Капитал и идеология - Томас Пикетти

Поначалу западные державы занимали нейтральную позицию в конфликте. Одной из причин этого было то, что лидер повстанцев сравнивал себя с Христом и исповедовал мессианскую миссию, что завоевало ему симпатии в некоторых христианских странах, особенно в США, где общественности было трудно понять, почему Соединенные Штаты должны поддерживать императора Цин (который изображался как не желающий открывать свою страну для христианских миссионеров). В Европе некоторые социалисты и радикальные республиканцы рассматривали восстание как своего рода китайский эквивалент Французской революции, но это мнение было менее влиятельным, чем мессианский образ в Соединенных Штатах. Но как только восставшие начали оспаривать права собственности и не только угрожать нарушением торговли, но и приостановили выплату Китаем долгов Западу (которые французы и британцы навязали после разграбления Пекина в 1860 году), европейские державы решили встать на сторону цинского правительства. Их поддержка, вероятно, сыграла решающую роль в окончательной победе имперских войск над повстанцами в 1862-1864 годах, в самый разгар гражданской войны в США (которая в любом случае способствовала европейскому вмешательству, поскольку американские христиане были озабочены событиями внутри страны). Если бы повстанцы победили, очень трудно сказать, как могли бы развиваться политическая структура и границы Китая.

К концу девятнадцатого века моральная легитимность династии Цин и китайской элиты воинов и мандаринов упала в глазах китайской общественности очень низко. Страна была вынуждена принять ряд "неравноправных договоров" с европейскими державами и оказалась вынуждена резко повысить налоги, чтобы выплатить западникам и их банкирам то, что фактически было военной данью, вместе с накопленными процентами. В таком контексте поражение Китая от Японии в 1895 году (которая на протяжении тысячелетий доминировала над Китаем в военном и культурном отношении), вместе с японскими вторжениями в Корею и на Тайвань, казалось сигналом конца пути для Цин.

В 1899-1901 годах Боксерское восстание, разжигаемое "Праведными и гармоничными кулаками", тайным обществом, символом которого был сжатый кулак, а целью - уничтожение феодальной и императорской власти маньчжуров и изгнание иностранцев, едва не привело к очередному падению режима. Западные державы, обеспокоенные своими территориальными уступками, помогли цинскому правительству подавить восстание и в 1900-1902 годах экспериментировали с новой формой международного правительства в Тяньцзине (стратегический порт, контролирующий доступ к Пекину). Не менее десяти колониальных держав, уже обосновавшихся в Китае или только что прибывших на праздник, разделили власть в администрации, которой было поручено ликвидировать последних боксерских повстанцев. Архивы этого удивительного правительства свидетельствуют о присутствии особенно жестоких и недисциплинированных французских и немецких войск, которых местное население неоднократно обвиняло в изнасилованиях и грабежах; они были столь же жестоки и презрительны по отношению к китайцам, как и индийские солдаты, которых англичане привезли из Раджа (и с которыми сами китайцы по возможности избегали контактов). Комитеты, состоящие из представителей различных держав, должны были решить всевозможные сложные экономические и юридические вопросы, касающиеся поставок в город, создания судов и борделей для солдат. После долгих дебатов, особенно между французами и японцами, минимальный возраст для китайских проституток был установлен в 13 лет, хотя в Великобритании в 1885 году он был повышен с 13 до 16 лет. Когда пришло время уходить и передавать власть обратно правительству Цин в 1902 году, французские солдаты, отличавшиеся своей жестокостью, поделились своей печалью в дневниках и письмах, в которых они сетовали на то, что им придется вернуться к пролетарской жизни во Франции после стольких упоительных и забавных месяцев оккупации Китая.

Революция 1911 года в конечном итоге привела к падению империи и основанию Китайской Республики; Сунь Ятсен был избран ее первым президентом собравшимся в Нанкине собранием представителей. Чтобы объяснить конечный триумф коммунистов и переход от буржуазной республики 1911 года к Народной Республике 1949 года после почти четырех десятилетий фактически гражданской войны между националистами (которые в 1949 году нашли убежище на Тайване) и коммунистами, а также сражений с японскими и западными оккупантами, соблазнительно упомянуть о чрезмерно консервативном характере режима, основанного в 1911-1912 годах, который в действительности не отражал стремление китайских крестьян к перераспределению земли и равенству после десятилетий и столетий режима неравенства Цин. На самом деле Сунь Ятсен был англиканином-республиканцем и антиманьчжурским врачом, но относительно консервативным в экономических и социальных вопросах, и большинство буржуазных революционеров 1911 года разделяли его уважение к установленному порядку и правам собственности (как только старый класс воинов был лишен своих незаслуженных привилегий). Китайская конституция 1911 года в этом отношении не была новаторской: она защищала существующие права собственности и делала мирное законное перераспределение практически невозможным, в отличие, например, от мексиканской конституции 1910 года или германской конституции 1919 года, которые представляли собственность как социальный институт, призванный служить общим интересам, и предусматривали возможность законодательного пересмотра существующих прав собственности и далеко идущих аграрных реформ или других ограничений прав существующих собственников. Президент Сунь Ятсен был сам отстранен от власти и заменен имперским генералом Юань Шикаем в 1912 году под давлением западных стран, которые считали, что сильный военный лидер с большей вероятностью будет поддерживать порядок в Китае и обеспечивать непрерывные фискальные потоки, необходимые для выплаты основного долга и процентов колониальным державам.

Однако, учитывая сложную последовательность событий, политико-идеологических, военных и народных мобилизаций в Китае в период 1911-1949 годов, было бы не очень правдоподобно рассматривать появление Народной Республики как неизбежное, детерминированное следствие недостатков буржуазной республики 1911-1912 годов и глубокого векового чувства несправедливости со стороны антиимперского, антипомещичьего и антимандаринского крестьянства. Ситуация могла развиваться по-разному, возможно, даже в сторону социал-демократической республики. В третьей части мы также увидим, что появление коммунистической народной республики в Китае оставило (и продолжает оставлять) открытым целый ряд возможных политико-идеологических и институциональных траекторий. Как и трансформация любого режима неравенства, трансформация трифункционального режима Китая в проприетарный, а затем в коммунистический режим должна рассматриваться как набор социально-политических экспериментов, в которых многие доступные пути не были выбраны. Изучая эти упущенные возможности, мы можем узнать много нового, что может пригодиться в будущем.

Пример конституционной клерикальной республики: Иран

Теперь мы обратимся к случаю Ирана, который предлагает беспрецедентный пример поздней конституционализации клерикального правительства с созданием в 1979 году Исламской Республики Иран, хрупкого режима, который, тем не менее, сохранился до настоящего времени. Иранская революция, как