтом, точно призраки.