Попова М.Ф. Страшная сказка - Вадим Михайлович Мархасин

Серенький зверек лежал у края поляны. Он тяжело дышал, и дымчатая его шубка была в пыли и в крови. Рядом огромная дубина уже мертвого вожака. Мэйми опустилась на колени около зверька. Маленький Шушунтий с трудом приоткрыл глаза, и его тускнеющий взгляд встретился с горестным взглядом Мэйми. Зверек прощался с девочкой. Потом глаза его закрылись. Маленький пушистый Шушунтий, добрый зверек с веселыми черными глазенками-бусинами, верный друг умер.

Мэйми долго сидела возле пушистого тельца и плакала. А потом унесла его со страшной поляны, залитой кровью, в чащу, туда, где сладко пели птицы и где росли самые прекрасные цветы, и там похоронила.

Возвращаться назад не хотелось, и Мэйми пошла вперед, все более углубляясь в густые дебри. Где-то там за спиной, оставалась кровь, ненависть, боль потерь и разочарований, осколки разбитых, несбывшихся надежд. "Как быстро можно повзрослеть, — думала Мэйми. — Взрослым человека делает страдание". Она вспомнила свое милое безоблачное прошлое, светлая и тихая грусть охватила ее душу. Мэйми показалось, что от того времени ее отделяют не месяцы, а годы, десятки лет.

Тишина окутывала девочку, одиноко бредущую по лесу. Но вскоре ей стало чудиться, что она не одна. Явственно слышались голоса, причем совсем рядом. И Мэйми шла вперед, туда, где кто-то с кем-то разговаривал, и никого не находила. Потом голоса начали звучать в другой стороне. И девочка шла на них и снова никого. Постепенно она утвердилась в мысли, что некто таинственный играет с ней в прятки. Но кто? И она продолжала идти, желая разгадать тайну леса.

Глава 16

Глава XVI .

Мэйми не переставала удивляться: деревья разных широт мирно росли рядом. Дочери северных земель сосны и ели соседствовали с пальмами, карликовые деревца, которым доставало и неяркого солнца, перемежались с деревьями исполинами, подпирающими вершинами небо. Наконец Мэйми устала и присела передохнуть у подножия огромного дуба, уверенная, что окончательно заблудилась.

—Здесь, конечно, хорошо, но я хочу домой, — размышляла Мэйми, не замечая, что делает это вслух.

— И что же тебе мешает попасть туда? — послышался голос совсем рядом.

Мэйми огляделась — никого. С соседнего дерева вспорхнула птица. А спиной и затылком девочка ощутила чье-то горячее дыхание.

—Кто здесь? — спросила она.

—Тот, с кем рядом ты изволишь сидеть.

Мэйми снова оглянулась, даже не поленилась встать и обойти вокруг дерева, но по— прежнему никого не обнаружила. Она уселась на прежнее место, и над головой ее раздался смех.

—Хватит играть со мной в прятки! В это лесу все время кто-то разговаривает, смеется. Но как только я появляюсь, наступает тишина.

—Чему же ты удивляешься? Это же волшебный лес. Кстати мы не только разговариваем и смеемся, иногда мы еще и поем, — смущенно добавил тот же голос.

— Кто вы? — настаивала Мэйми, пребывая в глубокой растерянности.

— Деревья, — спокойно ответил голос.

Мэйми повернулась лицом к дубу и поняла, что дерево смотрит на нее.

—Вы умеете говорить? — все еще не могла поверить она.

— И не только. Мы умеем чувствовать, а это куда важнее.

— Я тоже умею чувствовать, и сейчас моей душе больно, — призналась девочка.

— Пройдет, — успокоил дуб. — Потери всегда острой болью отзываются в сердце, и поначалу очень тяжело, и кажется, что не справиться с этой тяжестью. А потом все проходит.

—Так ты все знаешь? — удивилась Мэйми.

— Конечно, мои корни глубоко в земле. От них мне известно, что здесь, в лесу, ты похоронила маленького пушистого зверька, который был тебе особенно дорог.

— Он спас мне жизнь, — кивнула Мэйми и чуть не расплакалась.

И сразу стало так тоскливо, и все пережитое показалось страшной, неподъемной ношей. И Мэйми принялась рассказывать дубу обо всем, а он гладил ее по голове лапой— веткой и успокаивал.

—Ты обязательно вернешься домой, — выслушав историю Мэйми, сказал дуб.

— Но как? — воскликнула девочка, — я не знаю дороги. А вокруг чужой мир. И даже если он прекрасен, это все равно ничего не меняет. Я знаю, что за сказочным лесом по-прежнему остаются мерзкие болота и злые крокодилы, крокодилы, крокодилы ….

— Я ведь могу предсказать, что тебя ждет дальше, — смущенно предложил дуб.

—Ты умеешь и предсказывать? — в очередной раз удивилась Мэйми. — Ты волшебник?

— Не волшебник, а дуб-предсказатель, единственный в чудесном лесу. Дай мне твою руку и смотри прямо в мое сердце.

Мэйми положила руку ладонью вверх на протянувшуюся к ней ветку. Где у дуба сердце, она не знала, но старательно вглядывалась в шершавую кору, и ей казалось, она видит все, что прячется под грубой кожей дерева. А дуб стал прорицать:

— Ты думаешь, что приключениям твоим приходит конец и боишься навсегда остаться на этом острове, не найдя дороги домой. Такое случается с теми, кто не решается идти вперед, изменять себя и свой путь под звездами. Так и ты: хочешь домой, но продолжаешь бояться болот и крокодилов. Я вижу все, что произойдет с тобой дальше. Ты попадешь…

Но Мэйми отдернула руку и спрятала за спину.

— Прости меня, дуб, но я не хочу знать, что будет дальше. Достаточно того, что мне уже известно. Не рассказывай мне больше ничего, иначе я не смогу идти дальше.

И она пошла прочь.

— Прощай девочка! — прокричал вслед дуб. — Деревья выведут тебя из чащи к друзьям… Воды не бойся, высоты не бойся… Не бойся ничего кроме сладких снов…

Последние слова дуба показались Мэйми сплошной загадкой, но слишком много было вокруг тайн и чудес, потому эту последнюю тайну Мэйми оставила на потом, надеясь когда-нибудь раскрыть ее, а сама вслушивалась в голоса деревьев и шла на них, пока не увидела знакомую поляну.

Прошел дождь, и следов крови на земле уже не было. Солнце клонилось к закату, и