СТИХИя - Алексей Владимирович Шарычев

Все они средь павших.

Пятьдесят годов

Минуло, как вас

Мы в последний раз

Видели в дороге,

Путь у вас был долгим."

Лихо

На распутье встал путник,

На скрещенье дорог.

Думал он: "Будь, что будет;

Не найти мне порог

В этом странствии долгом.

Эх, пойду понемногу,

Путь любой подойдёт;

Бог мне будет в подмогу,

Не сразит меня чёрт."

Только сделал он шаг,

Как всё замерло вдруг.

Охватил душу страх,

В сердце вкрался испуг…

Зашептали в ветрах

Голоса тихо-тихо,

Горе было в словах

Их: "Пришло злое Лихо."

На распутье явилось

Непонятное, страшное.

Кособоко кривилось,

Улыбалось дурашливо;

Тут же плакало, злилось,

И, с тоскою бездонной,

Одноглазо смотрело.

С мукою безысходной

Что-то молвить хотело,

Но лишь стон раздавался

Из гадкого тела…

Странник рысью помчался

Спасаться от Лиха,

Но напрасно пытался

Найти в бездне выход.

Всюду шло оно рядом,

След в след, за спиной.

"Хоть беги ты, хоть падай,

Буду рядом с тобой.

Тем, кто встретил меня

На распутье дорог,

Словно тень стала я

Неотрывна от ног.

И куда б ни пошли

Те знакомцы мои

По тропинкам земли,-

Всюду Лихо нашли."

Песня шамана

У костра стоял шаман

И Природе песню пел;

Знал он тайные слова,

Говорить он с Ней умел.

Слушала ночная мгла

Заклинания его;

Ветер, звёзды и луна

Понимали, что поёт

Им певец, ему внимали,

И на пенье отвечали

Стройным хором высших сфер.

Общим стало их сознанье,-

Отворил шаман в уме

У себя ту дверь, где знанья

О земле и о воде,

Об огне и о дыханьи,

И о вечном мирозданьи

В единеньи пребывают.

Общую струну сумел

Он задеть на лире мира,

И она звучать красиво

Стала: гром гремел,

Рокотали океаны,

Ударяя в брег волнами;

Ветер средь небесных тел,

Как стрела летел, звенел.

Огненными языками

Пели ярые вулканы;

Лес размахивал ветвями

И листвою шелестел.

В песнопении едином

Были все явленья мира,

Даровали они силу

Человеку, — взмыл он,

На крылах орлиных.

Духом вольным воспаря

Над бескрайним небосводом,

Песню звонко пел шаман

Матери своей Природе.

* * *

Потоком слов я увлечён,

Плыву на нём как чёлн средь волн,

И парус мой от счастья полн,

Когда несусь по океану.

На дне затейливых письмён

Лежат жемчужины времён

И я в пучине их достану,

И ярким блеском ослеплён,

В тайник души сбирать их стану.

Игрою слов мой ум прельщён,

В восторге от созвучий он,

В пучину мыслей погружён

И мир в себе творит стихами.

Реальность превратилась в сон,

Прекрасные виденья в нём

От строчки к строчке возникают.

* * *

Терпкий дым марихуаны

Отрывает от земли,

И на облаке туманном

Ввысь уносит. Там вдали

Расплывается реальность,

Время исчезает прочь;

То что было, что казалось

Оживает… Лето, ночь;

В воздухе гуляют звуки,

Звёзды россыпью блестят;

И сильнее слышно стуки

Сердца. Говорят

На безмолвном языке

Струны душ давно уснувших,

Здесь они… Держу в руке

Письмена эпох минувших

И читаю их, не глядя.

Смотрит бездна небосвода

Чёрным, бесконечным взглядом.

Чувствую, что есть свобода

В тёмном омуте; здесь рядом,

В то же время далеко,

Там, где и добро, и зло

Растворились с раем, с адом,

Где лишь вечное Ничто

Мыслью создаёт свой атом

Новый, для других миров…

Дым уносит, он таков,

Что нельзя не улететь

В царство образов и снов,

И оттуда посмотреть

В мир иллюзии удастся.

(Главное, "не убиваться").

Марья

Дым густой витает плавно

В голове моей пустой.

Я люблю Марихуану,

И она всегда со мной.

В безмятежности туманной

Утром ранним просыпаюсь,

Потому что в ночь дурманом

Своей Марьи наслаждаюсь.

Ох, Мария, ты нирвану

Вновь сознанью даровала,

Придавив меня к дивану.

Мир фантазии сначала

Развернула предо мной,

А потом всё прочь умчала,

Дав забвение, покой…

Исследователи космоса

— Редкие приступы здравого смысла

И снова кромешная тьма.

Тоскливые мысли, скрытые смыслы

Роятся глистами в мозгах.

Краски как брызги, звук словно выстрел,

Крадётся за окнами враг.

С ловкостью рыси, рыщет он близко,

Готовится вновь убивать.

Воздух наполнен тревогой и болью;

Свет солнца сверкает на зрак,

Но он не "садится", расширенный "солью",

И видит лишь бездну и мрак.

А тёмною ночью разум не хочет

Забыться в спасительном сне.

Кто-то бормочет, кричит и хохочет

Внутри у меня в голове.

Луна равнодушно смотрит на душу

Погибшую в теле живом.

А чуткие уши тьмы вездесущей

Услышат, как пульс-метроном

Кровь разгоняет и в жилах играет

Мелодию града с дождём.

— А вот я, скажу вам откровенно,

Выпил много, целый океан!

И иглами не беспокоил вены,

Зато спокойно по морям шагал,

(Они мне были по колено).

С утра, бывало, поднесу бокал

Со влагою чудесной, вкусной, пенной,

И залпом осушу его мгновенно;

А дальше водки, чтобы день зря не пропал.

Всё было хорошо! Но постепенно

Я стал вдруг силуэты различать

На потолке, на окнах и на стенах,

Они мне стали дьявольски кричать:

"Погиб ты, ждёт тебя геенна!"

Вот так я и сумел сюда попать.

— Я "баян" двухкубовый

С рифмой "пороховою"

В вены вам, господа, загоню.

И такого раствора

Не кололи вы сроду,

Это вам на точняк говорю.

Я люблю звук покоя,

Когда тело волною

Теплоты омывает до брызг…

В этом мягком прибое

Счастлив я и доволен,

И молчит надоедливый визг

Мыслей, чувств; я спокоен.

— А мне "скорость" по душе,

Но не бычья-солевая,

А такая, что от рая

Подбирает мне ключей,

И его я открываю!

Я весь мир обнять готов!

Всё живое понимаю!

Быстро мчится моя кровь,

В жилах радость разгоняет!

Всюду вижу совершенство,

И великое блаженство

Ощущаю в каждый миг!..

Знаю я, что мир возник,

Чтобы превратиться в рай.

Всюду вижу Божий лик.

Но, как только отпускает,

То повсюду страшный ад…

И чтобы опять назад

Поскорее возвратиться,

Догоняюсь, чтоб вселиться

Дольше в райскую долину.

Марафон мой будет длиться

Столько, сколько мне подкинул

Добродетельный закладчик.

А кладут так, что кот плачет.

— Братья, я люблю природу!

Бросьте вы травить себя!

Чтоб почувствовать свободу,

Надо пряный дым вдыхать!

С ним минуты, словно годы

Тянутся; вскрывает мир

Все свои пароли, коды;

Через коридоры дыр

Чёрных в космос вас уносит.

Там вселенские вопросы

С духами решите вы.

Главное, чтобы травы

Никогда не стало