Скучная Жизнь 4 - Виталий Хонихоев

Нет, в глубине души Бон Хва признавал, что это он к Старшему пристал с просьбой «сделай так чтобы Хан на вечеринку пришел», но вот такого он не ожидал совершенно. Старший иногда вел себя как джинн из лампы — исполнял желания так, что хотелось потом на стенку лезть. Впрочем, теперь Бон Хва чувствовал себя намного уверенней — после той драки в сауне, когда он не заметил, что его ножом полоснули. Что ему может Хан сделать? Побьет? Да, пфффф…. Ради бога. Синяком больше, синяком меньше. Убивать его он не станет, а все что не убивает — делает нас сильнее. Наверное.

Он потирает предплечье, там, под рубашкой — наложены бинты. Слава всем богам на голове порез был не такой глубокий, просто крови было много, так что Чон Джа даже зашивать ничего не стала, просто обработала перекисью и два дня он с повязкой походил, вот и все.

— Нет, именно мальчиков! — говорит Минсе: — потому что я видела, как ты в коридоре со своим старшим из клуба разговаривал! С Тиеном-оппой. С тем самым что такой миленький, что я бы его уменьшила и как брелок на сумку повесила, такой он милый! Слушайте, вот как может парень таким миленьким быть? Был бы он девушкой — отбоя бы от парней не было.

— Ну так у него и нет отбоя. Только от девочек. — поправляет очки Нами: — позавчера одна первогодка из паралелли ему призналась, а вчера — старшеклассница из волейбольной секции.

— И? — вопросительно изгибает бровь Соен: — каков результат? Неужели у нас еще одна парочка?

— Неа, — качает головой Нами: — толку то. Он всем отказывает. Вежливо, но твердо. Мол говорит, не готов к таким отношениям и его сердце уже занято. Тц! — она прикусывает ноготь на большом пальце: — вот бы узнать что за стерва бедного и милого мальчика уже захомутать успела… Бон Хва, а тебе он что сказал? Кто его пассия?

— Да я-то откуда знаю. — пожимает плечами он, радуясь, что тема разговора поменялась: — мы с ним про это не говорим.

— Интересно, про что вы говорите? — задается вопросом Соен: — мальчики же должны говорить о девочках, разве нет?

— На самом деле мальчики говорят о девочках. — признается Ёджон, сидящий тут же: — но вот только по-другому. Скажи, Бон Хва?

— Наверное. — уклончиво отвечает тот. В свое время именно Ёджон подставил его в ситуации с Ханом и даже не пришел на бой посмотреть, так что Бон Хва был на него здорово обижен. Но потом… потом он понял, насколько это смешная ситуация и признался самому себе, что возможно — тоже бы испугался. Это ему хорошо, у него в голове старый отморозок сидит, а если ты один? И… сам он тоже, бывало, поступал не очень, так что он… не то, чтобы даже простил, а скорее — забыл про это. И Ёджон понемногу стал возвращаться к ним, снова стал своим в этом круге общения. Как говорит Старший — кто без греха, пусть первый бросит в него камень. И Бон Хва бросил бы, да рука не поднималась. Это в манхве легко быть героем без страха и упрека. Но в любом случае Бон Хва был благодарен Ёджону прямо сейчас — за то, что тот вызвал огонь девичьего внимания на себя и готов погибнуть за товарища в этой беспощадной борьбе не на жизнь, а на смерть и поруганную репутацию.

— И… как же тогда говорят мальчики о девочках, а Ёджон? — прищуривается Соен: — ну-ка признавайся. Как вы говорите… обо мне?

— Да, мне тоже любопытно! — кивает Минсе: — ну же, Ёджон, давай выкладывай!

— Ничего интересного. Просто мы, мужчины — более предметно обсуждаем… вас. — признается Ёджон.

— Таак, а вот сейчас поподробнее. Как именно — предметнее? То есть вы… — Соен складывает руки на столе, переплетая пальцы и напоминая Большого Начальника, который расстроен своими подчиненными: — вы нас словно коров на рынке обсуждаете? Размер вымени там, филейная часть…

— Ммм… — и тут Ёджон по-видимому начал понимать что — попал: — он стал озираться по сторонам в поисках ближайшего выхода и даже ослабил галстук на шее: — не совсем… то есть совсем не так! Да, иногда и о вымени… то есть о формах! О формах и размерах, но это не то о чем вы думаете!

— Парни все такие животные. — кривит губу Минсе: — только об одном думают, да, девчонки? Особенно наши парни. Ёджон и Бон Хва — извращуги!

— А я тут при чем? — удивляется Бон Хва: — что за огульная клевета?

— Ну… вообще-то Минсе права. — тихим голосом говорит Су Хи, обильно краснея: — ты и правда… извращенец.

— … неожиданно… — тянет Минсе, бросая быстрый взгляд сперва на Су Хи, а потом на Бон Хва: — так у вас уже было⁈ Было, получается⁈ Ого! Ничего себе! А… как⁈ Не, не, не, Су Хи, мы с тобой потом отдельно поговорим! Вы же после школы в кафешку пойдете? А может все вместе? Да что ты меня под столом ногой пинаешь, Соен! Я же все понимаю, но этот Бон Хва вроде как уже признался, а Су Хи — вроде как уже согласилась, а тут у нас оказывается сенсация!

— Прекрати. — Соен бьет Минсе по голове ребром ладони: — что за судороги умирающего от недостатка сведений папарацци? Им нужно встретиться наедине. И нет, мы не пойдем за ними в кафе и не будем следить, сидя за соседним столиком. Это невежливо. Вот если ты с парнем пойдешь в лав-отель, а мы будем за вами следить — как ты себя чувствовать будешь?

— Хорошо. — не моргнув глазом заявляет Минсе: — мне от широкой общественности скрывать нечего. Как только мне восемнадцать исполнится, я сразу же сделаю себе карьеру порноактрисы и заведу канал на Онлифанс, вот. Это пока мои нюдсы нелегальны, но подождите чуток и вы все падете ниц перед моим обаянием. Между прочим, если сделать себе карьеру в секс-индустрии