Прем Сагар - Лаллу Джи Лал

Глава 79

Единоборство Бхимы и Дурйодханы[576]

Шри Шукадева джи сказал: „Махарадж! Шавнак и другие риши, муни, получив веленье Баларама джи, все просветлели и стали жертвы приносить. Но в это время Балвал[577], сын Илвала[578], создал вдруг огромнейшее облако, из тучи громом загремев, и двинув страшный темный мрачный вихрь, стал проливать с небес тут кровь, мочу и нечистоты и непотребности различные творить.

Махарадж! Увидев эти все бесчинства дайтьи, Баладев призвал к себе свой плуг, дубину. Они без промедления предстали перед ним. Тогда господь в великом гневе плугом притянул к себе Балвала и так ударил в голову его своей дубиной, что

Распалась голова та, жизнь его ушла;

Река на этом месте крови потекла.

С простертыми руками, страшный, он свалился,

Глаза повылезли и волосы в крови все!

Когда Балвал дыханье испустил, все муни, риши в великой радости свершили пуджу Баладеву джи и, после долгих восхвалений, поднесли ему дары. Потом обитель счастья Баларам ушел оттуда и дальше двинулся по всем святым местам. Махарадж! И посетив места святые, обойдя всю землю, он прибыл наконец туда, где в этот час на Курукшетре вели единоборство Бхима и Дурйодхана. Шри Кришначандра с пандавами и все великие цари стояли и смотрели. Когда приблизился к ним Баларам джи, то оба мужа поклонилися ему. Один почтил его как гуру[579], другой как друга[580]. Махарадж! Увидев, что они в борьбу вступили, Баларам джи молвил:

«Могучие вы оба, равные бойцы,

Оставьте же борьбу! Вы — братья, храбрецы!

Храните кауравов и пандавов весь род;

Истреблены все братья, все друзья, народ!»

Склонив свою главу, тут каждый так сказал:

«Теперь нам с поля брани так уйти нельзя!»

Потом Дурйодхана сказал: «О, гуру дев![581] Я пред тобою лжи не говорю! Благоволи же со вниманьем выслушать мои слова! Великая война, Махабхарата, которая на этом месте происходит, в которой множество народа уж погибло, гибнет, дальше будет гибнуть, она идет с соизволенья брата твоего шри Кришначандры джи! И пандавы бороться могут только при поддержке самого шри Кришна джи! Не то хватило ли бы сил у них чтоб выдержать борьбу здесь с кауравами? Беспомощны они и подчиняются все воле Хари так, как кукла деревянная фигляру: куда ее он двинет, туда и движется она. Ему не подобало здесь оказывать поддержку пандавам, а к нам такую ненависть питать! То он рукою Бхимасены вырвал руку у Духшасана[582] и мне в бедро нанес дубиною удар! Зачем я буду больше говорить? Теперь

Что б ни велел здесь Хари, все послушают!

Народ весь знает эту правду сущую!»

Едва успело это слово сойти со скорбных уст Дурйодханы, как Баларам приблизился к шри Кришначандре и сказал: «Брат! И ты еще не утомился совершать насилия? Зачем ты это сделал? Зачем заставил их вступить в войну и руку вырвать у Духшасана, рассечь Дурйодхане бедро! Ведь правила борьбы все запрещают сильнейшему у слабого вдруг руку вырывать иль наносить удар пониже поясницы. Закон борьбы таков: один другому вызов бросит и выступит с оружием в руках!» Шри Кришначандра джи сказал: «Брат! Ты ничего не знаешь! Все кауравы великие злодеи, беззаконники, насильники. Их беззакония не поддаются описанию! По наущению Духшасана, Шакуни[583], Бхагадатта[584] сначала все игру затеяли они, вели ее с обманом и отняли все у царя Юдхиштхиры. Духшасан дерзко за руку схватил шри Драупади, за это Бхимасена вырвал руку у него! Дурйодхана же на собрании велел царице Драупади к себе сесть на колени, за это он рассек ему бедро».

Так рассказав все, Кришначандра продолжал: «Брат! Ты ничего не знаешь! Мне долго бы пришлось рассказывать тебе о всех подобных беззакониях, которые творили кауравы, как издевалися они над пандавами! Поэтому теперь никоим образом не угасить огонь, который охватил всю Бхарату[585]. Ты не ищи спасения против него!»

Махарадж! Когда такое слово мудрое сошло с уст господа, то Баларам джи удалился с Курукшетры и прибыл в Дварку. Представ пред Уграсеной, он, сложивши поднятые руки, так сказал: «Махарадж! Я силою твоих святых заслуг места святые обошел; теперь вернулся. Но я там совершил однажды закона нарушенье». Царь Уграсен джи сказал: «Какое нарушенье?» Баларам джи сказал: «Махарадж! Я был в Наймишаранье и Сута там убил. Я запятнал себя его убийством. Теперь, коли твое соизволенье будет, я вновь отправлюсь в Наймишаранью и, удостоившись увидеть жертву, омоюся в священных тех местах, чтоб смыть свой грех за убиение. Потом устрою трапезу для брахманов и угощу свой род, чтоб заслужить в сем мире славу.» Царь Уграсена так сказал: «Хорошо! Пойди, очистись!» Махарадж! Так получив веление царя, шри Баларам джи, взяв с собой немногих ядавов, отправился в Наймишаранью. Там совершил он омовенье, роздал множество даров, очистился и возвратился. Потом призвал к себе пурохита и повелел ему немедля жертву хома совершить и напитал всех брахманов. Потому строил трапезу для касты и, исполнив все обряды, он очистился.“ Рассказав это сказанье, шри Шукадева джи продолжал: „Махарадж!

Кто со вниманьем будет повесть эту слушать,

Свои все прегрешенья смоет грешный муж тот!“

Так гласит глава семьдесят девятая „Хожденье Баларама джи по святым местам“ в „Прем Сагаре“, сочиненном шри Лаллу Лалом.

Глава 80

Брахман Судама навещает шри Кришну

Шри Шукадева джи сказал: „Махарадж! Теперь я расскажу тебе сказанье о Судаме, как к господу ходил он, как бедность вся его прошла. Ты прилагай вниманье, слушай.

Далеко в южной стороне там есть дравидская земля. Царями были там лишь брахманы, купцы. В том царстве в каждом доме было поклонение, молитва, мысль о Хари. И все молились там и жертвы приносили, закон свой исполняли, дары давали и почитали старца и святого, корову, брахмана.

И весь народ в стране той так там проживал,

Другого, кроме Хари, бога он не знал!

В стране той проживал Судама, брахман, брат по учителю шри Кришначандры джи. Он нищ был, худ, убог и беден так, что в доме у него соломы даже не было и ничего съестного. Измученная бедностью и претерпев немало горя, супруга брахмана