Ведьмак в теле Маркиза 3 - Артемий Скабер

Что-то лопнуло с оглушительным грохотом, и я полетел вниз. Удар выбил из легких весь воздух, но я сразу открыл глаза. Ноги и руки в песке. Опять? Нет, погоди… Вокруг высились стены какого-то города, только вывернутые почему-то наизнанку. Дома парили вверх тормашками. Из рваных окон сочился тусклый зеленый свет…

— Где мы? — прошептал я, поднимаясь на ноги.

— В её кошмаре, — ответил кристалл. — В том, что она считает реальностью.

Вдалеке раздался крик — женский, полный боли и отчаяния. Лилия! Я рванулся на звук, уже почти не чувствуя боли в постепенно заживающем теле. Перепрыгивал через обломки, огибал перевернутые повозки, протискивался между стенами, которые то сжимались, грозя раздавить, то расходились, открывая новые проходы.

— Стой! — вдруг выкрикнул страж. — Подожди!

Но я уже выскочил на небольшую площадь и замер. Сердце пропустило удар. Посреди площади стояла виселица — десятки веревок раскачивались на легком ветру. А на них…

— Нет… — выдохнул я.

На каждой веревке висела Лилия. Десятки её копий, в разных платьях, с разными прическами, но все — она. И все — мертвые. А в центре площади стояла ещё одна Лилия, живая, и смотрела на это жуткое зрелище остекленевшими глазами.

— Вот видишь, — шептал кто-то ей на ухо голосом, похожим на шелест осенних листьев. — Так заканчивают все ведьмы. Все, кто осмелился учиться запретному искусству. Это твоя судьба, твое будущее…

Я кричал, срывая голос, но Лилия меня не слышала. Мои слова растворялись в этом искаженном пространстве, не достигая её ушей. Тогда я рванулся вперед, протягивая руку, и в этот момент мир вокруг вдруг содрогнулся.

Реальность смялась, как лист бумаги, который комкают и расправляют заново. Виселицы растаяли в воздухе, а вместо них появились деревенские дома. Повсюду валялись тела — мужчины, женщины, дети. Разорванные, искромсанные, словно по деревне прошелся отряд обезумевших мясников. Кровь впитывалась в землю, превращая пыль в грязное месиво.

Движение справа заставило меня обернуться. Лилия бежала к лесу, а за ней, как свора гончих, неслись люди с факелами и топорами. «Ведьма!» — их крики эхом отдавались в этом искаженном пространстве.

Я бросился следом, но голос кристалла остановил меня:

— Постой! Сначала ты должен проникнуть в реальность, а для этого нужно разрушить границу.

— Какую границу? — я озирался по сторонам, пытаясь понять, о чем он говорит.

— Почувствуй то, что тут есть, — в голосе стража звучало нетерпение.

Я закрыл глаза, сосредоточившись на ощущениях. И ощутил это — странное тепло, обволакивающее мое тело подобно кокону,как будто воздух вдруг превратился в желе. И тогда я выставил руку вперед, пытаясь пробиться сквозь эту преграду магией и элементом.

На ладони вспыхнул свет и тут же погас, словно свечу задули. Еще попытка. И еще. А потом… что-то древнее шевельнулось внутри, откликаясь на зов искаженной реальности. Мир замер, будто кто-то нажал кнопку паузы на гигантском пульте.

— Ты внутри, — шепот кристалла был едва слышен. — Будь осторожен… Страж тоже здесь. Тебе нужно прикоснуться к девушке и прыгнуть. Чужая реальность вытолкнет вас. Только держи её крепче.

Я смотрел на застывшую картину: Лилия, замершая на полушаге, преследователи, чьи факелы застыли в воздухе подобно светлячкам… И где-то здесь прячется страж, создавший весь этот кошмар…

Я двинулся вперед, стараясь ступать как можно тише, хотя в этой застывшей реальности звуки, похоже, не имели значения. Лилия замерла в странной позе — одна нога занесена для следующего шага, руки раскинуты в стороны, волосы застыли в воздухе подобно темному ореолу…

На её лице замерло выражение абсолютного ужаса. Глаза широко распахнуты, рот приоткрыт в беззвучном крике. По щекам текут слезы, тоже застывшие, как капельки росы на утренней паутине.

— Где страж? — прошептал я, медленно приближаясь к ведьме.

— Везде… — отозвался кристалл. — Это его реальность. Он и есть всё это пространство!

И словно в подтверждение его слов, воздух вокруг начал сгущаться. Из ниоткуда возникли тонкие нити, похожие на паутину, но только черную. Они медленно тянулись к Лилии, оплетая её тело подобно кокону.

— Торопись! — в голосе стража появилась тревога. — Он чувствует вторжение!

Я рванулся вперед, но сгустившееся пространство теперь стало вязким, как смола. Каждый шаг давался с большим трудом, я шел как будто по шею в болоте. А нити становились все гуще, постепенно превращаясь в настоящую сеть.

— Не-е-ет… — шепот стелился по воздуху подобно ядовитому туману. — Она моя. Её страх… её отчаяние… такие сладкие… — голос стал почти мечтательным. — Слабая, ничтожная. Пришла сюда… Но ничего, в форме кристалла она послужит приманкой для других. Из неё не сделать даже слугу…

— Убей его! — голос моего кристалла зазвенел от возбуждения. — Я заберу его силу себе.

— Как? — процедил я сквозь зубы, пытаясь вырваться из вязкой массы, затягивающей меня все глубже. — Как это сделать?

— Выпусти свою силу в меня, — в его тоне появились командные нотки.

Нити уже полностью оплели Лилию и теперь… они тянули что-то из неё! Её сущность, её душу — нечто светящееся и прекрасное. Времени на раздумья не было. Я выпустил магию и элемент одновременно, направив их в кристалл.

Камень сразу завибрировал, быстро раскаляясь в моей руке. Трещина прошла по его поверхности, и в следующий миг… он взорвался, явив моего знакомого во всей красе! Щупальца с кошачьими лапами метнулись вперед, разрывая паутину реальности. Тварь вцепилась во что-то невидимое и дернула на себя.

Пространство содрогнулось, из его разрыва появилось… нечто. Я замер, пытаясь осмыслить увиденное. Существо напоминало гигантскую рыбу с конечностями паука, но вместо головы у него была морда собаки — оскаленная, с множеством рядов зубов. Чешуя переливалась всеми оттенками тьмы, а паучьи лапы оканчивались костяными лезвиями.

Мой «союзник» не стал медлить. Его щупальца обвились вокруг твари, втягивая её в смертельные объятия. Два стража сцепились в чудовищной схватке — один похожий на помесь осьминога с кошкой, другой — на кошмар безумного таксидермиста.

Щупальца рвали чешую, паучьи лапы кромсали плоть. Существа катались по земле, превращая застывшую реальность в хаос искаженных форм. Воздух наполнился визгом, рычанием и прочими звуками, которые не должно издавать ничто живое.

Я рванулся к Лилии, пока твари были заняты друг другом. Паутина исчезла, но ведьма выглядела ужасно — бледная