Жаркое лето сорок первого - Рыжий

Больше часу мы шли по лесу. Несколько раз меняли направление движения, и, о чудо, даже прошлись по небольшому каменному мостику, перекинутому через крохотную речушку.

Каково же было мое удивление, когда вместо покосившегося сарая (который я ожидал увидеть после рассказа деда о месте, где он прячет раненого советского командира), перед нами оказалась если не усадьба, то усадебка?

Нет, я, конечно, утрирую, но в целом… Подворье из трёх построек. Главное здание – неплохой такой одноэтажный домина с узкими квадратными окошками, сложенный из камня. Чуть в стороне – небольшой сарайчик, судя по коновязи, служивший конюшней. Третья постройка – явно хозяйственная, сложенная тем не менее из брёвен.

-И вода тут есть?

-Ручай вы самі бачылі, а калодзеж за домам. – Отозвался дед, распрягая свою лошадь.

Ручей вы сами видели, а колодец за домом.

Мы настороженно озирались по сторонам. Место это было красивое и я не побоюсь этого слова – историческое. Во всяком случае, главное здание сохранилось очень даже неплохо. Вот только где этот важный командир? Вот в чём вопрос.

Повинуясь жесту Артёма, я со старшиной вошёл в главное здание. Все-таки у нас автоматы, мало ли что.

Осмотр ничего не дал – не было незнакомого нам командира, и всё тут!

У меня по спине пробежали мурашки. Тут же стало неуютно, а в голову впилась одна-единственная мысль – нужно уходить как можно подальше отсюда.

Именно этой мыслью я собрался поделиться с Артёмом, но я не успел. На улице раздались выстрелы…

Глава 9

Первые же выстрелы заставили меня броситься к окну. Короткий взгляд на улицу заставил меня мысленно выругаться – от ближайших кустов в нашу сторону двигались три фигуры в разномастной одежде. У одно из них на рукаве я заметил белую повязку.

«Полицаи!» - пронеслась мысль в голове перед тем, как я успел вскинуть автомат и плавно нажать на спуск.

В моём поле зрения было три немецких прихвостня. Первый, в кого я и стрелял, был одет в красноармейскую форму, поверх которой носил расстёгнутый пиджак, на рукаве которого и была белая повязка. Вооружен он был винтовкой Мосина. Чуть приотстав, двигались ещё два полицая – оба одеты в разномастную гражданскую одежду, но что характерно, так это то, что все при оружии.

Короткая очередь на три-четыре патрона из МР-40, и, первый полицай падает лицом вниз. Справа, через соседнее окно к стрельбе подключился старшина. В два автомата, парой-тройкой коротких очередей мы буквально смели оставшихся в нашем секторе обстрела полицейских.

Во дворе же стрельба только разгоралась: короткими очередями стрелял Артём из своего МР-40, длинными очередями, не экономя боезапас стрелял красноармеец Вохмин из трофейного пулемёта, стреляли и из пистолетов.

Когда в нашем секторе обстрела кончились противники, я бросился к небольшому окошку в другой стене, и, увидев какое-то шевеление в кустах, без раздумий открыл огонь. Короткая очередь, крик, который я расслышал даже сквозь шум перестрелки…

Бой закончился также неожиданно, как и начался. К сожалению, без потерь с нашей стороны не обошлось, хотя погибшими мы никого не потеряли: красноармейцу Вохмину немного досталось – пуля прошла по касательной, хотя и зацепила нашего пулемётчика в плечо. Приятного мало, но могло быть и хуже.

Больше получаса мы потратили на то, чтобы собрать тела и трофеи. Всего полицаев оказалось девять человек. Все вооружены советскими винтовками, только у одного, того, что был в красноармейской форме, поверх которой был надет пиджак, в кармане обнаружили револьвер системы «Наган».

Что характерно, нападавших без проблем опознал дед:

-Гэта Міхаіл, яго немцы старэйшым паліцаем паставілі ў суседняй вёсцы. Ён да вайны хацеў з дачкой старшыні нашага калгаса ажаніцца, але не зраслося. Потым у войска пайшоў. А потым вярнуўся, ужо пры немцах. Немцы з ім яшчэ дзесяць чалавек даслалі, у паліцэйскі ўчастак і загадалі чырвонаармейцаў і жыдоў адлоўліваць.

Это Михаил, его немцы старшим полицаем поставили в соседней деревне. Он до войны хотел на дочери председателя нашего колхоза жениться, но не срослось. Потом в армию пошёл. А потом вернулся, уже при немцах. Немцы с ним ещё десять человек прислали, в полицейский участок и велели красноармейцев и жидов отлавливать. (Белорусский)

Мы все ненадолго задумались. Дед сказал, что в подчинении у «старшего» полицая Михаила было десять человек, вместе с ним – одиннадцать человек. А где ещё один?

Артём быстро начал раздавать команды:

-Старшина, возьми бойцов и обследую округу. Не думаю, что они далеко оставили последнего полицая.

Старшина Нефёдов, потративший в этом бою последние патроны для своего ППД, уже как раз успел перевооружиться на хорошо знакомый ему ручной пулемёт ДП-27. Ну а я, как и был – остался с МР-40, лишь дозарядил пустые магазины. Коротко осмотрев друг друга, такой вот небольшой, но весьма неплохо вооруженной «двойкой» мы и пошли глубже в лес.

Следы полицаев мы обнаружили достаточно быстро: ещё теплое кострище, обрывки старых газет, немного махорки, просыпанной впопыхах, да мутноватая бутылка, от которой исходил резкий спиртовой запах.

Нашли и командирскую фуражку в кустах. Что характерно – фуражка войск НКВД.

Вернувшись к нашим, старшина коротко изложил всё, что нам удалось рассмотреть. Артём задумался, после чего спросил у деда:

-Командир, которого вы прятали, как ранен был?

Старик ответил сразу:

-У нагу і руку ён паранены!

В ногу и руку он ранен! (Белорусский)

-Ходить сам может? – Уточнил Артём.

-Можа сам хадзіць. Але не вельмі хутка. – Уточнил старик.

Может сам ходить. Но не очень быстро. (Белорусский)

-Можем попытаться догнать и отбить нашего командира. – Размышлял в слух Артём, - Знать бы, куда они могли пойти…

-Вядомая справа, куды яны пайшлі. Да дарогі. Калі праз лес ісці ў той бок, да дарогі можна выйсці, а на дарозе немцы на матацыклетках ездзяць. –