Лухари - Ирина Кова

– В общем, я осталась довольна. И на следующий день мы улетели в Цюрих. С тех пор встречаемся каждый день.

Таш забралась под пуховое одеяло. Ее разгоряченное ванной тело мгновенно согрело шелковистую простыню. Приглушенный свет люстры рассеивался мягкими волнами, подкрашивая мебель в желтоватый оттенок. Ей тепло, наконец-то ей было тепло. Она будто плыла в белом пушистом облаке. Катин голос вернул ее на землю.

– А его жена вполне ничего, но не топ модель! – Катя, довольная, усмехнулась. – Занимается детьми, ходит на йогу и на обеды с подружками, пока он проводит время со мной. Он смешной. Любит поболтать, истории всякие рассказывает.

– Да, – вмешалась Анна, – такой смешной, что приехал сюда с женой и детьми, они в гостинице, а он каждый день приходит к нам со своими историями.

– Как? – Таш опешила. – Жена и дети здесь? И он не боится?

– А чего бояться? – равнодушно уронила Катя. – Он скоро придет. Зашел сегодня часа в четыре утра ненадолго, когда они спать легли. Подарок принес, – Катя вытянула руку. На пальце поблескивало кольцо с изумрудом. – Сказал, под цвет моих глаз выбирал.

– В голове не укладывается… – бесцветно отреагировала на изумруд Таш. – Жена и их дети тут, а он дарит кольцо другой женщине.

Катя небрежно махнула рукой.

– Тут все просто. Чем красивее женщина, тем быстрее с ней пролетает время и деньги! – констатировала Катя, еще раз покосившись на свое кольцо. – Если он гуляет, значит, либо она выходила замуж за кобеля, либо довела его до того, что он стал кобелем. Это не моя печаль, если он хочет рассказывать свои истории мне, а не ей.

– Наверное, она их слышала миллион раз, – с высоты опыта замужней матроны включилась Анна. – Не забывай, со временем супруги наскучивают друг другу и могут неделями не разговаривать. От скуки они заводят друзей, потом детей, а потом внуков. Посмотри на нас с Ником, у нас же все время гости. Мой Ник, кстати, – вдохновилась Анна актуальной тематикой, – тоже звонит каким-то кошелкам и плетет им какую-то чушь, которую я слушать отказываюсь. Но узнай я, что хоть одна копейка из нашего бюджета ушла на какую-то прошмандовку, я бы выгнала его из дома голым. Видимо, жена Саши какая-то клуша, если не следит за деньгами.

– Или он хорошо контролирует финансовые потоки, – выгородила «жену-клушу» Катя.

– Да нет, девчонки, у чиновников обычно все на жен оформлено. Наверняка с ее же счета он тебе деньги и перечисляет. Так, я спать. Еще успеем поковыряться в этом навозе в поисках жемчуга – в нашем случае изумруда…

И она, элегантно сдержав зевок, провалилась в сон.

Когда Таш открыла глаза, силуэты гор едва различались на фоне иссиня- черного неба. Она взглянула на телефон. 19:43. Вотсап взрывался от пропущенных сообщений. Каролина, Вивьен, Дори… И ни слова ни от Бена, ни от Филиппа.

Она провела рукой по влажному лбу. Лицо покрылось толстым слоем холодного пота. В груди все сжималось от разрывавшей ее изнутри боли. «Катя про Фло верно сказала – породистая кобылка. Две породистых особи! Конечно, он выбрал ее! Да они как брат с сестрой. Они с детства ездят на охоту и на Мустик. А я даже не знаю, где этот чертов Мустик, – Таш схватила с тумбочки телефон и потыкала в поиск. – Ну, хорошо, теперь я хотя бы знаю где он…»

*****

Таш спрыгнула с кресла подъемника. Идеальный день для катания. Снег скрипел под ее лыжами, яркое солнце грело щеки. Ей хотелось побыть одной, вдоволь насладиться своим новым состоянием – открытости для новой жизни.

Утром ее разбудил звонок Лулу из Лондона.

– Мисс Романов, – услышала она хриплый голос в трубке. Лулу, ее агент, любила обращаться к ней по фамилии. Таш подозревала, что она неоднократно намекала клиентам, что Таш – одна из чудом уцелевших потомков царского рода.

– Я забила для тебя охрененную работу. Не благодари! На следующей неделе привози свою задницу сюда, в Лондон. Много не пей! Тебе надо выглядеть по высшему разряду. Они тебя очень хотят. Заплатят хорошие деньги! Побудешь здесь месяцок-другой, так что готовь свою стоячую задницу к горячим съемкам!

Таш улыбнулась. Она вспомнила, как долго не могла привыкнуть к этому грубоватому тону Лулу, но, узнав ее поближе, уже не могла представить ее без туалетного юмора и экстравагантных выходок.

Таш решила использовать технику йоги, и сделать свое катание осмысленным. «Я посвящаю свой первый спуск в новом году моему новому счастью, моей новой жизни и моей новой любви!» – торжественно провозгласила она и тронулась с места.

Большинство лыжников в этот час только продирали глаза, так что она летела вниз по почти пустой трассе. Скорость нарастала, с ней усиливалась и ее вера в себя и в свое счастливое будущее. Впереди замаячил главный подъемник, и последний участок она решила пройти побыстрее, перестав кантоваться на поворотах, перейдя в скоростной спуск. Она неслась в новую счастливую жизнь, и ничто не могло помешать ее счастью.

– Мама!.. – раздался истошный крик. Через секунду Таш кубарем летела по склону, прихватив по пути что-то меховое и очень пушистое…

Очнулась она в сугробе. «Интересно… Все в новую жизнь влетают вот таким сальто мортале?» Таш пошевелила руками, затем, ногами – вроде все цело. Она осмотрелась. В метре от нее сидело то самое существо в собольей шубе, которое так некстати нарушило все ее планы на будущее. А слева от него отчаянно заливался слезами ребенок лет четырех.

– Мамочка, я так больше не буду! – Он садился на колени, потом снова вставал, и снова садился, тряся маму обеими руками.

Таш не знала, с чего начать разговор: то ли выругать это безмозглое создание, неожиданно выскочившее на трассу, то ли поинтересоваться, все ли у нее в порядке. В конце концов, проникнувшись эмпатией, Таш обратилась к соседке по сугробу:

– Вы целы? – спросила Таш у мамаши.

– Простите меня ради бога… Вот сорванец! Ведь сказала ему, идем тихо, держимся за руки!

– Не ругайте его, он и так плачет, – Таш встала. Ребенок и правда тихонько скулил свое «мамаябольшенебуууду…». – У вас точно все в порядке? Помощь не нужна? – она протянула руку, чтобы помочь женщине подняться.

– Спасибо Вам огромное! – женщина поднялась на ноги. Она была хороша собой, ростом примерно с Таш, немного постарше, лет тридцати–тридцати двух, с чудесными светлыми волосами. – Дайте мне ваш адрес, я должна, как минимум, прислать вам цветы.

– Не вздумайте. Все обошлось. Лучше приходите к нам