Марина Цветаева. Письма. 1928-1932 - Марина Ивановна Цветаева

11-32. А.А. Тесковой

Clamart (Seine)

101, Rue Condorcet

8-го апреля 1932 г.

               Дорогая Анна Антоновна,

Как видите новый адрес, то есть конец одной жизни и начало другой. Выехали и въехали 31-го марта, переезжали, вернее — перетаскивались по вчерашний день. Причина переезда — невозможность платить прежнюю цену, наша новая квартира на 1200 фр<анков> в год дешевле, самая дешевая из всех виденных в Медоне и в Кламаре — на комнату (мою) меньше, и без ванной, словом 2 ½ комнаты и кухня. Половина — то место где мой стол и книги, но постель не вмещается, сплю в кухне, большой и светлой. Помогли (выехать и въехать) люди. Один Сережин приятель (ныне шофер) без устали возил по вечерам наши ящики с книгами и всякий бытовой хлам [1590]. Половину квартирной платы (платеж по триместрам вперед) внесла Е<лена> А<лександровна> Извольская, которая вернулась [1591]. Муж (помните фантастическое сватовство через 18 лет знакомства — из Японии в Медон) муж оказался маньяком и эгоистом, она не выдержала и уехала обратно (из Нагасаки — в Медон!) со старушкой-матерью 76 лет [1592]. Вернулась разбитая, но не убитая. С места в карьер — за рабочий стол, ибо на обратный путь (Канада — Нью-Йорк) ушло все что было и не было. Теперь нужно отрабатывать — свободу.

Но, увы, только она — в Медон, как мы — из Медона. Недалеко: 20 мин<ут> ходьбы, но одна вечером не пойдешь, п<отому> ч<то> места пустынноватые и очень пристают. В Кламаре у нас ни души, но пока столько работы по дому, что и не жалею.

_____

В Медоне мы прожили пять лет. В Медоне вырос Мур. В Медоне в трех минутах был лес и в трех — вокзал. В Медоне на десять домов девять старых. В Медоне когда-то охотились короли.

Кламар новый, плоский и скучный. С трамваем. С важными лавками. Может быть — придется полюбить, но —

_____

Пишите о себе, дорогая Анна Антоновна. Что пишете, что читаете, на чем отводите душу? Как здоровье Вашей матушки? Как Ваше? (Знаю, что ее для Вас важнее, потому пишу первым).

Каковы летние планы? (Или — рано?) У нас — никаких, вся надежда на лес. Пока-что он мрачен, сер и особенно, по зимнему, пуст. Но все-таки ходим.

Очередное радостное событие — русская Пасха. В этом году Мур впервые будет говеть, ибо ему 1-го февраля исполнилось 7 лет. Он за эту зиму сильно-похудел, ели плохо. Ходит раз в неделю в русскую четверговую школу — Закон Божий и русский. Остальное время — дома, читает, пишет и рисует. И — гуляет.

_____

Кончаю свою бесконечную статью «Искусство при свете совести», прерванную месячным (разборка, укладка, раскладка, чистка двух домов) переездом. Может быть пойдет в Современных Записках, об этом старается А. Эйснер, с которым я только недавно познакомилась и который мне решительно нравится [1593]. Смесь ребячества и настоящего самобытного ума. Лично — скромен, что дороже дорогого. Ко мне, неизвестно за что и почему, добр, всё пытается устроить мою рукопись.

_____

С<ергей> Я<ковлевич> без работы, томится, Аля учится. Вот и все наши новости. Да! той книги (Вы заказали «Die Frau»?) до сих пор не получила, о чем сильно горюю. На медонской почте застрять не могла, ибо оставили адрес и все пересылается. Но может быть — к Пасхе?

Обнимаю Вас и очень жду весточки, хотя бы самой короткой, а то так давно молчите.

                             МЦ.

Простите за бытовое письмо: что у кого болит —

Впервые — Письма к Анне Тесковой, 1969. С. 100 (с купюрами). СС-6. С. 401–102. Печ. полностью по кн.: Письма к Анне Тесковой, 2008. С. 162–164.

12-32. А.А. Тесковой

Clamart (Seine)

101, Rue Condorcet

17-го апреля 1932 г.

               Дорогая Анна Антоновна,

Пишу Вам на́спех, по горячему следу радости и благодарности: только что получила книгу и чудную коробку Муру. Все это больше двух недель пролежало у людей, которых за это нельзя судить п<отому> ч<то> у них тяжело болел (и еще болен) ребенок. Я же ничего не знала, а то бы давно съездила и достала.

Die Frau для меня — огромное счастье, сбывшаяся мечта двух, если не трех лет [1594]. Смотрю — и не верю (что — моя, что не нужно отдавать). Главная же радость — Вы будете, а может быть не будете — смеяться: что почти 600 страниц, что на так долго — радости. Та́к книгам я радовалась только в детстве.

Еще раз бесконечное спасибо и за книгу и за надпись.

Мур пока съел одного золотого петуха, решил беречь до русской Пасхи, вернее мы решили, а он охотно покорился.

Я еще по сей день люблю шоколадное золото, только его и люблю.

_____

Обнимаю Вас от всей души, на днях напишу еще.

                             МЦ.

Впервые — Письма к Анне Тесковой, 1969. С. 100–101 (с купюрами). Печ. полностью по кн.: Письма к Анне Тесковой, 2008. С. 164.

13-32. А.С. Штейгеру

Clamart (Seine)

101, Rue Condorset

26-го апреля 1932 г.

               Милый Штейгер!

Ответьте мне пожалуйста, заказан ли I том (Der Kranz), потому что у меня уже есть второй и