Видение о Петре Пахаре - Уильям Ленгленд

Ignis devurabit tabernacula eorum qui libenter accipiunt munera, etc[62].

Для этих ученых людей эта латынь означает,

Что огонь упадет с неба и сожжет в голубой пепел

Дома и жилища тех, которые желают

Подарков и ежегодных приношений по своей должности.

100 Король вышел из совета и послал за Мид

И, чтобы привести ее как можно скорее, отправил тех многих приставов,

Которые провожали ее в ее апартаменты с радостью и веселием.

Милостиво тогда стал говорить король.

Деве Мид говорит он такие слова:

105 «Неразумно, женщина, ты часто поступала,

Но никогда ты не поступала хуже, чем когда ты связалась с Ложью.

Но я прощаю тебе эту вину и жалую тебе мою милость.

С этих пор и до дня твоей смерти больше так не делай.

У меня есть рыцарь Совесть. Недавно он прибыл издалека.

110 Если он захочет взять тебя в жены, захочешь ли ты иметь его?»

— «Да, государь, — сказала эта леди, — Господь да запретит иное!

И я всецело в вашем распоряжении, пусть меня немедленно повесят...»

И затем был позван Совесть, чтобы он пришел и явился

Перед королем и его советом, клерками и другими.

115 Став на колени, Совесть поклонился королю,

Желая знать, какова его воля и что он должен сделать.

«Желаешь ли ты жениться на этой женщине, — сказал король, — если я дам на это свое согласие?

Ибо она рада была бы соединиться с тобой, чтобы сделаться твоей супругой».

Сказал Совесть королю: «Да запретит мне это Христос!

120 Прежде чем я женюсь на такой женщине, пусть случится со мною беда,

Ибо она неустойчива в своей верности, вероломна ее речь,

И многое множество раз заставляет людей творить неправду.

Доверие к ее сокровищу предает очень многих.

Жен и вдов она учит распутству

125 И научает разврату тех, кто любит ее подарки.

Вашего отца она довела до падения лживыми обещаниями

И отравила пап и наделала зла святой церкви.

Нет лучше сводницы, клянусь создавшим меня,

Хоть обыщи всю землю между небом и преисподней!

130 Ибо она — распутница сама по себе, невоздержная на язык,

Общедоступная, как дорога, для каждого проходящего слуги,

Для монахов, для менестрелей, для прокаженных под забором.

Заседатели и судебные пристава — такие люди ее хвалят.

Шерифы графств разорились бы, не будь ее.

135 Ибо она заставляет людей терять свою землю и свою жизнь.

Она выпускает на волю заключенных и часто платит за них

И дает тюремщикам золото и гроты,[63]

Чтобы снять оковы со Лжи и позволить ему убежать, куда ему угодно,

И хватает правого за хохол, и крепко связывает его

140 И вешает его из ненависти, чтобы он никогда ей не вредил.

Опасность быть проклятой в консистории она ставит ни во что,

Потому что она дарит рясу комиссарию и одевает его клерков.

Ей отпускают ее прегрешения, как только она пожелает,

И она может почти столько же сделать за один месяц,

145 Сколько ваша тайная печать в сто двадцать дней.

Ведь она в близких отношениях с папой, провизоры знают это,

Потому что сэр Симония и она сама прикладывают печати к его буллам.

Она посвящает этих епископов, хотя бы они были людьми неучеными,

Наделяет доходами настоятелей приходов и поддерживает священников,

150 Чтобы они могли иметь любовниц и наложниц во все дни живота своего

И производить детей, невзирая на запрещение закона.

Там, где она в дружбе с королем, горе королевству,

Ибо она потворствует Лжи и часто марает Правду.

Клянусь Иисусом, своими драгоценностями она подкупает ваших судей,

155 И лжет против закона, и мешает ему идти своей дорогой;

Чтобы Верность не мог шествовать своим путем, на нем положены толстым слоем ее флорины.

Она ведет закон, куда ей угодно, и назначает дни для третейских разбирательств,

И заставляет людей из любви к ней терять то, что может приобрести закон.

Это — постоянная помеха для простого человека, хотя бы он судился здесь вечно.

160 Закон так величествен и неохотно доводит дело до конца.

Без подарков и денег она нравится очень немногим.

Баронов и горожан она приводит в огорчение,

А всю общину в беспокойство, которые хотят жить в правде.

Ведь ученость и корыстолюбие она сочетает воедино.

165 Вот какова жизнь этой леди, пошли ей, Господи, горе!

И со всеми, кто поддерживает ее людей, пусть случится несчастье!

Ведь бедные люди не могут иметь силы, чтобы жаловаться, хотя они и страдают.

Вот каким властелином является Мид среди богатых людей».

Тогда стала плакать Мид, и жаловаться королю,

170 И просить, чтобы он позволил ей говорить как можно скорее.

Король пожаловал ей эту милость с охотой.

«Оправдывайся, если можешь. Я ничего не могу сказать более.

Ведь Совесть обвиняет тебя, чтобы проститься с тобой навсегда!»

— «Нет, государь, — сказала эта леди, — вы поверите ему меньше,

175 Когда вы точно узнаете, где неправда.

Там, где беда велика, Мид может помочь.

А ты знаешь, Совесть, я пришла не бранить

И не поносить твою личность с гордым сердцем.

Хорошо ты знаешь, лжец, если только ты не захочешь лгать,

180 Что ты переходил на мою сторону одиннадцать раз.

И так же хватал мое золото, чтобы раздавать его там, где тебе было угодно.

И почему ты теперь сердишься? Мне это кажется просто удивительным.

Но я могу, насколько у меня есть возможность, почтить тебя дарами

И поддержать твое мужество больше, чем ты знаешь.

185 А между тем ты очернил меня здесь перед королем.

Ведь я никогда не убивала никакого короля и не давала совета это делать.

И не делала это, как ты думаешь, — я ссылаюсь в этом на самого короля.

В Нормандии он терпел неудачи не по моей вине.

Но ведь ты сам, если говорить правду,