Все началось с развода - Анна Томченко

Я не понимала, с кем он соперничает с женой, с бывшей, так я ничего с ним не делила.

Когда первый наплыв гостей с поздравлениями, начал утихать, люди потихоньку раэбредались в разные стороны. Кто-то уходил в зону отдыха, кто-то перебирался на балконы, потому что в главном зале становилось душновато. Зина, подхватив меня под руку, потащила в сторону зоны отдыха, при этом тараторя о том, что вообще очень неожиданные подарки, и ей казалось, что подарок папы это само день рождения, но она даже представить не могла, что он поступит таким образом.

Я только улыбалась, а потом Зину кто-то окликнул, и она, пожав мне запястье, тихо произнесла:

— Я сейчас, на секунду.

Я кивнула, прошла в зону отдыха, села на длинный диванчик и вытащила мобильник для того, чтобы проверить соцсети.

В какой-то момент рядом со мной произошло шевеление. Я, переведя взгляд, увидела, что по другую сторону, с другого края дивана приземлился мужчина.

Хотя, как мужчина, наверное, лет тридцать пять, может, тридцать восемь. Чёрные зауженные брюки. Рубашка чёрного цвета с распахнутым воротом, дорогие часы на запястье. Тёмные волосы, уложенные назад. А глаза лукаво наблюдали.

Я нахмурила брови не представляя, кто передо мной, потому что среди гостей я этого молодого человека не видела.

А он, запрокинув одну руку на спинку диванчика, вскинул бровь, улыбнулся обаятельно, показав идеальные белые зубы. И усмехнулся.

— Так вот, значит какая это бабушка у Мити?

Я медленно вздохнула, а в следующий момент весь обзор мне перегородила спина Альберта.

— А вот такой вот у Мити дедушка... — хрипло выдал Альберт.

23.

Альберт оскалился и постарался втиснуться на маленький диванчик таким образом, чтобы придавить незнакомца, но вместо этого он больше придавливал меня.

Я вообще раздражалась из-за того, что Альберт вёл себя не просто неуместно, а почти по-хамски.

— А вы, стало быть, у нас кто?— С наигранной заинтересованностью спросил Альберт и развернулся слегка полубоком, отгораживая от меня мужчину.

— А я крестный Митеньки. — Произнёс незнакомец, и Альберт протянул руку, а мне это было настолько дико, что я даже выглянула из-за мужа, чтобы ещё раз посмотреть на мужчину.

— В смысле крёстный Митеньки? — Спросила я, сдвигая брови на переносице.

— Ну, так уж получилось не совсем удобно. Меня зовут Максим Сокольников. И в момент крестин Дмитрия я, к сожалению, отсутствовала на территории Российской Федерации, но от своих обязанностей я ни в коем случае не отказывался ни разу.

— Ну, здравствуйте, крёстный Митеньки, — хрипло произнёс Альберт, протягивая руку для рукопожатия. Максим лихо улыбнулся и сжал ладонь Альберта. При этом создавалось впечатление, как будто бы они стараются друг другу руки переломать.

— А что же вы не представились, с родственниками не познакомились? —Медленно произнёс Альберт, тем самым давая понять, что его эта ситуация особо не радовала.

— Да как-то времени особо не было. Я и так подзадержался. Даниил очень недоволен был тем, что я даже на такое мероприятие, как день рождения крёстного сына, опаздывал.

У меня в голове складывалась картинка, что этот Максим знакомый зятя. Но почему об этом знакомом не слышали мы? Когда крестили Митю, у нас не было как таковых крёстных, то есть с нашей стороны присутствовала крёстная, которая была троюродной сестрой Зине. А крестного по факту не было, но мы на тот момент с Альбертом не стали никак заострять на этом внимание. Ну нет и нет крёстного, но, оказывается, крестный был, просто отсутствовал.

— Ясненько, ясненько, — протянул Альберт. И ещё раз подвинулся таким образом, что опять меня попытался спихнуть с дивана. Я психанула и в итоге встала, поправила платье и ощутила, что кожу ужалил пристальный заинтересованный взгляд.

— Вы нас покидаете? — Усмехнувшись, спросил Максим. Я в этом голосе заподозрила лёгкую издёвку. А потом меня ещё раз кольнуло какой-то догадкой, и я, припомнив присвист и хриплый голос с бархатными нотами, в ужасе распахнула глаза.

Это тот нахал, который что-то крикнул мне с балкона. Я тяжело задышала и сквозь зубы произнесла:

— Да пойду проверю, как Митенька.

Альберт обернулся на меня через плечо и, вскинув бровь, заметил.

— Было бы неплохо, Алёнушка, было бы неплохо... — его вот это вот Алёнушка меня садануло больше всего, но я все-таки не стала провоцировать скандал и, медленно развернувшись, пошла в сторону главного зала.

Тут как будто бы сам Бог услышав мои причитания, подсунул мне под руку Даниила.

— Дань, родной мой, — произнесла я, перехватывая зятя за руку— а кто это, что это за крестный вдруг у Митеньки появился?

— Ох, мам. — Вздохнул, а зять и потёр переносицу. — Некрасиво получилось, ты уж прости, но у Макса слегка своеобразный юмор и полное отсутствие такта, а если ещё учесть, что он почти всех здесь присутствующих сейчас видит впервые, то сама понимаешь, многое для него немножко шок.

— Кто это вообще такой, — нахмурившись, уточнила я и сделала шаг в сторону, отводя Данилу с прохода.

— Это один из бывших партнёров моего отца. Но на тот момент, когда мы уже познакомились, мы были с не такой большой разницей в возрасте, поэтому успели подружиться, а перед свадьбой Макс уехал за границу. И поэтому он и не появился у нас на свадьбе и на крестинах Мити. Сейчас опять вернулся в Россию, на этот раз курировать все сделки уже с этой стороны.

Я нахмурилась.

— Но ты не переживай, мам, он на самом деле очень неплохой человек, немного резковатый, а в остальном он безумно порядочный.

Что-то по наглой ухмылке, которая все время была на губах этого Максима, я сомневалась в его порядочности, и Даня, заметив мой сомневающийся взгляд, тут же поторопился уточнить:

— Этот инцидент на балконе я тебе ‚ честное слово, даю, что такое больше не повторится. У Макса иногда случается, что он забывает, в каком обществе находится, и ладно бы он это ещё фыркнул не по-русски, ещё можно было простить, но его так переполняют эмоции.

Я сдвинула брови, но все же качнула головой, принимая к сведению все данные, которые