Красный жрец - Сим Симович

Форго кивнул.

— Мои шпионы говорят, он может благословлять оружие, делая его смертоноснее. И еще — лечить раненых, если они достаточно верят в его бога.

— Значит, не только воин, но и жрец, — пробормотал Пано. — Хуже всего, что он не просто колдует. Он дает людям надежду, цель, смысл жизни. Это опаснее любой магии.

Темо встал и прошелся вокруг костра, размышляя. Четыре кхала против одного — но этот один изменил саму природу войны в степи. Вместо хаотичных набегов — организованные кампании. Вместо грабежа ради грабежа — завоевания с целью обращения. Вместо разрозненных банд — дисциплинированная армия фанатиков.

— Если мы проиграем эту битву, — медленно сказал он, — дотракийский образ жизни закончится. Наши дети будут расти, поклоняясь чужому богу и следуя чужим обычаям.

— Тогда не проиграем, — решительно заявил Жако. — Удар всех сил в лоб. Быстро, жестко, без милости. Убьем этого колдуна, рассеем его фанатиков, а Дрого заставим вернуться к старым обычаям.

— А если Дрого тоже стал фанатиком? — спросил Форго.

Пано пожал плечами.

— Тогда убьем и его. У него есть сын от кхалиси — мальчик еще маленький, его можно перевоспитать по-настоящему дотракийски.

Темо кивнул. План был прост и жесток — именно таким, каким должен быть дотракийский план.

— Хорошо. Завтра выступаем. Встречаемся в долине Камней Духов через три дня. Оттуда идем на кхаласар Дрого единой силой.

Они еще немного посидели у костра, обсуждая детали предстоящей битвы. Каждый понимал — это будет не обычная стычка за пастбища или торговые пути. Это война за душу дотракийского народа.

Когда кхалы разошлись по своим палаткам, Темо остался один у догорающего костра. В красных углях ему чудились пляшущие фигурки — воины с горящими мечами, несущиеся по степи под знаменами чужого бога.

Он попытался представить будущее, в котором победит Дрого. Великое Травяное Море, населенное не гордыми кочевниками, а религиозными фанатиками. Города, сдающиеся без боя при одном упоминании имени огненного бога. Мир, где сила аракха уступает место силе веры.

Темо поежился и подбросил в костер сухую траву. Пламя вспыхнуло ярче, разгоняя ночную тьму.

— Этого не будет, — прошептал он в пустоту. — Дотракийцы останутся дотракийцами. Старые боги не позволят чужеземцу изменить порядок, освященный веками.

Но в глубине души он чувствовал — времена меняются. И завтрашняя битва решит, в какую сторону повернется колесо истории.

***

Кхал Темо видел, как рушится его мир.

Атака началась на рассвете, как и планировалось. Двенадцать тысяч всадников обрушились на позиции Дрого тремя волнами — классическая дотракийская тактика, проверенная сотнями сражений. Темо лично вел центральную группу, целясь прямо в сердце вражеского лагеря, где развевались красные знамена огненного культа.

Первые залпы их не смутили. Огненные стрелы выглядели впечатляюще, но что могли сделать несколько сотен стрелков против лавины конницы? Дотракийцы привыкли нести потери — это была цена победы.

Но когда стрелы начали взрываться...

— Кхал! — закричал один из его кровных всадников, указывая вперед. — Смотри!

Темо увидел то, что заставило его кровь застыть в жилах. Там, где упали огненные болты, вспыхивали настоящие пожары. Кони падали, охваченные пламенем. Всадники кричали, пытаясь сбить с себя огонь, который, казалось, жил собственной жизнью и не хотел гаснуть.

— Это колдовство! — прорычал он, подгоняя коня. — Но мы прорвемся! За мной!

Левый фланг под командованием Жако уже врезался в ряды огненных братьев, и поначалу казалось, что все идет по плану. Дотракийская конница громила пешие строи, как это было всегда. Но потом Темо увидел невозможное — вражеские воины начали вставать.

Не отступать. Не бежать. Вставать из мертвых.