Все началось с развода - Анна Томченко

— Зин, немедленно идите сюда.

— Мам, разберись сама с этой проблемой.

С какой именно, она даже не спросила, оставила меня, бросила, чтобы я попыталась утихомирить бешеного зверя, которого, собственно, и раздраконил их такой весь хороший, крестный.

Гулко сглотнув, я проследила глазами за тем, как по залу передвигался Альберт, только для того, чтобы понять, что он собирается выкинуть, но снова мелькали в поле зрения один за одним бокалы.

Да что же он ведёт то себя как свинья?

Он же прекрасно понимает, что это не то место, где надо устраивать кулачные бои и показывать своё эго всем на обозрение.

Какого черта он старается все настолько усугубить, что в дальнейшем последствия будут абсолютно у всего, и разгребать их придётся его же близким.

Понятно, почему он Эллочку с собой не взял, конечно, какой тут, когда здесь такие скандалы, зачем ему тревожить свою беременную девку?

Набрав полные лёгкие воздуха, я снова пошла на поиски Мити и застала его в детской комнате, постаралась отсидеться, но буквально через несколько минут в дверь вошёл Альберт, усмехнувшись пьяно, он присел на один из детских пуфиков и позвал к себе Митю.

Внук не понимая, что происходило, радостно, полез к деду на колени, Альберт его обнял. Поцеловал в щеку и спросил.

— Ну что, тебе нравится праздник?

— Да, дедуль. Да, — радостно выдохнул Митя, а я нахмурила брови.

Да, сейчас он будет сидеть здесь, рассказывать о том, как он много для этого сделал. Но, слава Богу, это не затянулось. Альберт отпустил Митю, а тот прыгнул тут же в бассейн с мячиками.

Медленно встав, я прошла к двери, понимая, что уж здесь Альберт явно не устроит скандал.

Оказавшись снаружи, я столкнулась со своей дочерью.

— Мам, ну что случилось?

— Ваш отец в скором времени, вероятнее всего, устроит скандал, поэтому, чтобы этого избежать, я поеду домой.

— Что, мам о чем ты? — выдохнула растерянно Зина и перехватила меня за запястье.

Я поморщилась, ощущая, как кожа в этих местах безумно болела.

— Мам, ты объясни по-человечески.

— Ну что я тебе могу объяснить? Пусть тебе лучше это Даня объяснит о том, как его партнёр и друг завёл вашего отца. А я оказалась, собственно, камнем преткновения. Поэтому давай хотя бы сейчас я поступлю как единственный взрослый человек здесь присутствующий, и тихонечко уеду.

— Но день рождения ещё не закончился.

— Я знаю, но подарки мы подарили. Остался у вас фейерверк. Скоро и так все будут расходиться по домам, а я не хочу, чтобы завтра Митя плакал о том, что его праздник был испорчен.

— Мам.

Но я качнулась вперёд и поцеловала дочку в щеку.

— Слушай, я все понимаю и знаю, как это по-дурацки выглядит с моей стороны, но давай будем реалистами. Никому не нужен здесь скандал, тем более моему внуку.

Спустя десять минут я быстро попрощалась с Митей, с некоторыми гостями, которые были особо близки и уже на в холле ресторана меня остановил поддатый толос Альберта:

— Что бежишь к сосунку своему, ноги быстрее хочешь раздвинуть? Да? — он произнёс это, стоя от меня на расстоянии вытянутой руки. А я ощутила, что мне стало так сильно больно, что терпеть больше не было возможности.

Я подняла на него заплаканные глаза и хрипло произнесла.

— Если тебе нужно какое-то доказательство того, что мы теперь в разводе, значит, ты это чёртово доказательство получишь, я объявлю об этом на весь город. Я надеюсь, в таком случае у тебя язык не будет поворачиваться делать мне дебильное предложение.

Альберт зло усмехнулся и качнул головой.

— Не торопись. Я подожду, когда сама приползёшь и согласишься на все условия, которые я поставлю.

Я развернулась резко и вышла из ресторана, быстро спустилась по длинным ступенькам, приподнимая платье, а когда оказалась на тропинке, ведущей к паркингу, возле меня затормозила с присвистом чёрная ламборджини.

Окно медленно опустилось.

Я прикусила нижнюю губу.

27.

В машине пахло сандалом, нотами лилии и почему-то чёртовым карамельным сиропом, причём сироп выделялся в какую-то отдельную ноту и даже горчил на кончике языка.

— Значит, бывший муж — Медленно произнёс Макс, и я отвернулась к окну.

Все его умозаключения, вероятнее всего, были построены на основании того, что он что-то спросил у Даниила. Поэтому отвечать я не видела смысла. Все, что нужно он и так уже узнал.

Я только покачала головой и глубоко вздохнула, стараясь устаканить своё моральное состояние.

И сесть в машину к этому наглецу было, наверное, не самым рациональным поступком, но я все же села, подобрала платье, медленно опустилась на сиденье и хлопнула дверью.

И он вёз меня домой.

По вечернему городу, а потом по вечерней трассе. И проезжая мимо только что перепаханных полей в салон добавилась новая нота — влажной сырости.

— НУ, в любом случае меня этот факт не может не радовать, — лениво произнёс Макс, и я скосила глаза. Он провёл кончиками пальцев по оплётке руля, делая это настолько демонстративно медленно, как будто бы гладил не выделанную кожу, а что-то более нежное и хрупкое. И пальцы у него были красивые. Аккуратные. Не сосисками, не длинные костяшки, а вот самый что ни на есть хорошие для мужчины, с широкой кистью. И запястья, увешанные какими-то браслетами тоже заставляли сердце, наверняка более молодой и ветреной, трепетать с удвоенной силой, но я была в разводе, у меня был внук, и поэтому я смотрела на побрякушки на руках Макса чисто с эстетической точки зрения.

Он вообще для меня сейчас выглядел чисто эстетической картинкой. И даже чёрная рубашка у него местами на складках была смята так, как это передал бы хороший фотограф.

Но я молчала, не видела смысла в диалоге, да и какой между мной и им может быть диалог.

— Ален... — позвал меня Максим. Я вздохнула, собираясь намекнуть на, что можно как бы и по отчеству, но он, переведя на меня взгляд, улыбнулся и сделал это так порочно и пошло, что я подальше засунула все свои назидательные речи. — Не надо, не надо. Отчество здесь явно будет лишним. В конце концов, я же познакомился с вами изначально как просто женщиной, а уже потом с тещей моего друга.

— Мы не успели