Старый, но крепкий 11 - Макс Крынов

Гуля всё ещё сидела с блокнотом.

Она внимательно читала. Палец медленно скользил по строкам, губы шевелились, повторяя написанное. Иногда она возвращалась на несколько страниц назад, перечитывала, сверялась с рисунками. Её брови то сходились к переносице, то удивлённо взлетали вверх.

Я отложил карандаш.

Гуля сидела, уткнувшись в потрёпанные листы, и глаза горели. Девочка нашла что-то себе по душе. Из всего, что было в мастерской — из всех блестящих инструментов, ярких гербариев, таинственных пузырьков — её зацепили старые, давно забытые записи.

— Нравится? — спросил я.

Гуля вздрогнула, подняла голову. Её глаза были широко раскрыты, и в них плескалось что-то, что я отлично помнил по себе.

— Дядь Китт, — сказала она тихо, почти благоговейно. — А почему вы не продолжили?

— Не продолжил что?

— Ну, это, — она помахала блокнотом. — Скрещивание. Разведение. Вы же почти все придумали! Вот здесь вы писали… писали… — она быстро зашелестела страницами, нашла нужную, ткнула пальцем в абзац. — Вот! Если взять кошку с высоким духовным потенциалом и скрестить с лесным котом, у которого… у которого в роду был духовный предок…

Я подошёл ближе, вчитался. А девочка удивляла меня все больше: говорила, предлагая те или иные варианты развития. Она успела не только просмотреть записи, но и анализировать, сопоставить. Гуля нашла ту самую схему, на которую я когда-то возлагал большие надежды, пока не понял, что для её реализации нужно слишком много ресурсов, времени и, главное, удачи, и практически поняла ее. Без малейших знаний биологии, селекции.

— Это сложно, Гуль, — сказал я, присаживаясь рядом. — Нужно не просто скрестить двух животных одного вида. Нужно проверить их потенциал — нужны животные с высокоразвитой энергетикой, нужно чтобы у них совпали энергетические потенциалы, проследить, чтобы потомство не погибло на первой неделе, если сила окажется слишком большой для слабого тела. И даже тогда — нет гарантии, что через месяц или даже год зверь станет духовным.

— Но вы же могли попробовать? — не сдавалась она. — У вас же есть деньги, есть время…

— Теоретически — мог бы, — осторожно ответил я. — Но имей в виду, что это лишь заметки. Наброски идей.

— Тут очень детально все написано, дядя Китт. Вот тут — про ускоренный рост через питательные смеси, а тут — про закрепление этих, как их… се-лек-ци-онных признаков. Кстати, что такое эти «признаки»?

Я вздохнул. Объяснять ребенку основы генетики и духовной селекции… Н-да…

Однако глаза у племянницы горели так искренне, что я решил показать и рассказать.

— Ладно, садись, будем разбираться.

Гуля тут же подскочила, устроилась на табурете напротив, положив блокнот на колени.

— Представь, — начал я, рисуя на листе круг, — что любое живое существо — это мешок. И у каждого мешка есть стенки. У одних стенки тонкие, как паутина, — Ци проходит сквозь них легко, входит и выходит, не задерживаясь. У других — толстые, как кожа. Такую стенку Ци пробивает с трудом, но уж если пробила — держится крепко.

Гуля нахмурилась, явно пытаясь представить мешки.

— Духовный зверь — это тот, у кого стенки достаточно толстые, чтобы удерживать Ци внутри. Если стенки толстые у нескольких поколений зверей подряд, животные учатся использовать её. Возникают духовные лисы, которые могут инстинктивно использовать пламя, или ускорять себя, используя энергию. А обычная кошка… ну, у неё стенки как марля. Ци проходит насквозь, даже не замечает.

— А если кошку накормить специальной едой? — тут же спросила Гуля. — Вы писали про питательные смеси!

— Писал, — кивнул я. — Но представь, что ты будешь лить в марлевый мешок супчик. Суп вольётся и выльется обратно. Чтобы стенки стали толще, нужно, чтобы они такими родились. Поэтому я и думал о скрещивании. Если взять кошку с чуть более плотными стенками — таких немного, но они встречаются, обычно у них самих в роду были духовные предки — и лесного кота, у которого предок был уже почти духовным, есть шанс, что у их потомства стенки будут ещё плотнее. Да, не у всех, потому что не бывает одинаковых детей, но если потомство будет большим, мы можем выбрать тех, у кого стенки плотнее, чем у родителей.

Гуля задумалась, подбирая сравнение.

— Если взять двух лошадей, из которых одна быстрая, другая сильная, то их жеребёнок может быть и быстрым, и сильным?

— Именно, — я удивился тому, как быстро она схватила суть. — Только здесь всё сложнее. Лошади — это просто. Сила и скорость передаются по понятным правилам. А с духовной природой не всегда складывается. Иногда у родителей с толстыми стенками рождается детёныш с тонкими. А еще духовные звери, когда вынашивают потомство, отдают ему часть своей силы. Если родители сильные, если их Ци течёт ровно и спокойно, детёныш получает хороший потенциал. Хороший запас для изменений. А если родители слабы или их энергия недостаточна, даже при хороших задатках зверёныш может родиться пустым.

Дальше я объяснил ребенку про продуктивность, экстерьер, адаптивность.

Гуля перелистывала мои старые записи, уже не задавая вопросов. А я смотрел на неё и думал о том, что сейчас происходит в её голове. О том, как она, может быть, уже примеряет на себя роль селекционера.

— Дядь Китт, — сказала она наконец, — а можно я заберу эти записи? Ну, почитать?

— Можно. Только обращайся аккуратно. И если что-то непонятно — спрашивай.

— Конечно! — Гуля прижала блокнот к груди так, будто я мог передумать и отобрать. — А мы можем потом попробовать разводить зверей?

— Как ты себе это представляешь? Звери хитрые, сильные и, главное, не все хотят, чтобы их разводили. Попробуй-ка загнать духовного волка в клетку и заставить его жить по расписанию.

Гуля задумалась, сморщив лоб. Потом вдруг захлопнула блокнот и посмотрела на меня с видом заговорщицы.

— Дядь Китт, а давай попробуем?

Я чуть не поперхнулся воздухом.

— Что попробуем?

— Ну это! — она помахала блокнотом. — Разводить! Я помогу! Честно-честно!

— Гуль, — я постарался говорить мягко, но твердо, — это очень тяжелый труд. Это тебе не грибы собирать. Нужны специальные клетки, вольеры, куча времени и, самое главное, сами духовные звери. Их еще поймать надо.

— А мы маленьких поймаем! — выпалила Гуля. — Маленьких всегда легче приручить, вы же сами написали!