Жена для Тирана - 2 - Наталья Мельниченко

— Не знаю, я сама ничего не знаю.

В следующее мгновение мой взгляд падает на фигуру в дверном проёме. Замираю от ужаса.

— Мирослава Леонидовна, хотите одобрить меню на ужин? — говорит домработница.

Я вглядываюсь в ее лицо, но оно сохраняет вежливое безмятежное выражение.

Как долго она там стоит? Много ли успела услышать!? Сердце пропускает несколько ударов.

Боже, с такими стрессами я поседею раньше времени.

— Я вам доверяю, — мягко отвечаю я и улыбаюсь.

— Как скажете, — кивает она и уходит.

— Ох, я не слышала, как она подошла! Много она слышала?

— Я не знаю, — выдыхаю я.

Глава 25

Мы с Полиной решаем уйти наверх, в нашу с Владом спальню, подальше от досужих глаз и продолжить разговор там.

Захлопываю дверь и выдыхаю. Здесь нас не подслушают, но кто знает, как много успела услышать домработница.

— Какая же все таки шикарная спальня! Я не устану повторять…

Полина восхищенно рассматривает всё вокруг, прямо как я в свой первый день здесь.

— О, Боже, как мне нравится твоя гардеробная! — слышу её голос из смежной комнаты. — И ванна!

Я опускаюсь на кровать и жду, когда сестра удовлетворит любопытство. Она ведёт себя так, словно ещё минуту назад не была участником шокирующего известия! Я не знаю от кого у меня ребёнок и кто его отец, а она рассматривает интерьер вместо того, чтобы помочь мне найти решение! Тут, так-то проблема посерьёзнее.

Наконец Поля забирается ко мне на кровать.

— Классно же! Мне нравится!

— Ага, — бурчу я без энтузиазма.

— Ой, ты ещё расстраиваешься из-за домработницы? Забей. Думаешь, она что-то слышала?

— Могла и расскажет Владу… Непременно расскажет, если слышала. Она тётка неплохая, но любой захочет выслужиться перед хозяином. А Вероника у него давно работает. Вряд ли она захочет прикрыть меня и сохранит тайну.

— Но ребёнок может оказаться и Влада, тогда нет проблем, — щёлкает пальцами Полина.

— Может, а может и нет. Пятьдесят на пятьдесят! Ты так легко об этом говоришь! Я попала в ужасную ситуацию! — едва не плачу я.

— Ой, ну, не нагнетай. Ты сама это всё затеяла, но я тебя не осуждаю, нет, просто теперь нужно немного рассудительности. Думаешь, даже если она и расскажет, Влад поверит ей? Непонятной тётке, которая решила оклеветать его любимую жену? — брови сестры взлетают вверх в немом вопросе.

— Конечно поверит! — с жаром отвечаю я.

— А вот и нет. Если ты сделаешь это первая.

— В смысле? — удивляюсь я.

— Ну…, ты можешь первая сказать Владу о том, что у тебя не сложились отношения с Вероникой, она тебя недолюбливает, хамит и прочее, — Поля пожимает плечами. — Придумаешь. Просто ты стеснялась сказать с самого начала, надеялась, что ваши с ней взаимоотношения наладятся. Всё довольно просто. Она невзлюбила тебя с самого первого для и бла бла бла…

Поля откидывается на мягкие подушки, утопая а одеяле.

— Ты же не хочешь лишиться всего этого! — обводит взглядом комнату. — Кстати, кто твой ненаглядный?

— Подчиненный Влада, Макс, — вздыхаю я.

Полина резко поднимается и хмурится.

— Спятила!? — выдыхает она.

Волна беспокойства поднимается с новой силой. Полина уже не кажется такой беспечной, как несколько минут назад.

— Эм, ну, мы с ним понимаем друг друга. Он, как и я, считает Тополева настоящим тираном, — говорю я, но мои слова звучат как-то неубедительно, шатко, готовы вот — вот рассыпаться на мелкие ничтожные осколки.

Стоит ли упоминать о том, что накануне сам Тополев довольно недвусмысленно отзывался о Максе.

— Тираном? Забавно. Я вот смотрю на тебя, Мира, и поражаюсь. Ты же вроде старше меня, должна быть мудрее и всё такое, но основы измен не знаешь. Нельзя заводить роман с людьми, которые знакомы между собой! Никогда! Рано или поздно это приведёт к катастрофе.

— Я так сожалению, — шепчу я, а слезы выступают на глазах.

— Это теперь не поможет. Нужно всё исправить. Сперва разобраться с домработницей, поскольку если она начнёт болтать, то тебе конец, а затем и с любовником. И скажи Владу о ребёнке, уверена, он будет рад.

— Да уж, — бурчу я, — только этого он от меня и ждал.

— Скажу банальность, но решай проблемы по мере поступления, сперва домработница, затем твой Максим.

— Я боюсь, я уже начинаю сомневаться, что Максим действовал исключительно из интереса ко мне, что, если он начнёт шантажировать…

— Мира! По мере поступления… Помнишь?

— Ага, — киваю я, но легче не становится.

Влад возвращается уставший.

— Как провела день? — притягивая меня к себе и нежно целуя в губы, спрашивает он.

— Хорошо, — киваю я, хотя битый час закрашивала перед зеркалом зареванное лицо, ожидая возвращения мужа.

— Поужинала? Прости, не мог присоединиться, много было дел…

Влад развязывает галстук, идёт в гардеробную.

— Чем занималась? Как Полина? — слышу его голос.

— Всё отлично, — выдавливаю я.

Полина действительно отлично, она гораздо умнее меня, знает, что изменять мужу с его помощником плохо.

Влад возвращается, я терпеливо дожидаюсь его в спальне.

Вновь прижимает меня к себе, целует настойчиво.

— Чертовски устал, но ты так соблазнительно выглядишь, что я готов забыть о тяжелом дне.

Он ласкает меня, сбрасывает одежду, целует, а я думаю лишь о своей лжи, которую должна сказать.

Тополев не выглядит, как человек, который только что узнал о измене жены, значит Вероника ещё не рассказала ему, он вернулся слишком поздно. Что ж, она вполне может сделать это завтра, значит у меня впереди есть этот вечер. Моё преимущество.

Мы занимаемся любовью, а после лежим в объятиях друг друга. Рука Влада поглаживает моё бедро.

— Я хотела поговорить с тобой, — говорю я.

— Ммм? А я смотрю, ты такая загадочная весь вечер, — отвечает он.

Нельзя наговаривать на честного человека, Вероника не сделала мне ничего плохого, а я сейчас лишу её работы. Это отвратительный поступок и тем не менее… Два человека борются во мне, один честный, другой подлый.

— Мира?

— Влад, тут такое дело… Не знаю как сказать…

Интересно, он чувствует, как ускорился мой пульс, как неистово молотит сердце. Я вот — вот задохнусь от волнения.

— Влад, я беременна, — говорю я, причём совершенно не то, что должна была.

Глава 26

— И? Как всё прошло? — спрашивает Полина следующим утром.

Мы сидим в дальней части сада, среди коротко постриженных ухоженных кустов жимолости. Здесь нас никто не услышит.

Я боялась этого разговора, знала, что сестра спросит. Но я сама дала ей право на это, именно в тот самый момент, когда рассказала про свою измену.

— Влад уехал