Иранцы. Личный опыт - Павла Сергеевна Рипинская

плиты. Иногда на них гравируют портреты, иногда — строки из Корана или стихотворений. И везде взгляд натыкается на надписи: «отец», «мать», «сестра», «брат» и еще более печальное — «сын», «дочь». Семейные узы остаются главными для иранца и после смерти. Родственники приходят сюда поговорить с умершими, омыть плиту розовой водой, положить на нее цветы или же просто посидеть рядом, шепотом читая Коран. Больше всего народу тут по четвергам: считается, что этот день надо посвящать своим мертвым.

Мы тихо стоим перед могилой дедушки Бехруза — отца Хоссейна. Пожил он немало, скончался в 102 года. Фатима, плача, кладет цветы на слово «отец», выгравированное на плите. «Посмотри, посмотри, это моя невестка», — касаясь надгробия, она указывает на меня. Не зная, как реагировать на подобное «знакомство», я смущенно опускаю глаза. Хоссейн садится рядом, произносит несколько сур из Корана и тихонько постукивает по могиле — так здесь пробуждают души покойных родственников для неспешной беседы. Мы отступаем на несколько шагов, чтобы оставить его наедине с отцом. Фатима достает коробку с пирожными и раздает их другим посетителям кладбища, возле соседних могил. Они в свою очередь тоже подходят к нам: кто с конфетами, кто с другими сладостями. Делается это, чтобы помянуть умерших: прежде чем отправить в рот угощение, следует произнести (хотя бы про себя) одну из сур Корана.

Кроме традиции поминовения сладостями, существует и традиция «бескорыстного деяния». Считается, в этом мире следует совершать благие дела, не требуя награды — на том свете умершему родственнику воздастся за деяния живых. Для этого на могилу насыпают семена, которые так любят птицы. Ведь в том, чтобы накормить птичку Божию, никакой корысти быть не может…

Над иранскими кладбищами неизменно разносятся траурные песнопения благодаря расположенным по соседству мечетям. Кроме простых могил, существуют и своеобразные мавзолеи богачей. Стена или вытянутое здание делятся на одинаковые комнатки-склепы, вход в которые украшают надписи, сложенные из изразцов. За дверью скрыты все те же могильные плиты и несколько ваз с цветами.

Не только в Тегеране, но и во всех иранских городах особый участок кладбища выделяют мученикам — то есть юношам, погибшим во время Исламской революции 1979 года и Ирано-иракской войны. Их надгробные плиты разрисованы традиционными цветами Исламской республики — красным и зеленым. Рядом установлены стенды, покрытые иранским флагом: там, за стеклом, можно увидеть фотографию погибшего, его медали и личные вещи. Такой вот мемориал под открытым небом… А рядом скамейки — для матерей, привыкших долгие часы проводить у последнего пристанища сыновей.

Общие могилы в Иране не приняты. Все неизвестные солдаты похоронены в определенной части кладбища: у каждого своя могильная плита, пусть и без имени, и свой фонарик, постоянно горящий над ней. Служители кладбища регулярно обмывают могилы и посыпают их одинаковым числом розовых лепестков и зерен.

Стоит еще раз подчеркнуть: траур составляет непременную часть жизни и образа мышления большинства иранцев. О смерти тут думают каждый день и соприкасаться с ней не боятся. Рассказы об иранских мальчиках, разминировавших минные поля собственными телами или с голыми руками шедших на пулеметы, — вовсе не выдумка. Иранцы считают, что жизнь имеет ценность лишь для того, кому есть за что ее отдать. Важно, чтобы после смерти тебя вспоминали добрым словом. А о своих мертвых в Иране, будьте уверены, не забывают никогда!

Глава 5. Свадьба в Персии

Свет и блеск у тебя занимает луна. Прелесть роз пред твоей красотою бледна. Сень души моей — тонкий изгиб твоей брови, Сень подобная даже царям не дана.

Хафиз

Иранская свадьба — дело сложное, ответственное и дорогое. Если женишься — то это на всю жизнь, и обставить такое событие надо соответствующим образом. В сегрегированном обществе поиск спутника жизни чрезвычайно сложен. В столице молодежь пренебрегает многими условностями, однако все равно не принято знакомиться на улице или в ресторане. Юношу и девушку должен как минимум представить общий знакомый. В городках и селениях поменьше молодые нередко встречаются лишь с согласия родителей, а их первый разговор начинается… с предложения руки и сердца.

До встречи с Камбизом Бехназ в свои неполные тридцать отвергла не меньше четырнадцати женихов. Кто только не предлагал ей выйти замуж — от богатого кузена, учившегося на муллу, до работника-афганца из папиного магазина, приславшего ей целую тетрадку страстных стихотворений. Однако Бехназ ждала своего принца — и принц ее нашел. С будущим мужем она познакомилась через его сестру, свою коллегу. Девушка организовала встречу в доме у друзей, и о чудо — молодые люди друг другу понравились. Через неделю Камбиз навестил папу Бехназ, не забыв захватить с собой собственного отца (будущий жених был, кстати, всего на три года старше своей невесты). Далее состоялась торжественная встреча семей, и уже через полгода — неофициальная помолвка.

Если двое иранцев решили быть вместе, события начинают развиваться с пугающей быстротой. Возникает дилемма: с одной стороны, по законам Исламской Республики, двоим нерасписанным лицам противоположного пола романтические свидания не рекомендуются. С другой стороны, до свадьбы было бы неплохо узнать друг друга, да и сама свадьба — удовольствие недешевое и потому требует подготовки.

К вопросу создания семьи иранцы подходят чрезвычайно прагматично.

Не секрет, так просто замуж в Иране не выйдешь. Даже в городе родители начинают собирать приданое дочерям чуть ли не сразу после их рождения. Да, от жениха требуются самые серьезные денежные вложения — машина и квартира. Зато вся «начинка» квартиры (мебель, бытовая техника, посуда, ковры, столовое серебро) — дело невесты. Вернее, ее семьи — предполагается, что девушке самой на все это не заработать. За приданое выкладывают крупные суммы. Приличный иранец также непременно раскошелится на роскошную церемонию, куда приглашаются сотни друзей и родственников.

Камбиз и Бехназ поступили как и большинство иранских молодоженов: зарегистрировались официально, а празднество отложили на полтора года — пока Камбиз не соберет необходимую сумму (а заодно и расплатится за квартиру).

На предварительную церемонию приглашаются только самые близкие, но она от этого не менее торжественна. Жених и невеста клянутся друг другу в верности перед муллой, расписываются в «аргнаме» (брачном договоре) и обмениваются кольцами (этот обычай пришел из Европы).

При этом, разумеется, фиксируется и размер уже упоминавшегося «мехра» — суммы, которую жених обязан выплатить невесте в течение брака. Если он вздумает подать на развод, без выплаты «мехра» никакой суд развод не даст. Бехназ, как