Формула власти. Первое условие - Анастасия Поклад

не было, — признался Тенька. — Это я экспериментировал с проникновением через световую модель пространства и нечаянно ее туда забросил. А назад — ну никак, больно интересненько вышло: штучный случай, случайная комбинация. Пришлось пешком тащиться, рисковать, книжка-то шибко ценная.

— А у ведов тоже есть Институт?

— Вот еще! Я сам учусь, — Тенька тряхнул непослушным вихром. — Ты знаешь про Эдамора Карея?

— Нет.

— А про теорию инопланетных миров? Про звездные пути, наконец?

— Не-а. У нас из наук только ботанику преподают.

— Темнота! И еще власти хочет.

— Историю, идеологию и политику я за науки не считаю, — пояснила Клима. — Там и без объяснений все ясно.

— Даже так? — Тенька задумался. — Выходит, каждому свое, ибо для меня политика — дремучий лес, сколько не толкуй. Но, тем не менее, мне надо отсюда выбираться. У меня за линией фронта остались дом, лаборатория и дура-сестрица, которой может стукнуть в голову навести там порядок. В лаборатории, я имею в виду, дом она и так круглосуточно драит.

— Ты не выйдешь сейчас. Нужно подождать хотя бы пару недель.

— Где ждать-то? Под кроватью?

— Нет. Мы тебя спрячем.

— «Мы» — это ты и твои малочисленные подданные?

— Других союзников у тебя здесь нет.

— И то верно, — согласился Тенька.

— Сначала побудь здесь. Закончатся уроки, и меня придет навестить одногодница, Выля. Она выведет тебя в безопасное место.

— Выля — твоя подданная?

— Она моя «левая рука» в Институте.

— А кто «правая»?

— Какая тебе разница? Имя ни о чем тебе не скажет.

— Познакомлюсь.

— А ты все же надумал присягнуть мне?

— Вот еще. Я не гожусь на роль верного пса или какой-нибудь части тела, вроде правого уха или там левой ноги… Разве что головы, но она у тебя и своя есть не хуже.

Климе раньше ни с кем и никогда не было так легко общаться, как с этим полузнакомым ведом. Казалось, они были знакомы тысячу лет. С Тенькой девушка сразу и навсегда была самой собой, безо всякого притворства. Ведь даже общаясь с Вылей и Герой, ближайшими ее соратниками, она могла недоговаривать, лукавить. А Теньке у нее почему-то не поворачивался язык сказать хоть слово неправды. И даже не из-за его чудесного дара. Просто этого не требовалось. Пожалуй, не имей Клима своей головы на плечах, она непременно согласилась бы на Тенькину. И когда пришла, наконец, Выля, обда даже ощутила легкую досаду. Ладно, может, вед еще успеет ей надоесть. Но вероятность на такой исход была крайне мала. Да и не слишком-то хотелось, в общем.

* * *

Тенька с интересом глазел по сторонам. Он пробрался в Институт ночью, незадолго до рассвета, изрядно поплутал по коридорам, после — удирал от погони. У него не было возможности осмотреться и по достоинству оценить величественную, вычурную красоту Институтского убранства. Теперь же спешить не требовалось, провожатая по имени Выля шла не спеша, с оглядкой, и Тенька откровенно наслаждался всем, что видел вокруг себя. К тому же симпатичная спутница постоянно бросала на молодого колдуна взгляды, полные любопытства, восхищения и какого-то экстатического обожания, что не могло не льстить. Все-таки не каждый день на тебя так смотрят малознакомые девушки. Наконец Выля не выдержала и заговорила первой.

— Ты правда вед?

Тенька с достоинством кивнул.

— А почему ты все время молчишь? Ведам нельзя разговаривать?

Юноша громко фыркнул.

— Что за чушь пришла тебе в голову? Мы говорим не реже, чем вы, орденские. Просто сейчас мне нечего сказать. А тебе?

Выля запыхтела. По ее глазам Тенька прекрасно видел, что она мечтает засыпать его вопросами, но стыдится своего любопытства и пытается держать себя в руках. Выля была не так умна, как Клима (хотя сравнивать обду с простым человеком — дело неблагодарное), но значительно красивее ее. Обда без сомнения завораживала, но не внешностью, а какой-то внутренней энергией, живительной и подавляющей. Тенька не отказался бы пообщаться с Климой подольше и еще много раз.

— Я… не знаю. Ты не обидишься, если я спрошу?

— Валяй, — великодушно разрешил Тенька.

— Откуда ты взялся в нашем Институте? Тебя Клима позвала?

— Обда тут совершенно не причем. Мы с ней нечаянно познакомились, — Тенька припомнил обстоятельства этого «нечаянно», и ему стало смешно. Эх, видеть бы свою физиономию в тот момент, когда Клима на него посмотрела! — Я забросил в вашу библиотеку свою книгу, а достать тем же путем не смог.

— То есть — забросил?

— Через водяное зеркало. Я экспериментировал с преломлением световых лучей, которые составляют модель пространства, поскольку проникают везде. Очень интересненькая вещь, не понимаю, как раньше никто до такого не додумался! Если мои опыты завершатся удачно, я смогу видеть через водяное зеркало под определенным углом любую точку пространства, входящего в световую модель! Притом не только видеть, но и перемещать туда-обратно различные предметы, вплоть до живых существ. Правда, пока у меня вышло только с книгой, нечаянно и в одну сторону. Ясно?

— Нет, — честно мотнула головой Выля. — Но расскажи еще!

И Тенька рассказал. При наличии благодарного слушателя он мог говорить о своих идеях и опытах часами, не прерываясь на сон и еду. Но развернуться вдоволь ему не дали.

Когда вед с провожатой подошли к лестнице, сверху послышался частый перестук чьих-то каблуков. Надо заметить, обувь с подобными излишествами в Институте дозволялось носить лишь наставникам…

— Прячемся! Срочно! — заметалась Выля.

Они притаились в стенной нише, за внушительным комплексом из четырех статуй, изображавших какую-то батальную сцену. Почти в этот же момент из дверного проема, ведущего на лестницу, вышла госпожа наставница дипломатических искусств, то и дело вытиравшая платком красные слезящиеся глаза и распухший нос. Проходя мимо статуй, за которыми прятались Тенька с Вылей, она уже не в первый раз оглушительно чихнула, споткнулась и выронила свой платок. В нише перестали даже дышать. Если сейчас наставница наклонится и чуть-чуть повернет голову…

— Это еще что такое? А ну-ка, быстро вылезли, оба! Эй, мне дважды повторять надо, покажитесь!

— Сделай что-нибудь, — одними губами прошептала Выля Теньке.

— То есть?

— Отвлеки ее, поколдуй как-то, ты же вед! Нам не жить иначе…

Тенька кивнул и принялся копаться в карманах. Вскоре на белый свет был вытащен небольшой изжелта-коричневый шарик. Вед смахнул с него налипшие крошки и посетовал:

— Жаль, последний. Заткни уши и приготовься бежать.

Положил его на ладонь, прищурился и подул. Шарик обратился сизым дымом и поплыл в сторону наставницы дипломатических искусств. Соприкоснувшись с кожей и одеждой, шар заискрил, что-то оглушительно хлопнуло.

— Бежим!

Выля подхватилась и помчалась к лестнице, утягивая за собой колдуна. Им вслед неслись