Pax Britannica: Кровь и пламя - Сим Симович

— Хуже. Человек, который хочет умереть, но не может. Проклятие Одина тяжким грузом лежит на его душе. Он ищет смерти и готов разрушить мир, чтобы найти её.

Друиды переглянулись. Проклятие Одина было легендой, сказанием из времён, когда боги ещё ходили по земле. Но если Мерлин говорил правду...

— Что он уже совершил? — спросил Таранис, жрец ордена Грома.

— Уничтожил Рим магическим огнём, — ответил Мерлин. — Миллион душ принёс в жертву своим экспериментам. Покорил Галлию за полгода. Создал армию чудовищ и оружие, пропитанное магией.

— И теперь пришёл за нами, — констатировала Бригантия.

— Не за нами. За знаниями, которые мы храним. Он думает, что мы можем дать ему смерть. И он не ошибается.

Мерлин поднялся и подошёл к центральному камню. На его поверхности были высечены руны старше письменности, символы, помнившие рождение мира.

— Есть способы убить бессмертного, — сказал он тихо. — Но цена... цена ужасна.

— Какая цена? — спросил Калгак.

— Сама Британия. Чтобы уничтожить Крида, нам придётся разбудить силы, дремлющие в земле с незапамятных времён. Силы, которые изменят остров навсегда.

Друиды молчали, осмысливая услышанное. Каждый из них знал легенды о древних силах, заключённых в камне и земле. Силах, способных расколоть континенты и осушить моря.

— А если мы не остановим его? — спросил Кернунн.

— Тогда он найдёт другой способ умереть, — ответил Мерлин. — И этот способ может оказаться ещё более разрушительным.

Архидруид снова погрузился в видения. Картины будущего мелькали перед его внутренним взором — десятки возможных путей, сотни вариантов развития событий.

— Вижу пламя, поглощающее леса, — говорил он. — Вижу море, окрашенное кровью. Вижу небо, затянутое дымом сожжённых городов. И среди всего этого — его, всегда его, идущего вперёд по трупам врагов и друзей.

— Он так силён? — прошептала Бригантия.

— Его сила не в мече, — пояснил Мерлин. — Его сила в отчаянии. Человек, которому нечего терять, способен на невозможное. А Крид потерял всё ещё тысячи лет назад.

— Тысячи лет? — удивился Таранис.

— Он старше наших орденов, старше наших богов. Свидетель падения титанов, участник войн, о которых мы знаем только из преданий. Его память хранит секреты мёртвых цивилизаций.

Мерлин открыл глаза и обвёл взглядом собравшихся.

— Но у нас есть преимущество. Мы знаем эту землю лучше, чем он. Британия — наш дом, наша крепость, наша сила. Здесь каждый камень, каждое дерево служит нам.

— Что ты предлагаешь? — спросил Калгак.

— Собрать все племена. Каждого воина, способного держать оружие. Каждого мага, знающего хотя бы одно заклинание. Мы должны встретить его объединёнными.

— Племена враждуют между собой, — возразил Кернунн. — Ицены не станут сражаться рядом с бригантами, а силуры не доверяют ордовикам.

— Тогда заставим их, — жёстко сказал Мерлин. — Покажем видения того, что случится, если Крид победит. Пусть увидят пепел на месте своих домов, кости на месте своих детей.

Архидруид взмахнул рукой, и воздух наполнился образами. Друиды увидели пылающие деревни, где раньше смеялись дети. Увидели поля, усеянные трупами, вместо золотых колосьев. Увидели себя, распятых на крестах вдоль римских дорог.

— Вот что ждёт нас, если мы не объединимся, — сказал Мерлин, и образы исчезли.

— Хорошо, — кивнул Калгак. — Но как нам сражаться с его чудовищами? Наши разведчики докладывают о волках размером с лошадей, медведях с металлической шкурой, людях-зверях, не знающих страха.

— У нас тоже есть союзники, — улыбнулся Мерлин. — Духи леса, которых он потревожил своим вторжением. Звери земли, которые помнят древние договоры. Стихии, готовые служить тем, кто знает их истинные имена.

Он поднял посох — древний дуб, пропитанный магией веков.

— Призовём Великого Оленя из Калибернского леса. Разбудим Белого Дракона, дремлющего под Сноудоном. Откроем врата, за которыми ждут воины из Потустороннего мира.

— Это опасно, — предупредил Таранис. — Некоторые из этих сил служили нам тысячи лет назад. Мы не знаем, останутся ли они верными.

— У нас нет выбора, — ответил Мерлин. — Крид не даст нам времени на раздумья. Его армия уже движется на север, подчиняя племя за племенем.

— А сам он? — спросила Бригантия. — Где сейчас Крид?

Мерлин снова закрыл глаза, проникая взором сквозь туман и расстояние.

— В своём городе мёртвых. Некрополисе, как он его назвал. Место пропитано тёмной магией, где живые служат мёртвому, а мёртвые правят живыми.

— Можем ли мы ударить по городу? — предложил Кернунн.

— Нет. Он защищён рунами и охраняется созданиями, которые не спят и не устают. Нам придётся ждать, пока он сам не выйдет в поле.

— Тогда где мы дадим ему бой? — спросил Калгак.

Мерлин задумался, мысленно проходя по карте Британии. Нужно было место силы, где древняя магия острова была сильнее всего. Место, где земля сама станет союзником.

— Стоунхендж, — сказал он наконец. — Там, где стоят камни, поставленные первыми людьми. Там земля помнит времена, когда боги ходили среди смертных.

— Стоунхендж далеко на юге, — возразил Таранис. — Крид может не дойти туда.

— Дойдёт, — уверенно сказал Мерлин. — Я позабочусь об этом. Оставлю ему знаки, которые приведут именно туда.

Архидруид поднялся и обошёл каменный круг, касаясь посохом каждого мегалита. Камни отзывались на прикосновение, излучая слабый свет.

— У нас есть месяц, может быть, два, — сказал он. — Крид не торопится. Он методично подчиняет юг острова, превращая людей в рабов, а поселения — в крепости.

— Что нам делать в это время? — спросила Бригантия.

— Готовиться. Собирать армию. Плести заклинания. И молиться богам, чтобы они дали нам силы для того, что предстоит.

Мерлин остановился у центрального камня и положил на него обе руки.

— Клянусь землёй и небом, водой и огнём — Крид не пройдёт дальше Стоунхенджа. Либо он падёт там, либо падём мы. Третьего не дано.

Друиды один за другим подходили к камню и клали руки поверх рук Мерлина. Древняя клятва связала их узами крепче крови, сильнее смерти.

— Орден Дуба