Гнев Империи V - Антон Романович Агафонов

— Тут живут люди?

— Не люди, — покачала она головой. — Асы, эйнхерии и валькирии. Все те кто остался жив после катастрофы.

Из её слов выходило, что это что-то вроде Лукоморья, только для северных реликтов. Ну и в отличии от сказочного убежища из моих краев, по словам той же Фрейи, отсюда нет выхода.

Скидбладнир наконец достиг земли и осторожно приводнился на небольшое озеро, заскользив по направлению к пристани. Там нас уже ждала целая толпа. Мы ещё не успели пришвартоваться, а местные уже бурно приветствовали Фрейю.

Она вышла к ним, обнимаясь и обмениваясь приветствиями со старыми друзьями. Они что-то кричали, спрашивали, богиня отвечала, и от всего этого у меня немного заболела голова. Слишком бурным оказалось приветствие, да ещё и я был тут не у дел. Стоял себе на лодке, наблюдал за этим и чувствовал себя лишним.

Мда…

К счастью, Фрейя в какой-то момент вспомнила обо мне и, призвав окружающих к тишине, наконец представила меня. И когда это случилось, я не увидел ликования на лицах местных. Волнение, немного страх, и, разумеется, недоверие. После смерти предшественника к ним скорее всего начали возвращаться воспоминания, и появление нового Стремления, желающего заполучить силу и власть, не прибавляло им радости.

Ещё раз мда…

Дальше Фрейя решила показать мне Асгард, и её сопровождало несколько молодых и хорошо сложенных женщин в боевом облачении и с копьями в руках. Это были старшие валькирии, её непосредственные подчиненные.

— Сколько всего тут живет воинов? — спросил я, и Фрейя переадресовала его одной из девушек.

— Девяносто три валькирии, сто сорок четыре эйнхерия и двести семнадцать асов. И мы все готовы преклонить колено перед новым владыкой, — последние слова она сказала с некоторой неохотой. Но это и понятно. Я очередной чужак, что решил править местными реликтами. Разумеется им это не нравится.

Прогулка по Асгарду вышла недолгой, в конце концов город на пять сотен жителей это маленькое поселение, фактически деревня, в которой все друг друга знают. Но за это время они показали мне, как устроен тут быт, и в частности провели демонстрацию воинских умений. Несколько валькирий устроили показательные бои, и не буду отрицать, я засмотрелся на то, как красивые девушки дерутся друг с другом.

Ну а затем, по традиции северян, был устроен пир.

Ну разумеется, куда же без пиров… Северянам дай только повод, они обязательно пойдут устраивать пирушку с выпивкой, песнями и танцами. Ну и мордобоем. Хильда как-то сказала мне, что пир не пир, если кто-нибудь не набьет другому морду.

Проходил он в главном длинном доме, где и находился трон, ранее принадлежащий Одноглазому. Трон, к слову, не слишком впечатлял. Не было ни золота, ни пышности, просто крупный деревянный стул с прямой спинкой, украшенный резьбой.

— Присядешь? — улыбаясь краешками губ, предложила Фрейя.

Я не стал отказываться, пристроил свою пятую точку на трон и поморщился. Не представляю, как на нем можно долго высидеть.

— Неудобно? — догадалась богиня.

— Ага.

— Так и задумано. Это чтобы правитель помнил, что власть — это бремя.

— Да, хорошая напоминалка… — я поспешно поднялся. — Так где управляющий конструкт? Я словно ощущаю его, но никак не могу понять, где он.

— Не он, а они, — покачала головой Фрейя.

— Они?

— Одноглазый разделил его на два, каждый отвечает за определенную часть своей силы.

— Не знал, что это возможно.

— Меня о таком можешь не спрашивать. Ваши силы сильно отличаются от наших.

— Так… где эти части?

— Одна прямо здесь, — Фрейя указала куда-то в потолок. Пару секунд я смотрел наверх, пытаясь понять, о чем она говорит, пока не заметил сидящую на одной из балок птицу. Ворона, черного как ночь. Стоило мне заметить его, как он спикировал вниз и присел на левый подлокотник трона. — Это Хугин.

— Фрагмент управляющего конструкта это… ворона? — я действительно ощущал исходящую от него силу, но было сложно это принять.

— Я ворон, а не ворона. Ты вообще в курсе что это два совершенно разных вида?

— А, он ещё и говорит…

— Не только говорю, но и пою. Хотите послушать?

— Нет-нет-нет, Хугин, спасибо, — вмешалась Фрейя, останавливая птицу, а затем шепнула мне. — Никогда не давай Хугину петь. Ни-ко-гда.

— Ладно…

— А ты значит, новый Гнев, о котором все говорят? Я не впечатлен.

— Ну уж извини.

— Скажи мне, новый Гнев, почему именно ты должен стать наследником силы нашего создателя?

— Потому что она моя по праву.

— По какому? По тому, что ты ещё один аватар Стремения? Так не первый и не последний. Мы в курсе про других Стремлений Гнева, они то появлялись, то погибали, и на наш взгляд ты ничуть не лучше, чем они.

— В таком случае ты должен знать, что я полноценный, в отличие от них. Встречался я с одним, и он кроме как «Гнев бить» ничего путного сказать не мог. Даже не понял, почему проиграл мне.

— И это твой аргумент? Встреча с одним аватаром? Уверен, что нет других, таких же разумных, как ты? Или даже более умных?

— Хватит, Хугин, — вмешалась Фрейя.

— Вот уж не тебе затыкать мне рот, женщина. Этот парень хочет претендовать на силу моего создателя, и уж раз именно нам с Мунином решать, то мы хотим знать, почему именно он достоин.

И я задумался, а действительно, почему я? Можно конечно выдать парочку фраз вроде «я приведу север к истинному величию» и все в таком духе, но сам не уверен на этот счет. Я всего год живу как человек и ещё до конца не понял, чего вообще хочу сам. Править севером хочет Хильда, а я… я тут лишь потому, что мне не оставили выбора.

Прошлый Гнев завоевал целые земли, отстроил огромное королевство, что впоследствии стало основой для его Империи. Но у него было время, десятки лет жизни среди людей, а всё, что было у меня, это попытки выполнить контракт. До ареста и попадания на север я лишь посмеивался, когда Хильда говорила о троне ярла. Соглашался, обдумывал планы, но тогда это были просто планы, и я ожидал, что буду готов к тому времени, а сейчас я понимаю, что нет.

— Молчишь?

— Я не достоин, — честно сказал я. — Мне бы десяток-другой лет ещё. Набраться опыта, мозгов, разобраться в себе, но к сожалению, времени на это нет. Проблема в том, что мне НУЖНА эта сила.

— То-то и оно, — фыркнул ворон. — Нужда не делает тебя достойным.

Внезапно сверху на другой подлокотник трона приземлился второй ворон, очень похожий на первого.

— По мне ты слишком суров к нему, брат. У него отличный потенциал для развития, и как он правильно сказал, ему не достает опыта, — встал на мою защиту второй.

— Да кого ты обманываешь, Мунин. Сделал ли он хоть что-то достойное за свою короткую жизнь?

— Он убил Хагготта.

— Нынешние аватары не чета прежнем. Заморыши, наделенные лишь крохами былых сил.

— Но и Дмитрий не обладал всей мощью. И выходит, что они были на равных. Князь Инферно и Стремление. И если смотреть на ситуацию так, то он достиг гораздо больших успехов, чем…

— Ты переходишь границы!

Внезапно вороны перешли на свой, вороний язык, и что-то мне подсказывает, что таким образом они осыпали друг друга оскорблениями, а затем вообще сцепились в драке, и в дело пришлось вступать Фрейе. Она расцепила дерущихся птиц, которые ещё какое-то время сердито шипели друг на друга.

— Успокоились?

— Да.

— Да.

— Отлично!

И вновь пришел черед мне взять слово. Я всю их схватку пытался придумать какие-нибудь веские доводы в свою пользу, но вместо этого я находил лишь причины, почему я плохой кандидат на эту роль. И поэтому…

Я встал на одно колено перед этими воронами.

— Понимаю, что вы считаете меня недостойным. Я и сам таковым себя считаю. Мне ещё слишком многое предстоит узнать и понять, многому научиться. Но мне нужна эта сила, ведь на кону стоит судьба сразу двух стран. Поэтому я прошу вас помочь мне, поделиться со мной не только силой, но и вашей мудростью.

Вороны смотрели на меня долго, ничего не говоря.

— Ты как хочешь, брат, но я сделал свой выбор, — сказал Мунин, взмахнул крыльями и приземлился мне на плечо. — Я давно следил за ним, и пусть он не идеальный кандидат, но лучше, чем остальные, так что это мой выбор. Север чахнет, нам нужно вернуть ему силы.

— Слишком самонадеянно.

— Лучше самонадеянность, чем трусость бездействия.

Хугин каркнул, взмахнул крыльями и приземлился на изголовья трона, теперь смотря на нас