Язык и идеологическая борьба - Иван Константинович Белодед

влияний в стилях самого церковнославянского языка, трансформацию стилей церковнославянского языка на украинской почве и затем – отражение этих процессов в развитии русского литературного языка. Здесь (гл. I, § 5) рассматривался характер этих украинских стилей церковнославянского языка и их воздействие на русскую литературную речь. Большое внимание В.В. Виноградов уделял процессу национальной демократизации русского литературного языка, которая оказывала влияние также на развитие этих процессов в украинском и белорусском языках.

В.В. Виноградов прослеживал развитие процесса объединения московской традиции церковно-книжного языка с киевской, взаимосвязи русского и украинского литературных языков освещаемого периода, значение деятельности киевских ученых, киевских и львовских образцов литературного языка в развитии русского литературного языка того времени, а также значение влияния русского литературного языка в развитии украинского литературного языка[81].

В различных работах В.В. Виноградова анализируется литературный язык так называемой Юго-западной Руси, его позднего средневековья («украинско-белорусский»). Он понимал всю иллюзорность единства этой речи.

«Тут различия и в составе книжно-славянской стихии, и в процессах ее взаимодействия с живой народно-диалектной речью, и в разных способах ее вытеснения и поглощения украинскими и белорусскими культурными диалектами, а также городскими койне, – писал он, – в конкретно-исторической полноте пока в деталях не определены»[82].

Как нам уже приходилось отмечать[83], так называемая юго-западная русская речь объединяла только, пользуясь более поздним термином, официально-деловые стили (или «приказные», как их называл А.А. Шахматов). Развитие украинского и белорусского языков, уже сформировавшихся в этот период, происходило на базе всех «культурных диалектов», о которых говорит В.В. Виноградов (т.е. на базе центральных массивов этих языков в сочетании с предыдущей и современной им книжной традицией). В.В. Виноградов анализирует процесс взаимодействия украинского языка с польским и отражение результатов этого процесса как в этих языках, так и в русском литературном языке[84].

При освещении всех этих вопросов В.В. Виноградов опирается и на работы украинских исследователей, особенно на труды историка украинского литературного языка П.И. Житецкого[85]; он использует также оригинальные материалы созданных на Украине памятников XVI – XVII вв., в частности, грамматики Л. Зизания, М. Смотрицкого и др. К сожалению, «Славянская грамматика» И. Ужевича, этот уникальный памятник украинской грамматической традиции, первая грамматика собственно украинского языка XVI – XVII вв.[86], увидела свет только в 1970 г. и не могла уже быть объектом научного рассмотрения В.В. Виноградова, хотя он и ожидал ее с большим интересом и, как он говорил, «с надеждой». В плане его научных интересов к языковой ситуации этого периода, которые он прививал и своим ученикам и сотрудникам, находится и исследование Н.И. Безбородько, в котором рассматривается взаимодействие латинского и восточнославянских языков в этот период[87].

С высоким научным пафосом, присущим ему как историку литературного языка, В.В. Виноградов осветил значение творчества Т.Г. Шевченко в истории украинского литературного языка.

«В его словесно-художественном творчестве, – писал он, – определились нормы и пути развития украинского национального литературного языка. Это – исторический подвиг не только национального, но и интернационального диапазона»[88].

Исследователь подчеркивает значение для выработки художественно-языковой концепции Т. Шевченко творчества А. Пушкина и Н. Гоголя.

«Пушкин оказал огромное влияние на формирование художественной системы Шевченко, в том числе и на его принципы организации поэтической речи»[89].

В восприятии народно-поэтической украинской фразеологии, символики, образных семантических и синтаксических форм народно-разговорной, устной речи, песенного языка и в творческой обработке их «в стиле гомеровских поэм»[90] Шевченко, по нашему мнению, близок к Гоголю, традиции которого он развивал. По мнению ученого,

«…главной базой формирования украинского национального литературного языка в поэтической деятельности Шевченко стала народно-разговорная украинская речь и народная украинская поэзия»[91]

в сочетании, добавим мы, с жизнеспособными компонентами книжно-литературной традиции украинского литературного языка предыдущей эпохи.

В историю мирового искусства, мировой культуры, художественно-языковых ценностей мира, – говорит В.В. Виноградов, –

«…Шевченко входит не только как гениальный национальный поэт Украины, не только как замечательный русский поэт и художник, не только как величайший, наряду с Пушкиным и Мицкевичем, поэт славянства, но и как поэт-гуманист мирового значения. Его произведения, напечатанные и звучащие на разных языках мира, являются важным фактором прогрессивного культурно-эстетического, идейно-художественного и социального развития всех народов современного человечества»[92].

Рассматривая значение языка Н.В. Гоголя в истории русской литературной речи XIX в., В.В. Виноградов, в частности, отмечает, что Гоголь ввел в русский художественный язык как элементы украинской лексики, синтаксиса, так и образные средства выражения украинской народной речи, которые в сплаве с элементами русской народно-речевой стихии и давали тот высокий художественно-языковой эффект, который пленял и пленяет читателя. В.В. Виноградов писал, что

«…в гоголевском стиле русская и украинская языковые стихии слились в оригинальное художественное единство. Формы словесного выражения, порожденные тонким украинским народным юмором, приемы лирического стиля, выработавшиеся у Гоголя под влиянием украинских дум, обогатили систему художественных средств русского прозаического языка»[93].

Исследования В.В. Виноградова о языковом мастерстве Гоголя показывают ни с чем не сравнимую гениальную оригинальную манеру писателя, приемы в использовании языковых элементов, которые являются общими для русского и украинского языков и которые «своеобразно сочетали в себе, как бы синтезировали оттенки значений, присущие им в том и другом языке»[94]. Гоголь, отмечал В.В. Виноградов,

«пользовался выразительными формами украинского народного языка, его поэтическими образами и оборотами лишь как средством создания национального колорита. Он искусно расцвечивал этими красками и обогащал этими элементами язык русской художественной литературы»[95].

Очарование гоголевского стиля проявляется, в частности, и в том, что читатель, не видя в его языке украинизмов, все же чувствует, что вот тут что-то навеяно, что-то возбужденно украинской образностью слова, которая находит соответствие – полное и красочное – в русском языке.

По наблюдениям В.В. Виноградова, в период переделки текста «Тараса Бульбы» (конец 30-х годов XIX в.) Гоголь уже задумывался над вопросом о социальной дифференциации украинской речи и стремился средствами языка в известной мере отразить эту дифференциацию при характеристике своих персонажей как представителей определенных социальных групп[96].

Большой интерес для исследований по истории языковедческой науки представляет тема «В.В. Виноградов и А.А. Потебня». Известно, какое широкое отражение нашли в творчестве В.В. Виноградова научные идеи А. Потебни. Отдельного разбора работ А. Потебни, посвященных собственно украинскому языку, у В.В. Виноградова нет. Ученый высоко оценивал вклад украинского лингвиста в развитие русского языкознания:

«Совершенно новые вопросы и