Двуликие - Анна Шнайдер

Шайна посмотрела на него, быстро и внимательно, и Оливер сразу понял: она догадалась, что сейчас он говорит за себя, а не за Дамира.

— А у тебя… — Она закусила губу, нахмурилась — видимо, пыталась придумать, как обойти заклинание Эмирин. — Тебе когда-нибудь нравилась девушка… по-настоящему?

Забавное определение того, что у оборотней называлось дэрри — пара волков, соединённых и в жизни, и в посмертии. Почти то же самое, что у эльфов их единственные, но без мук невзаимной любви.

— Да.

— А где она сейчас?

Оливер сглотнул, ощутив жжение в сердце. Прошло двадцать лет, но легче ему так и не стало. Он регулярно наведывался в Арронтар, надеясь, что учует запах своей волчицы, но его всё не было. Она до сих пор не родилась.

Оливер остановился посреди аллеи, взял Шайну за руку и потянул на себя. Мгновение она сопротивлялась, но потом, вспомнив, какую роль им предстоит играть, позволила приобнять её, склониться над лицом и прошептать, почти касаясь губами губ:

— Погибла.

Девушка в его объятиях прерывисто, взволнованно выдохнула, сильнее сжав ладонь Оливера, будто пыталась поддержать. Глаза Шайны были горькими, словно она понимала, что он должен чувствовать. А дыхание казалось сладким и приятным, его хотелось попробовать на вкус, ощутить, насколько оно сладкое.

Оливер даже не помнил, когда ему в последний раз по-настоящему хотелось поцеловать девушку, и невольно прислушивался к себе. Когда-то давно он видел, как посреди пепелища по весне пророс белый и хрупкий подснежник. Вытянулся к солнцу, грея тонкие лепестки и полупрозрачный стебель, — яркое пятно жизни посреди серого пепла безжизненности. Оливер ощущал себя сейчас таким подснежником. В нём даже проснулась надежда на то, что когда-нибудь он вновь приедет в Арронтар и почувствует свою переродившуюся возлюбленную. Он давно не верил в это, но, рядом с Шайной, ему хотелось верить.

— Ты…

Он ласково накрыл её рот поцелуем, поймав губами вздох и ощутив неподдельное удовольствие от мягкости и сладости девушки, которую держал в объятиях. Отсчитал три секунды, чтобы поцелуй не выглядел слишком уж откровенным, и отстранился.

Шайна стояла прямо, закрыв глаза и замерев, и, кажется, даже не дышала. Губы её были розовыми и влажно блестели.

— Отомри, — улыбнулся Оливер, и она сделала вдох, а потом распахнула глаза. И тоже улыбнулась.

— Мне странно видеть твоё лицо, поэтому я зажмурилась, — призналась шёпотом. — Не обижайся.

— Ни в коем случае. Тем более что это прекрасно выглядело со стороны. Ты словно сомлела. И на нас тут все до сих пор таращатся, и не только студенты, но и преподаватели. Вон, кстати, и магистр Керт.

К удивлению Оливера, Шайна вздрогнула, и её взгляд из расслабленного стал смятенным.

— Он… видел?

— Вроде бы да. — Оливер прищурился, изучая взволнованное лицо собеседницы. Странно, но Шайна вела себя так, будто ей нравится Керт. — Правда, я не уверен, я не слишком активно оглядывался, сама понимаешь. А что, ты его стесняешься?

— Скорее, опасаюсь, — пробормотала Шайна не очень искренне, а потом начала рассказывать про их занятия с магистром.

Шайна Тарс

Оливер смеялся, когда я описала ему диалог с Кертом по поводу использования его персоны во время занятий по контролю за эмоциями, и этот смех казался мне искренним. Он был похож на смех Дамира — но всё же он не принадлежал принцу. Что-то в нотках и интонациях было иным. Мелочи, но они помогали мне видеть под маской другого человека, точнее, оборотня. Я ни на секунду не забывала о том, кто находится рядом со мной, и это, как ни странно, позволяло расслабиться. Я знала, что Оливер по природе просто не может интересоваться мной всерьёз, как Коул, поэтому чувствовала себя защищённой. Несмотря на прикосновения и несколько поцелуев. Я не воспринимала их серьёзно, как актёры не воспринимают поцелуи, случившиеся с ними на сцене и репетициях.

После того, как Оливер сказал, что его возлюбленная погибла, я вдруг начала лучше его понимать. Наверное, если бы обстоятельства сложились иначе, я тоже вместо того, чтобы приручать Огонь и возвращать возможность заниматься магией, пошла бы работать в Тайную службу, причём туда, где рискуют жизнью как можно больше. Весьма верный способ умереть… и в то же время принести пользу хоть кому-то.

С прогулки мы сразу направились в столовую на обед, и там я вновь познала всю прелесть испепеляющих взглядов Коула. То ли он видел нас в парке, то ли ему доложили — неважно. В любом случае он ревновал, это очень чувствовалось. И мне вновь было стыдно за то, что невольно заставляю его страдать. Настолько, что даже предложила позаниматься боевой магией вместе в понедельник вечером, когда я буду свободна от магистра Керта. Услышав моё предложение, Коул слегка воспрял духом, а вот принцесса Данита отчего-то помрачнела. Хотя почему — отчего-то? Я и раньше подозревала, что ей нравится эльф, но она старательно маскирует свои чувства.

М-да… вот и ещё одна причина для принцессы не любить меня.

Пожалуй, самыми безмятежными за обеденным столом были Дин и Дамир. Обсуждали учёбу, улыбались, разыгрывая двух весёлых подружек и не касаясь друг друга, и только иногда я ловила на себе их тревожные взгляды. При этом Дамир смотрел немного виновато, и несложно было понять отчего. Я заняла место Дин возле Оливера, этим обезопасив личину наследника. Но, когда Дамир вновь станет собой, ему придётся меня «бросить», и он, как и я, наверняка понимал, к каким последствиям это приведёт. В лучшем случае на меня будут косо смотреть, но могут и начать насмехаться. Я тоже это понимала, и, честно говоря, мне было абсолютно всё равно на подобные глупости. После того, что случилось с Нордом, чьи-то злые языки не способны меня ни обидеть, ни впечатлить.

Закончив обедать, мы с Дамиром и Дин отправились в библиотеку на пару часов, чтобы сделать кое-какие задания. Через некоторое время к нам присоединился Оливер, он же сообщил, что Коула видели в парке в компании Даниты. И посмотрел на меня с внимательным прищуром. Я пожала плечами, наклоняясь над книгой, из которой выписывала рецепты зелий для парочки будущих лабораторных работ, и через мгновение услышала негромкий голос Дин.

— Странно, — удивлённо протянула подруга. — Я думала, что… впрочем…

— Может, он надеется так вызвать ревность Шайны? — предположил Оливер, и Дамир возразил:

— Для этого не стоило выбирать принцессу.

— Ну, Коул тоже не последний эльф в империи, — хмыкнул оборотень, — но ты права, не очень умный поступок, если дело в этом. Однако…

— Какая разница? — не выдержала я, всё-таки подняв голову