Бумажная империя 5 - Сергей Жуков

— Откуда в тебе эта тяга к бунту? — тихо спросил Распутин, подойдя к дочери.

Он проследил за её взглядом и увидел Даниила Уварова, кружащего в танце племянницу самого Императора.

— Когда Уваров был безродным выскочкой, то ты хвостом за ним увивалась, а как только он стал бароном и основал свой род — ты стала его сторониться как огня, — холодно произнёс он.

— Ничего я не увивалась! — в сердцах бросила она, ревностно смотря на бессовестно шикарное платье Анастасии, которым она слишком уж сильно прижималась к Даниилу, который был незаконно прекрасен в этом новом белоснежном костюме.

— Хорошо, хорошо, — позволил себе ухмыльнуться отец. — А сейчас-то что?

— Ты и сам прекрасно знаешь, — задрала она аккуратный носик.

— Позволь объясниться, — властно приказал он.

И тогда Алиса повернулась и яростно посмотрела прямо ему в глаза. Ревность, злость и обида взяли в ней верх и она выпалила:

— Можешь не притворяться, я знаю, что ты с Уваровым договорился о нашей с ним свадьбе. И про приданное миллионное знаю. Вот только фиг вам, а не свадьба. Мне надоело, что за меня везде и всё решают. Я не товар!

Несколько гостей, стоящих неподалёку от них удивлённо обернулись, услышав её громкий голос.

Распутин побагровел, крепко схватил дочь за руку, отчего та ойкнула, и силой отвёл в сторону, подальше от чужих глаз.

— Во-первых, я хочу знать какого чёрта ты подслушиваешь мои разговоры с гостями, — яростно процедил он, не отпуская мёртвой хватки на её руке. — А во-вторых, откуда ты, дура, выдумала эту чушь⁈ Я обсуждал с Уваровым инвестиции в твой проект с рекламными экранами в транспорте и миллион — это деньги, которые я планирую вложить в вашу фирму.

— Вы… вы обсуждали работу? — с глазами, полными ужаса, пролепетала она.

— Конечно работу, — презрительно выплюнул Распутин и, отбросив руку дочери в сторону, молча ушёл обратно в главный зал.

Алиса на ватных ногах медленно пошла в ту же сторону. Каждый шаг в роскошных туфлях на огромных шпильках, которые она специально одела, чтобы произвести впечатление на Даниила, давался ей с огромным трудом. Она вновь взглянула, как племянница Императора, прижавшись к Даниилу, кружится в танце. На лице Анастасии была очаровательная улыбка, но Алису было не провести, она знала: это улыбка охотницы, которая поймала свою добычу и уже не отпустит.

— Алиса, какая же ты… — тихо произнесла она себе под нос, понимая, что Даниил не упустит представившейся ему возможности.

Она знала, что он метит на самый верх. А что может быть выше, чем императорская семья? Что она, Алиса Распутина может противопоставить молодой и очаровательной племяннице Императора?

* * *

Весь вечер я ловил на себе множество взглядов. И в этом не было ничего удивительного, учитывая речь Меньшикова и то, что представительница правящей династии внезапно стала моей спутницей.

Словно по мановению волшебной палочки, рядом со мной вновь и вновь оказывались аристократы, желающие выразить мне своё почтение. Внезапно оказалось, что всем им прекрасно известно кто я такой, что они давно следят за моим бизнесом и мечтают посотрудничать.

Ну-ну, какая неожиданность.

Впрочем, я не дурак, чтобы воротить нос от подобной возможности. Мне прекрасно понятно, как устроен этот мир и что всё здесь держится на связях и статусе, так что такое паломничество ко мне — лишь показатель моего высокого положения в здешнем обществе.

Краем глаза я заметил, как официанты тоже постоянно переговаривались, поглядывая в мою сторону. Вроде как, это тоже были представители низших ветвей аристократических родов, которые работали на Меньшикова за огромные деньги.

— Хотят ваш автограф или фото, — презрительно фыркнула Анастасия, видя как я смотрю на официантов. — Ведут себя, словно простолюдины.

— Знаете, в своё первое появление в высшем свете я был одет в костюм официанта, — ностальгически улыбнулся я, вспоминая то, как ещё недавно пробирался на приём в картинной галерее, чтобы поговорить с Васнецовым. Наш спор с Хвалынским и череду последовавших за ним событий.

— Какой кошмар, — хихикнула Анастасия. — Ну у вас и шуточки, Даниил Александрович.

Но в этой короткой фразе я почувствовал незримое пренебрежение к людям, ниже её по статусу. Причём она скрывала эти эмоции за безупречной улыбкой и манерами, отчего было лишь хуже.

— Да, я тот ещё шутник, — поддержал я её слова и, подмигнув, направился к перешёптывающимся официантам.

Они, заметив моё движение в их сторону, тут же вытянулись по струнке, гордо подняв голову. Но глаза выдавали испуг — они думают, что я буду устраивать скандал. И тут они правы, скандала сегодня не избежать, вот только они к нему не будут иметь отношения.

— Привет! Может сфоткаемся? — весело спросил я.

Глаза официантов округлились, но они продолжали стоять в стойке. А затем осторожно переглянулись между собой, словно спрашивая «ты тоже это слышал?».

— Ну нет, так нет, — пожал я плечами и развернулся.

— Пожалуйста, постойте, — раздался голос сзади и я улыбнулся.

Один из парней достал свой телефон и все принялись по очереди позировать вместе со мной. Они расслабились и позволили себе улыбаться и дурачиться. Осуждающие взгляды уже никого не смущали, пока не раздался вежливый женский голос:

— Господа, вам разве не нужно работать?

Анастасия стояла за моей спиной. Она была безупречно мила, вежлива и прекрасна. Но за всем этим незримо проступало вселенское пренебрежение.

Официанты тут же встали в свои стойки, изображая почётный караул.

— Анастасия Николаевна, как я рад, что вы подошли, — просиял я, чем явно порадовал девушку. — Будьте так любезны, сделайте пару общих фотографий.

Мои слова прозвучали как удар хлыстом. Для неё это было подобно пощёчине, хотя в моей просьбе не было ничего предосудительного. И её реакция была красноречивей любых слов. Впрочем, надо отдать ей должное, держаться на публике она умела просто бесподобно.

— Даниил Александрович, вы просто очаровательны, — расцвела Анастасия в улыбке. — Всё шутите и шутите.

* * *

Алиса Распутина зашла в дамскую комнату, чтобы позволить себе расслабиться и перестать притворяться, что всё хорошо. Стоя в просторной кабинке, напротив огромного зеркала в позолоченной оправе, она не узнавала девушку в отражении.

Соберись, Распутина, он того не стоит, выскочка, карьерист, — убеждала она себя, но Уваров никак не мог выйти у неё из головы.

— Он серьёзно хотел, чтобы