Николай Караченцов. Глазами семьи и друзей - Андрей Николаевич Караченцов

я, скажем так, сын своего папы, он рассказал мне о том, что в тот день ушёл из жизни Жан-Поль Бельмондо и что мой папа был русским Бельмондо, потому как озвучивал самого Бельмондо во всех фильмах, которые шли в нашей стране. В тот день я тоже очень грустил об уходе из жизни Жан-Поля Бельмондо и был тронут тем, что сотрудник ГИБДД вспомнил таким образом моего папу и знаменитого французского актера. И тогда я понял, как замечательно, что память о папе живёт в сердцах людей разных поколений.

Ирина Караченцова, К.м.н. доцент, кафедра акушерства и гинекологии имени академика Г.М. Савельевой ИМД. Главный внештатный специалист гинеколог детского и юношеского возраста ДЗМ

Знакомство с Андреем и Николаем Петровичем

Мы познакомились с Андреем в 1997 году. С самого начала нашего знакомства и на протяжении первого месяца нашего общения я стала замечать, что Андрей скрывает свою фамилию. Я несколько раз спрашивала у него о фамилии, пыталась выяснить, но он уходил от ответа, и я подумала, что, наверное, фамилия у него неблагозвучная. Был даже такой случай, когда я узнала, что у Андрея в школе преподавала прекрасная учительница, которая когда-то учила меня математике в моей школе в Кузьминках (район Москвы, где я родилась), то есть она оказалась нашей общей знакомой, и я предложила Андрею передать ей привет и спросила, как его представить по фамилии, так как я сохранила дружеские отношения с этим прекрасным преподавателем (кстати, потом Ольга Вячеславовна обучала наших старших детей, и мы дружим до сих пор). На что он ответил, что достаточно будет сказать, что привет передаёт Андрей из 11 «Б» класса, и она всё поймёт. Тогда я пришла к выводу, что у него какая-то совсем неприличная фамилия, раз он ни под каким предлогом не хочет её называть. После этого я перестала ставить Андрея в неловкое положение и задавать подобные вопросы. Даже решила, что всё это не так уж и страшно, в крайнем случае оставлю себе свою фамилию, так как я уже влюбилась и думала о замужестве и деторождении. Это был апрель. Была настоящая весна. На улице стояла тёплая солнечная погода. У Андрея с его одноклассниками существовала такая традиция – собираться в день Пасхи на крестный ход у Храма Воскресения Словущего на Успенском Вражке рядом с домом его родителей. Причём это могли быть люди с разными религиозными взглядами, разного вероисповедания и национальности. Всё равно все с удовольствием встречались, чтобы увидеть друг друга, пообщаться. Ребята подходили к площади перед храмом, шли на крестный ход, а затем – к Андрею домой, чтобы провести всем вместе время за столом. К этому их приучила учитель литературы Елена Константиновна в те непростые годы, конец 1980-х – начало 1990-х. Она не побоялась им подробно рассказывать о религии, христианских праздниках, Пасхе, о том, что происходило с Иисусом Христом в каждый день Страстной недели. Таким образом, была заложена эта прекрасная традиция – встречаться одноклассникам в день празднования православной Пасхи. Андрей пригласил меня на этот праздник и решил познакомить со своими друзьями. Я сразу сказала Андрею, что меня не отпустят, потому что это будет уже ночь, а у меня строгий папа, и он не разрешает мне возвращаться домой после 21:00. Но надо было знать Андрея. Он обладал выдающимися дипломатическими способностями и мог уговорить любого. Поэтому он меня поспешил успокоить и пообещал постараться убедить моих родителей, аргументируя это тем, что это уже давнишняя традиция, будет весь класс и он хотел бы меня познакомить со своими друзьями. Дальше, на моё удивление, из сложных переговоров с моими родителями он вышел победителем, и в результате они дали согласие.

Но и здесь Андрей опять каким-то чудом ушёл от вопроса про фамилию, назвал им только адрес, где я должна была находиться, сказал лишь своё имя, Андрей, и что он студент МГИМО, а также для большей убедительности дал номер домашнего телефона. В этот раз я тоже невольно для себя отметила, что вопрос с фамилией опять был опущен. Моя мама, как я потом поняла, будучи ещё тем разведчиком, не стала «прозванивать» домашний телефона Андрея, но решила идти до конца и приехать сама «на место», чтобы «пробить адрес» – убедиться, что он действительно существует, сочинив свою легенду: мол, как же моя дочь поедет на встречу с пустыми руками, и ей обязательно нужно передать, подъехав к дому Андрея, виноград и другие продукты. Я помню, как потом Андрей спускался к моей маме, чтобы забрать у подъезда две сумки этого винограда, без которого, по версии моей мамы, праздник бы просто не состоялся! В результате мама добилась своей цели: адрес проверку прошёл, Андрея запомнили в лицо, а откуда меня эвакуировать в случае необходимости, тоже стало известно. Вот так будущая тёща отработала шпионом!

Людмила Поргина и Николай Караченцов с невесткой и сыном

Людмила Поргина, Андрей, Ирина, Николай и Петя Караченцовы

Когда я первый раз зашла в квартиру Андрея в тот вечер, я сразу принялась за готовку. Мне очень хотелось приготовить своё фирменное блюдо – курицу с картошкой и чесноком под сырно-майонезной корочкой, рецепт которой мне в своё время поведала моя мама. Не скрою, я тогда думала удивить этим блюдом и самого Андрея, и его друзей, доказать, что на кухне я чего-то стою. Хотя, откровенно говоря, это было одно из немногих блюд, которые я тогда умела готовить. Постепенно приходили гости, приносили с собой тоже какие-то вкусности, я с ними знакомилась, и мы все вместе суетились, готовясь к празднику. Тогда я была как в тумане, меня очаровала та добрая атмосфера, которой наполнялась квартира. Время от времени мой взгляд останавливался на многочисленных картинах и фотографиях известных людей, висящих на стенах. Я сделала для себя вывод, что здесь живёт интеллигентная творческая семья. Постоянно звонил домашний телефон. Мобильные телефоны тогда были большой редкостью, их практически ни у кого не было. Так как основной телефон размещался на кухне, а я, как ответственный человек, была приучена не пропускать ни одного звонка, то у меня всё время тянулась рука взять трубку. Андрей это заметил и попросил меня отвечать по домашнему телефону. Я начала брать трубку, и сразу ко мне пришло осознание того, что я превращаюсь в секретаря, потому как телефон звонил каждую