Попова М.Ф. Страшная сказка - Вадим Михайлович Мархасин

армия, а маленький отряд, создающий видимость большого. Он отступит и спрячется в лесу. Зато мы укрепим правый и левый фланги. На правом у нас слоны, на левом — бизоны, зебры и другие копытные. Отряд обезьян займет оборону на деревьях и затаится до поры. Когда звероподобные окажутся на поляне, маленький отряд, в страхе отступивший в лес, вновь появится из леса, но уже большим отрядом, где, кроме небольших зверюшек и птиц, будут жирафы, кенгуру, олени и другие. И когда звероподобные окажутся сдавлены отрядами справа и слева, они повернутся и попытаются отступить. Но им это не удастся. Прямо с откоса на них лавиной понесутся тигры, гепарды, леопарды и барсы.

— Гениально! — завопил попугай, который хотя и не входил в военный совет, все же решил поприсутствовать, сидя на ветке огромной сосны.

— Радоваться будем после битвы, — осталась довольна Марта.

… Пока шли приготовления, Мэйми лежала на траве (в глубине леса она нашла очаровательную полянку — маленький пятачок, усыпанный цветами), наслаждалась ароматом, любовалась небом, солнцем, облаками. Ей не хотелось думать о плохом, да и вообще всему плохому пора бы уже закончиться, считала Мэйми.

Рядом что-то зашевелилось. Мэйми повернула голову: кротообразный.

— Что ты тут делаешь? — спросила она досадуя, что ее уединение нарушено.

— Официально назначен на военном совете твоим телохранителем! — гордо признался зверек.

— А почему тебя цапля называла Шуншутием? — вдруг вспомнила Мэйми. — Ты ведь крот.

— Нет, я Шушунтий. Мы живем только в фантазиях, в придуманных странах и мирах. В жизни ведь много необычного. А с помощью воображения и обычное можно превратить в необычное. Я — пример тому. Вот крот — обыкновенное. Только он черный, подслеповатый. А вот он я: в серебристой серой шубке и прекрасно вижу и под землей, и на земле. Шушунтий одним словом.

— Ладно, пусть будет Шушунтий, — согласилась Мэйми и высказала догадку, — ты ведь не просто так пришел, правда? Хочешь сообщить нечто важное?

— Нам с тобой приказано сидеть в чаще леса и не высовываться. Здесь будет безопасно.

— Я не хочу ни воевать, ни прятаться, — призналась девочка.

— Это невозможно, — развел лапками кротообразный. — Бывают такие времена, когда приходится выбирать одно из двух: либо ты воюешь, либо прячешься. Одно из двух. А третьего не дано. Вот так. И раз ты не хочешь воевать, тебе придется прятаться. Что же тут непонятного?

— Все непонятно. Воюешь значит смелый. Прячешься — значит трус. Так ведь принято считать?

— Ну да, пожалуй, — подумав согласился Шушунтий.

— А во мне что-то изменилось: Теперь и страха нет, и желания сражаться тоже. Хочу полежать здесь на мягкой траве, подумать о многом, и чтоб вокруг стояла тишина… А потом встать и пойти домой, — и не по спинам крокодилов, а по самой обычной дороге.

— Все это обязательно случится, — закивал головой маленький серый Шушунтий, —но чуть позже. Чтобы ты свободно могла идти по самой обыкновенной дороге, нужно чуточку изменить мир. И сделать это надо здесь, на острове. Тсс-сс, — вдруг встрепенулся кротообразный, — кажется, началось….

И они замолчали — девочка и маленький Шушунтий.

Глава 15

Глава XV .

Битва продолжалась несколько часов. Мэйми не видела ничего, но слышала все — от начала до конца. Нет, конечно, кое-что и видела, но все же в основном происшедшее запомнилось ей звуками.

Сигнал о начале великого сражения подал дятел. Он забрался на вершину высокой сосны, росшей на пригорке ближе к болоту и долго смотрел вдаль. Когда он увидел несущихся по крокодиловым спинам звероподобных, тут же застучал клювом по стволу, предупреждая лесную армию о приближении врага. И лес затих.

… Звероподобные ворвались с устрашающими криками на остров, но у самого болота их никто не встретил. Тогда они взобрались на косогор и внизу увидели горстку небольших зверюшек, выставивших вперед, словно копья, сучковатые ветки, которые вряд ли кто назвал бы оружием, взглянув на тяжелые дубинки звероподобных. Звероподобные тучей ринулись вниз, и от их диких воплей дрожали деревья. Зверушки сбежались в кучу и попятились, отступая через поляну к кустам, напуганные превосходящей их во много раз силой. Когда же стая звероподобных, шумно дыша и размахивая дубинами, заполнила поляну, зверюшки успели спрятаться в густых зарослях, а из леса со всех сторон уже шли грозные отряды восставших зверей.

Да все вышло именно так, как спланировала Марта. Попытавшихся бежать звероподобных встретили несущиеся с косогора хищники. И на поляне завязалось жестокое сражение. Мэйми лежа в траве слышала крики, визг, рев, топот, скрежет. Сотрясалась земля от бегущих по ней слонов и бизонов, носорогов и буйволов. Раскачивались деревья, но не от ветра: обезьяны, перепрыгивая с ветки на ветку, вели бой сверху, забрасывая противника шишками и орехами. А потом над лесом появились стаи птиц: цапли, фламинго, аисты, орлы с воздуха набрасывались на звероподобных и клевали, щипали их, яростно наносили удары острыми клювами. Это продолжалось много часов.

Наконец наступила тишина. Без всякого сигнала стало ясно, что битва закончилась. Мэйми и серый Шушунтий, не сговариваясь, поползли к поляне.

Страшное зрелище открылось им. Вся поляна была усыпана телами зверей и звероподобных. Земля насквозь пропиталась кровью, и запах крови — запах войны — застыл в воздухе. Всюду слышались стоны израненных животных. Немного осталось в живых. Марта, сама без единой царапины, ушла к ручью смывать с себя кровь друзей и врагов. Звери верили, что девочку охраняли духи леса, поэтому она и осталась невредимой. Но Марта знала: жизнь ей спасли мохнатые и пернатые воины, закрывая ее собой, успевая всякий раз вовремя прийти на помощь. Горестная кругом была картина. Мэйми не вытирала слезы, текущие по щекам. Щуншутий, вздыхая, плелся рядом.

Оставшиеся в живых потащили остывающие тела звероподобных к болоту, где прожорливые крокодилы должны были довершить начатое. Слышалось лязганье крокодиловых челюстей.

Мэйми и кротообразный помогали раненым: прикладывали к больным места целебные травы и мох, успокаивали, носили воду из ручья — напоить и обмыть раны.

— Берегись! — раздался вдруг крик маленького кротообразного.

Мэйми отпрянула в сторону, и мимо нее со свистом пролетела огромная дубина, брошенная кем-то, засевшим в кустах.