Светоч дружбы. Восточный альманах. Выпуск четырнадцатый - Михаил Иванович Басманов

УДДЖАЙНИ

Певица,

которую любил Калидаса,

девушка, схожая с серной,

жила

в Удджайни.

Как все совпало:

Калидаса,

Удджайни

и девушка, схожая с серной!

Расположение звезд

было

очень счастливым.

Но кого же

мы ищем

теперь,

задавая вопросы

времени и пространству?

Та девушка,

схожая с серной,

да неужто

она

здесь жила?

Певица,

которую любил Калидаса

и которую он воспел, —

неужто

по улице этой

ходила?..

Постой!

А чей это труп

все дальше

уносит река?

БЕЗ ИМЕНИ В АВАНТИ

Что было бы,

если бы ты вдруг сказал:

«Я не житель Магадхи,

я — из Аванти…»?

Тогда тебе сразу же было бы нужно

быть верным Аванти

и забыть про Магадху.

И если бы ты

не выбросил из головы Магадху,

то считался бы уроженцем Аванти,

оставаясь для всех чудаком…

Ты бы после сказал:

«Нет, я из Магадхи,

а не из Аванти!..»

Но никто бы тебя не понял.

А ты бы настаивал:

«Поверьте!

Я из Магадхи,

а не из Аванти!..»

Не старайся!

Теперь и в Магадхе тебя не поймут

и в Аванти

никто

не признает.

ЛЕГЕНДА

Послушайте, государь,

мы с вами

ведем войну за Паталипутру,

а другие считают,

что это — легенда.

Слышите, государь?

Говорят, что она того и не стоит,

чтобы тратить время на эту войну.

Даже спрашивают:

что это за Паталипутра?

Государь,

растолкуйте, пожалуйста, нам:

это что же, та самая Паталипутра,

за которую так до сих пор и воюют

Аджаташатру и Бимбисара,

Чандрагупта

да и мы с вами?..

Так ли это, о государь?

Вы слышите,

что они говорят:

«Вот дураки,

дерутся из-за легенды!..»

ДРУГАЯ АМАРАВАТИ

Махарадж,

это вовсе не та Амаравати,

эта Амаравати совсем другая.

Из-за этой

никто воевать не станет

и кричать не станет:

«Я все отдам

ради

Амаравати!..»

И никто горделиво

не выгнет ус:

«Вот и стала моею

Амаравати!..»

Махарадж,

сегодняшняя Амаравати

не та,

которая вашей была.

Нынче принадлежит она всем.

Истлели

ложа воспоминаний,

исчезли сказочные куртизанки,

канула в прошлое древняя сцена,

а с нею — актеры все

и актрисы.

Податель милостей!

Надо забыть,

что Вы

владели Амаравати.

А ежели даже такое было,

сейчас за нее

воевать смешно.

НАЛАНДА

Лично я направляюсь в Таксилу.

А ты

куда идешь?

Нет,

этот путь

ведет не в Наланду.

Правда, когда-то

он

вел

в Наланду,

но сейчас уже

не ведет.

Наланда

путь к себе

изменила,

и теперь ты,

следуя этим путем,

придешь в Таксилу,

а не в Наланду.

Иди,

если хочешь попасть в Таксилу…

О вы, путешествующие в Наланду!

К сожалению,

так оно и бывает:

дороги приводят

совсем не туда,

куда мы прийти

стремимся.

…Как эта дорога

в Наланду.

ПОЧЕМУ МИТХИЛЫ НЕТ?

Не тревожьтесь, о Раджан!

От тревоги

тает тело,

и становится душа

сморщенной,

и глохнет голос.

Не тревожьтесь —

так случилось,

что у нас во всей Митхиле

нет

ни одного поэта.

Вышло так, что в государстве

скульптора

в помине нет.

Все, что надо, есть в Митхиле,

но отсутствуют певцы.

Не тревожьтесь, о Раджан!

Бросьте!

Разве дело в этом:

есть певцы

иль нет певцов?

Главное, что есть министры,

армия и генералы,

есть забота о народе

и спокойствие в стране!

Например, в Аванти есть

и певцы, и музыканты,

и поэты —

ну и что?!

Правда, говорят, Аванти

именно они творят,

делают его нетленным.

Только потому

Аванти

есть сейчас

и будет вечно!

…Объясните мне, Раджан:

есть ли на земле Митхила?

Разве мы не существуем?

Почему Митхилы нет?

ЖАЛОБА МАТХУРЫ

Аванти,

слышишь жалобу Матхуры?

Матхура жалуется,

что больше нет

Матхуры.

Аванти, слышишь? —

больше нет

Матхуры!

К ее рыданиям прислушайся,

Аванти.

Внимательно прислушайся,

Аванти.

Все жалуются,

всхлипывая громко.

Матхура,

что Матхурой не осталась,

Аванти,

что Аванти не остался.

Конечно,

мы оплакивать привыкли

те города,

что только в памяти живут.

Однако

ни Матхура,

ни Аванти

не могут быть воспоминаньем только.

А если бы они и были им,

то разве кто-нибудь

признался б в этом?

Сказал бы,

что Матхура и Аванти —

одно