Беллетристика - Вадим Георгиевич Дюльдин

Потом зима затылок занесла

И заморозила в ботинках пальцы

Вот тема, как она «светла»

Но только скоро надо с ней расстаться

Потом людишки грязь кидая вверх Начнут свои весенние походы

И только в небе одинокий Стерх Увидит тайны прелестей природы.

Кто-то стучится в двери,

И в темноте за спиной

Птицы, а может быть звери Грудой висят надо мной

Чьи-то портреты на стенах, Смотрят гуашью зрачков Страх в разбухающих венах,

Выйти на волю готов

В сетку стекло превратилось Ветер голодный завыл

Что-то под кожей забилось Господи дай же мне сил

Господи дай же мне время Господи дай же мне слов Чтобы кричащее племя Встало под флаги веков.

Как корабль в океане Так по жизни, я один Где-то в золоченой раме

Где-то манекен с витрин.

Жизнь моя полна чего-то, Но чего не знаю я

И как в детстве от кого-то Убегаю от себя.

Свет в тоннеле, голос с л а д к и й

Все зовёт меня к себе.

Только я опять украдкой Пробираюсь к темноте.

Я устал бояться смерти

Птицей, что летит в окно

В дверь мою стучатся черти

Не открою – все равно.

Заткнув за пояс пачку Беломора

Я ухожу свободен и весел

Мне в след кричат: «Ты белая ворона»

А я то думал серенький осел.

Я бросил в ветер, что еще осталось

И пальцем ткнув в ничейную дыру

Я вытащил и посмотрев на палец

Подумал: «Я ж тебя люблю»

А палец мой вдруг превратился в фигу

И помахав в прощанье ноготком

Покинув руку вновь воткнулся в дырку

Чтоб я сильней соскучился по нем.

Ты намотал дороги на кулак

И истоптал три пары сапогов

В твоей квартире, то светло, то мрак

В твоей душе то холод, то покой

И отыскав в колодцах тишину

Узнав о том, что смерть решает все

Ты за советом прибежал к гуру

Да только он ушёл давным-давно

И ты раскинув руки широко

Вдохнул всей грудью чистый воздух крыш

И улетел куда-то далеко

А возвращаться не спешишь.

Ты горе обменял на долгий сон

И бросил в пропасть камень суеты

Ты не король, но у тебя есть трон Ты властелин, но не своей судьбы.

И вот он я весь лучезарно – белый

На Землю выброшен был тучею лихой

Когда-то ветер наполнял мой веер Теперь лежу в твоих глазах чужой.

И между нами грань тонка как волос

И ты и я растем будет срок

Но помни я собой согреваю колос

А ты тепло накапливаешь впрок.

Я растворяюсь в кофе с молоком

И становлюсь безжалостным и строгим

И глаз мой видит, как горят огнем

Твоих богов серебряные тоги.

Я снова слышу, что звенит звонок И в даль летит ломая все границы, Орел, а в лапах у него щенок

Уходит старый год а мы все веселимся.

Проснувшись, я от холода дрожу Смахнув со лба последние надежды

На человека в зеркале гляжу

О Боже, как я жалок без одежды.

Еще я вижу как в закате дня Летит ко мне ломая все границы, Орел, а в лапах у него свинья

Всех с новым годом, будем веселиться.

Серебряная ночь ни облачка, ни сна Холодный дарит свет прозрачная луна

Бескрылая любовь идет сама с собой Уставшая звезда упала на покой

Свеча горит в окне, как птицы в небесах Срывается огонь и тает на глазах.

Сквозь сотни тысяч многоточий

И фраз пустых про честь

Пробьётся слабеньким росточком

Что не понять и не прочесть

Я у стены сижу в комок исжатый

Ветрами, взглядами до селе не привечен

Храню внутри огонь последней жатвы

Что скосит напрочь стебли человечин.

Гвозди в ладонях на шее петля

Все мимо проходит проходить не зря

Все мимо проходит и падают градом

Слезы, которым ты больше чем рада.

Стул, комната, газеты на окне

Ты в позе лотоса, нагая. На полу

Разбросана одежда. На стене

Картина. С картины мальчик смотрит в пустоту.

И смотрит пустота. Ему в ответ

Молчит. Не поднимая глаз

Ты плачешь. Сквозь газеты свет

Не смело пишет новый свой рассказ.

Пропало детство в частых переездах,

И в дымке пролетевших дней,

И в хлопанье дверей чужих подъездов,

И в лицах не знакомых мне людей.

Пропало детство в темных коридорах,

И тусклых фонарях ночных дорог,

Запуталось на век в тяжелых шторах,

И затерялось в череде тревог.

Пропало детство не вернётся боле,

Потерю эту не чем притупить,

Осталось жить на воле и в не воле,

И никого в прошедшем не винить.

Нет ни чего и не чего не надо

Проходит жизнь, проходит не спеша

Как пьяный дворник в пору листопада

Смахнёт нас время с грязного листа

Мы полетим, цепляясь друг за друга

И станем тем чем были мы всегда

И не вода не водка ни подруга

Не примет так как мать сыра земля

Я к ней прижмусь она подарит душу

Которой мне в веках не потерять

И я, уснув под щеку суну руку

Меня так в детстве научила мать.

Среди листьев на перроне только я и стук колес,

В обескровленных ладонях прядь твоих седых волос.

Не ласкает свежий ветер, режет бритвой тлена плоть

Ты уходишь на рассвете, я тебя увижу вновь.

Ты вернёшься теплым светом иль капелью ранней с крыш

Может звонким детским смехом, песней что поёт камыш

Я возьму тебя за плечи, загляну в твои глаза

И из уст польются реки, слов не сказанных тогда.

Вадим Дюльдин

Беллетристика