Переступить черту. Истории о моих пациентах - Карл Теодор Ясперс

тот в корзине требовал, чтобы он бодрствовал, иначе он опять на него донесет, потому что тогда он, якобы, будет виновен в смерти. Затем он потребовал, чтобы больной вел себя спокойно, так чтобы его не услышали. В конце концов мужчина в корзине сказал, что он подарил бы много всего больному, если тот завещает ему своей мозг. Собственно, он хотел получить его мозг, потому что больной был умнее, чем он. Во время экзамена он был лучше всех других и получил «лису», премию, знак ума. Больной уже не владел собой. Он заснул и все это время был в состоянии между сном и бодрствованием. Мужчина в корзине не давал ему спать, будил его, так что он тут же просыпался и опять видел этого мужчину. Но затем он все же заснул. Когда он снова проснулся, у него было такое ощущение, что у него в голове дыра и что он может просунуть туда руку. Он подумал: меня все-такие обманули, он меня взял хитростью. Он услышал: теперь у этого полностью забрали разум. Человек в корзине вынул у него мозг. Но когда он увидел, что у больного есть «лиса», он сказал «о, нарушение тарифа», а значит, его должны были наказать за это смертной казнью. Впрочем, мужчина объявил: я ему вставлю новый мозг, вынул у мальчика лет 6–7 каким-то инструментом мозг из головы и вставил его больному, в то время, как его настоящий мозг лежал перед ним на столике. Больной схватил себя левой рукой за голову, и бросил детский мозг мужчине: «если моего ума уже нет, то и этот мне не нужен». При этом у него было чувство, что он теряет сознание, что он больше не может думать. Тогда мужчина бросил ему сверху его настоящий мозг и сказал, что он сам виноват в смерти, потому что он совершил нарушение тарифа. Больной хотел положить свой мозг в карман, но на нем не было одежды, и он положил его рядом на скамью. В голове была пустота. И он снова заснул, но тут же опять в страхе вскочил и увидел, что мозг такой сухой, что его можно раскрошить. Он взял его и бросил в угол. Еще какое-то время у него было ощущение пустоты, что-то еще происходило, но он не думал об этом, и тогда сказали, что он все же еще умный. Тогда он сел, подумал о том, что произошло, потрогал свою голову и понял, что ничего этого не было. Его мыслью было: ну, ты и напридумывал всякой ерунды. Он услышал, как часы пробили 3/4. «И тогда я обрадовался, что ничего этого не было». Он чувствовал облегчение, но очень потел.

В среду утром его приговорили к заключению на 30 лет, по ошибке, потому что он, якобы, совершил «нарушение тарифа». Затем он услышал приказ: этого мужчину освободить, он получит вознаграждение. Его приказано тотчас отпустить. Затем он опять видит полицейских, которые арестовывают его и хотят отвести в тюрьму.

В это утро ситуация меняется и сохраняется в таком виде до конца (до перевода в Гейдельберг в субботу). Больной находится на корабле. Корабль плывет по каналу. Он в каюте, из окна которой виден берег. На этом корабле и разыгрываются с нарастающим хаосом и частыми повторами бесчисленные сцены, которые больной перечисляет как: казнь, сжигание, повешение, удушение, смерть от голода, съедение дикими животными, ссылка на остров на 90 лет тюремного заключения. Это означает, что все это не произошло, но должно было произойти. Что касается подробностей, то надо, по- видимому, перечислить следующее. Полицейские сказали: «Этого мы вытащим и бросим в воду или пустим его бежать по полю и застрелим, а потом разделим деньги». Или «мы отдадим концы и отплывем и откроем впереди, тогда он утонет» (корабль). Тогда они посовещались и решили уморить больного голодом, а вознаграждение, предназначенное больному, получить и разделить. Внезапно открылось окно, в него вошли тигры и львы и двинулись в сторону больного. Когда он попытался схватить их, они исчезли. Он слышал, как работает двигатель корабля, как они стояли перед шлюзом, пока он не открылся. Задвижку открыли, чтобы корабль пошел ко дну. Но он не тонул, потому что канал был недостаточно глубок. Он видел, как в каюту проникла вода, но немного. Пол из трех настилов вскрыли, и он увидел в щель воду. Деревья — по его мнению настоящие, он их видел все время — однажды стали видны хуже. Он почувствовал, что корабль плывет боком и что его перетягивают к вражескому берегу. Деревья удалялись. Один берег был, собственно, «родной», а другой «вражеский». Там были большие дыры в земле, в которые бросали людей, которых не надо было обезглавливать, чтобы они исчезли. В одну из них должны были опустить больного на глубину 25 м, а там его собирались сбросить в яму глубиной в 82 м. Иногда он слышал голос капитана: «Этот больше не получит еды; этого бросим в воду; этого обезглавим; этого сбросим в дыру и т. д.». Его жену трижды бросали в воду. Он слышал, как она звала на помощь и кричала. Но каждый раз она выбиралась на берег. Тогда его жену бросили в яму с крысами. Опять она взывала о помощи. Отвечал, что он не может выйти, эти люди ему не открывают. Но он просил: «Если вы и меня хотите бросить в яму, бросьте меня туда, где сидит она». В другой раз он услышал, как жена говорит ему, что пришла депеша, что его, якобы, не надо убивать, что ему подарили его 30 лет. Его должны отвезти в Гейдельберг.

В яме его жена окончательно умерла и была съедена крысами. Были убиты также и его дети. Но на следующий день больной увидел лицо своей жены на стене, она появилась, в виде духа. Она рассказала, что старший сын бросил обеих девочек в воду, а в конце его самого туда бросили. Затем она объяснила ему, как ему надо умереть, чтобы попасть к ней. Надо, чтобы его утопили. Она его все еще любит. Она лежала рядом с ним на определенном расстоянии. Но они друг друга даже не коснулись. Его жена раз пожаловалась, что хочет есть. Он положил кусочек булочки на постель. Так его жена постоянно сопровождала его в виде духа до последнего момента, пока он не попал в гейдельбергскую клинику. Туда он ее не взял.

Она жаловалась, что он ее теперь бросил, сказала: «разве ты больше не