Всё не то, чем кажется - Олли Бонс

В ушах противно звенит, а желудок как будто поднимается и перекрывает мне горло. Я чувствую, что сосуд в моих руках делается всё тяжелее…

— Отпусти, дурень! — наконец доходит до моего сознания голос колдуна. — Ты раздавить его, что ли, хочешь?

Я пытаюсь приоткрыть глаза и вижу в сосуде что-то красное.

— А этот ингредиент нам не нужен, — колдун ловко успевает отнять у меня сосуд, и меня выворачивает на пол. Хорошо хоть я много не ел в последние сутки.

— Ты чего? — озабоченно шепчет дракон, пока колдун возвращает посудину на треногу. — Мы довольно долго не могли забрать у тебя эту штуку.

— Да мне что-то сделалось нехорошо, когда я увидел, сколько потребовалось крови, — говорю я.

— Что ты, всего пара капель, — и дракон показывает небольшой порез на подушечке пальца.

— Сильвер, чего расселся? Давай сюда руку, — между тем командует колдун, размахивая своим здоровенным клинком.

Я подхожу и протягиваю ему руку, стараясь принять гордый и бесстрашный вид.

— Опять мутит? — с беспокойством спрашивает колдун, оглядывает меня и приходит к решению, что я способен вытерпеть это испытание. Вижу, как он берёт чью-то трясущуюся руку. Похоже, это моя, ха-ха.

— Что это? — вдруг хмурится колдун, указывая на стену.

Я внимательно туда смотрю, но не понимаю, что он имел в виду. Тут я чувствую какое-то давление на пальце.

— Ну вот и всё, — удовлетворённо сообщает колдун, вытирая лезвие ножа о край одежды.

Я рассматриваю свежий порез на пальце — надо же, не больше обычной царапины. И нож у колдуна, оказывается, совсем крошка, целиком помещается в ладони. Так что было совсем не страшно.

— Кыш, собирайте вещи, — машет на нас рукой колдун. — Дальше без вас управлюсь.

И мы идём укладывать вещи, которых совсем немного. Моя одежда (от неё мало что осталось), да мешочек некрупных драгоценностей из сокровищницы, да пара ножей на всякий случай.

— Думаешь, тебе не хватит одного? — хмыкает дракон, когда я поглядываю на третий нож.

— А вдруг один сломается! — и я жадно тяну к себе третий нож.

— Ну что ж, не стесняйся, можешь подобрать ещё полный набор доспехов, — вздыхает дракон. — Не тебе же тащить.

— Что ты ноешь, — ворчу я.

Но по правде, не так уж я и раздражён. Я просто в восторге, даже прыгать хочется — я отправляюсь на край света! Да!

Когда мы уже готовы, нас находит колдун.

— Всё получилось, — довольно кивает он. — Вы можете лететь без страха, иллюзия уже действует. Я буду поддерживать её, сколько понадобится.

Затем колдун протягивает нам два забавных талисмана, замысловато сплетённых из травы. Они плоские, длиной не больше пальца.

— А это чтобы лететь было полегче, — говорит он. — Берегите их, не вздумайте потерять!

Я кладу свою плетёнку в карман, а для дракона приходится сооружать что-то вроде платка-ошейника, ведь больше ему некуда спрятать талисман. Затем дракон с колдуном немного спорят по поводу упряжи (дракон считает, что с ней похож на ездовое животное, каковым ему не хочется выглядеть, а колдун утверждает, что упряжь полезна для равномерного распределения веса груза… то есть, принца). Я стою неподалёку и пытаюсь сохранять равнодушный и независимый вид.

Колдун побеждает в этом споре, и кто бы сомневался. Дракон почти никогда ему не противоречит. То ли не смеет, то ли так доверяет любым его решениям.

Мы надеваем на Беляшика эту необычную сбрую и проверяем, надёжно ли всё закреплено, а потом подвешиваем мешок с вещами к боку дракона.

Наконец мы готовы к отлёту.

Сиденье (оно мягкое, из кожи и ткани) крепится на ремнях, мы расположили его чуть позади и сбоку от дракона. Я поднимаю его и принимаю позу, как будто сижу в воздухе. Колдун подаёт сигнал, и дракон что есть силы бьёт меня крылом по голове.

— Ай! — только и успеваю сказать я и падаю.

Беляшик пытается попросить прощения, но колдун прерывает его.

— Не время! — говорит он. — Вам нужно поспешить, пробуйте ещё раз. Ну!

Дракон немного разбегается, мне приходится семенить за ним следом, согнувшись и придерживая сиденье. При этом я чувствую себя очень глупо, как будто пытаюсь удержать спадающие штаны. Беляшик хлопает крыльями (к счастью, в этот раз не попадает по мне), я чувствую, что ремни натягиваются, сиденье подталкивает меня снизу, и я лечу!

Но недалеко. Я сажусь на полу, ощупывая нос. Я уже тоже не уверен, что упряжь была хорошей идеей. Беляшик выглядит несчастным, он покраснел и прижал уши.

— Ещё попытка! — командует колдун. Ему легко, а я в следующий раз могу и в пропасть улететь.

Мы делаем ещё попытку, и она удаётся.

— Не задерживайтесь в пути! — доносится снизу напутствие колдуна.

С сиденья по сторонам смотреть намного удобнее, чем со спины дракона, прижавшись к его шее. Так что я с удовольствием рассматриваю окрестности, затем гляжу на замок — он кажется уже совсем маленьким. Мне чудится какой-то знакомый звук.

— Тебе не кажется, что где-то блеет коза? — озабоченно спрашивает дракон.

Но мне совсем не хочется прерывать волшебство полёта и отвлекаться на поиски козы.

— Думаю, это просто ветер свистит у тебя в ушах. Я ничего не слышал, — говорю я.

И мы летим высоко над землёй, озарённые лучами восходящего солнца.

Глава 11. Уходи поспешно, пользу нанеся

Мы летели над землями Четвёртого королевства. Под нами тянулись холмы, поросшие редкими деревьями. Впереди виднелось что-то вроде поселения.

Вдруг сиденье подо мной резко ушло вниз, и я ударился макушкой о живот дракона. К счастью, я крепко вцепился в ремни, иначе точно бы упал. Полёт моментально выровнялся.

— Ох, что ж ты бьёшь меня? — восклицает дракон. — Больно же!

— Почему мы начали падать? — шиплю я.

— Не начинали мы падать.

— Ты резко пошёл на снижение, я потому в твоё пузо и врезался! — сержусь я. — Приземляйся!

— Что ж это, неужели задремал, — сокрушается дракон. — Но ты не переживай, больше такого не будет…

— Снижайся, говорю!

Дракон наклоняет морду вниз и видит, как я болтаюсь в воздухе отдельно от сиденья, держась за ремни.

— Ой, прости меня! — говорит он и стремительно снижается.

Когда я наблюдал за прилётом колдуна в замок, я предполагал, что дракон может сесть прямо на него. Но колдун оказался более ловким или же ему повезло, а вот мне — нет.

Так что я лежу в пыли и размышляю