Беллетристика - Вадим Георгиевич Дюльдин

Вспомнишь только ту одну

Что живет сейчас спокойно,

Об утрате, не скорбя

Что с улыбкою Мадонны

Пала возле алтаря.

Я весь в грехах, как паутина в мухах Я выше гор, я ниже пустоты

Слабеет память, и рассудок тонет в звуках И пыль покроет все мои следы.

Я как змея, пытался всех ужалить

Я гвоздь, я в левой был ладони у Христа Мне много лет меня уж не исправить

Я долго жил, звони в колокола.

сомненья

Вот не отбрасывает тени Босой, не шлепая ногой крадутся в тишине сомненья

Моей, играя головой.

И в паутине злых извилин Где в эмбрионе зреет страх

Они, мешая, красный с синим Казнят надежды на кострах.

От них бросает в жар и холод И как разбитое стекло

Летит в меня презренья хохот Пронзая ткань души легко.

Но тишины не нарушая

Я вынимаю из себя

Ту часть спасенного мной рая Что изначально для тебя.

Забудь про то, что здесь тебя держало

Оставь всё это ветру и песку,

Но не спеши опять начать сначала

Не наполняй печалью пустоту.

Найди свой путь, и точку отправную, Ты слышишь ликование толпы?

Наплюй на них, найди толпу другую, Быть может с нею совладеешь ты

И будет час, и ты положишь руки На дерево любимого креста

И эти все, твои увидят муки

А я услышу в небе голоса

Вино и чай

Смотрю на небо как в тарелку На небе звезды будто сахар Чай проливаю на коленку Молчу, а так хотел заплакать.

Заполыхал бамбук последний Пускаю кольца в неизвестность

Сижу в окне вдыхаю сплетни Черпаю кружками беспечность.

Из спичек воздвигаю замки

И тараканов в них сжигаю,

В зеркальной безграничной рамке Стеклянное вино глотаю.

Потом скачу в безумной пляске По коридорам в низ ведущим И из рогатки в месяц ясный Стреляю камешком поющим.

Вино смягчит души страданья

И я отвечу на вопросы

Мне надоело, петь я таю

И вам сдаю свои форпосты.

Голову твою горячую,

Положу на плаху холодную

Было раньше время собачье,

А теперь еще и голодное.

Пусть твоя свеча горит во поле,

Пусть она укажет путь ищущим

Пусть твоя душа в медном коконе

Улетит далеко от пристани,

Пусть твои кресты деревянные,

Чистотой своей небо осветят,

Пусть твои войска оловянные

Вместе с птицами в вечность улетят.

На горе пастух – под горой стада,

На воде круги – под водой беда,

Птицы белые унесут тебя,

Далеко – далече, где судьба твоя.

А хозяин той голубой страны

Назовёт тебя – дорогой ты мой,

Там твоя любовь повстречает сны,

Там твоя душа обретёт покой.

Ты увидишь вдруг отраженный свет

И поймешь, что здесь счастья тоже нет,

И твои слова попадут в стекло

И разбив его, ты уйдёшь на дно.

Да, я хотел бы стать двуглавой птицей Чтоб испытать всю тяжесть чугуна.

Я бы хотел стать хитрою лисицей,

Чтоб точно знать, что жизнь зверей трудна. Я бы хотел стать кошкой или мышкой, Чтобы узнать: кто прав, а кто сильней,

Я бы хотел быть волосом под мышкой Чтобы вдохнуть всю тяжесть трудодней. Ещё бы я хотел стать самолётом,

Чтоб испытать на прочность свой движок, Но я лягушка, на родном болоте,

Я совершу последний свой прыжок.

Зачем топить тоску в вине и водке,

Зачем искать забвение во снах?

Быть может этот век короткий

Прожить в скитаниях, молитвах и мечтах.

Зачем смотреть в глаза далёким звёздам,

Или ходить по млечному пути,

Зачем лететь к недостижимым грёзам,

И объясняться статуям в любви?

Зачем тебе хоромы выше неба

Чем больше «храм», тем больше в нём тоски. Здесь, что-то быль, но а в основном здесь небыль

Прощай я больше не пожму твоей руки.

Мне б найти себя лучше в пьянке,

Я ж дурак, очнулся в стихах.

Я уткнулся в бумажные замки,

Я боялся в жизнь поиграть.

Был бы смелым – убежал в поле,

Был бы птицей – улетел ввысь,

Был бы мёртвым – не узнал боли,

Был бы кошкой – слышал лишь брысь.

Я с вершин посрывал шапки,

Облаками чисто вымыл полы.

И собрав свои песни в охапку

Разжигал на дорогах костры.

Как странно – что это происходит,

Как странно – что молодость проходит,

Как странно – что листья увядают,

Как странно – что мысли умирают.

Как быстро лето наступило

Едва успел растаять снег,

Со снегом ты меня забыла

Как будто не было во век.

А я мечтал лишь о сражениях

Чтоб в них тебя освобождать

В делах, словах и убеждениях

Твою судьбу с моей связать.

Ты рвёшь цветы, природу портя

И собирая их в букет,

Идёшь по берегу у моря

Вода смывает легкий след.

Мне б научиться брать огонь в ладони Что бы раздать забывшим о тепле

И после погребальной какофонии’

Я думаю, зачтётся это мне.

Но чья-то боль, уставшая быть болью

Найдёт предлог, что б стать моей вдовой,

И Алкион посыпав раны солью

Отменит мой смертельный приговор.

И вот лечу я над бессмертным Стиксом’

Король Аид’ на чёрном корабле

Меня увидев, поменяет лица

И я опять очнусь в своей мечте…

Настало время становиться взрослым, Отбросить страхи и сомнения назад.

У ног моих все прелести эпохи,

И душу сделал сладкой виноград.

Когда-то я мечтал о чистых чувствах,

Я верил в силу слов, название страны,

Я путал свет звезды, со светом свечек в люстрах

А просыпаясь днём не находил Луны.

Дамоклов меч в моих руках, ну что ж Я разрублю им камень зла и лжи.

И кто-то спросит: «На кого он был похож?» Ему в ответ лишь пропоют стрижи.

Я вышел родом из «дворянства»

Что во дворах растет травою

И без претензии на пьянство

Я в пьянство прыгал с головою. В нем было что-то от пророка Не помню Марка иль Луки

Я пьяный был всегда «жестокий» Ни разу не подняв руки.

Меня пытались так и эдак, Сманить на сторону беды

Но взяв сухих охапку веток Я просыпался у реки.

февраль 2009 г.

Знаешь мама

Знаешь мама, что пришлось пережить? Медь в карманах, в пьяной