Дело Мансурова. Империя и суфизм в Казахской степи - Паоло Сартори

Поэтому, препровождая при сем к Вашему Превосходительству при особой описи, отобранные от Мансурова рукописи, показания его и других и прочие, относящиеся к этому делу бумаги, я имею честь покорнейше просить Вас: 1) назначить произвести означенных исследований в городе Кокчетаве с тем, чтобы туда теперь же незамедлительно был вытребован и содержащийся там под стражею петропавловский ахун Сиразедин Сейфуллин и чтобы допросы, содержащимся в городе Омске Мансурову, Момину, Байгулову и Бектагулову, производились через Главное управление Западной Сибири и 2) отобранные у Мансурова рукописи, письма на разных восточных языках для удостоверения, что именно в сих рукописях заключается, препроводить в Оренбургское духовное собрание, кроме только тех, написанных по-татарски, кои окажутся необходимыми для местных исследований.

Затем, прося Ваше Превосходительство уведомить меня о распоряжениях какие Вами по сем учинены, а также и о последствиях от них, поставляю долгом присовокупить, что я сообщу Вам и вышеупомянутые переводы, которые поручены Габбасу Шихмаеву, получившему ныне от меня подтверждение о немедленном окончании и представлении ко мне тех переводов.

Последняя строчка дописана позднее другими чернилами (курсив наш. – П. Ш., П. С.): О ходе этого дела мне доносить через каждый день, начиная с сего 22‑го числа сентября.

Генерал-губернатор Западной Сибири,

генерал от инфантерии [Подпись] Гасфорт

P. S. Непонятно каким образом султаны Габбасов и Арыслан Худаймендин, занимающие должность старших султанов в округах Кокчетавском и Акмолинском, осмелились приложить свои печати к рекомендации бродяги и лжеучителя Мансурова! – Что также подлежит особому разбору.

Генерал от инфантерии [Подпись] Гасфорт

ЦГА РК. Ф. 345. Оп. 1. Д. 336. Л. 78–83.

Документ № 2

В Областное правление Сибирскими киргизами

Асессора Ивашкевича

Рапорт

Вследствие указа Областного правления от 18 сего января за № 159, имею честь донести, что я от 7 минувшего декабря за № 51 испрашивал разрешения областного правления о дозволении отдать на поручительство, содержащегося в Кокчетаве петропавловского ахуна Сиразедина Сейфуллина на основании 1012 статьи XV тома, но вовсе не к чьему лицеприятию, или покровительству преступника и даже не к оправданию Сейфуллина, а это было сделано на следующих обстоятельствах: 1) два письма от Сейфуллина писаны не к Мансурову, а одно: к султану Абулхаиру Габбасову, киргизам Мендею, Кощегулу, Чубеку, Мусе, Саускану, Алтыбаю и прочим почетным старшинам и биям, а второе, к находившемуся в Ташкенте к какому-то Габайдулле, – в написании помянутых писем ахун Сейфуллин сделал запирательство и улик нет никаких. При сличении же почерка кокчетавские переводчики и толмачи совершенно сходным с почерком Сейфуллина не признали, а объяснили только то, что некоторые буквы похожи, что может быть иногда от пера разной чинки и от трясения руки; 2) волостной управитель Итемир Барлубаев в ответах своих в Кушмурунском приказе еще до начатия мною следствия показал (как это видно из дела), что он прошения в 1853 году от 23 мая на имя Господина генерал-губернатора Западной Сибири никогда не писал и никого об этом не просил, что и подтвердил на данные ему, мною, вопросы. Байбуру Малкаров мною не спрошен по случаю его смерти; 3) заключающиеся по делу Мансурова лица, в своих ответах показали: что имел ли ахун Сейфуллин какие-либо тайные сношения и знакомства с Мансуровым и содействовал ли Сейфуллин Мансурову в проповедовании нового учения магометанской религии, им неизвестно. Это обстоятельство при повальном обыске о поведении Сейфуллина подтвердили в ответах своих и петропавловские жители.

Приняв в соображение выше объясненные обстоятельства, я без всякой защиты взошел с представлением об отдаче на поручительство ахуна Сейфуллина, ежели начальству будет угодно. Не излишним считаю доложить и о том, что я не отпустил из виду забрать сведения о Сейфуллине и по производимому над ним в Кокчетавском окружном приказе делу по жалобам киргиз.

Асессор Ивашкевич

№ 13

22 января 1855 года

ГИАОО. Ф. 3. Оп. 3. Д. 3644. Л. 231–232 об.

Документ № 3

Генерал-губернатору Западной Сибири

Господину генералу от инфантерии и кавалеру Гасфорту

Ташкентского торгующего

Мухаммед Шарифа Мансурова

Нижайшее прошение

(О безвинном заключении его)

Кокчетавского округа ахун Мифтахетдин Хабибуллин, называя себя главою округа, дал мне похвальный аттестат с приложением своей печати, равно дал мне таковой же аттестат с приложением печати и петропавловский ахун Сиразетдин Сейфуллин. Находясь два года в заключении, я прошу Вас сделать мне с ними очный свод. В 1853 году при выезде моем в Ташкению петропавловский ахун Сиразетдин Сейфуллин передал мне один запечатанный конверт и просил меня, не раскрывая оный, передать в Ташкению Хан Тюре Хан-Ишану. Я, считая ахуна Сиразетдина Сейфуллина за хорошего человека, и не предполагая, чтобы он решился писать что-либо худое, принял его, и как по приезд[е] в Ташкению узнал, что Хан Тюре Хан-Ишан помер, то я вез этот конверт обратно, чтобы возвратить Сиразетдину, который и был у меня отобран в числе прочих на Капале. Что же в нем заключалось, мне неизвестно, и я в этом невиновен. Равно при поездке моей в Ташкению в том же 1853 году, в Киргизской степи присоединился ко мне Бекходжа Байбулов, и сказал, что он привез бумаги с приложением печати ахуна Сиразетдина и почетных наших родовичей, на что я отозвался Бекходже Байбулову, что если бумаги написаны хорошие, то положи их между таковыми, и когда он положил эти бумаги, то я не рассматривая повез их с собою, которые также были отобраны на Капале, а потому если не будет противно закону, прошу Вас о сделании мне со всеми очного свода. В Петропавловске я имею жену, дом и имущество, в чем ссылаюсь на хороших жителей Петропавловска и почетных киргизских родовичей, с которыми тоже прошу мне сделать очный свод, и я надеюсь уличить их. Подозреваю так переданные мне бумаги киргизом Джумагуловым будто бы от ахуна Сиразетдина, и потому прошу сделать сличение подписи Сиразетдина и печатям почетных киргизских родовичей. От кокчетавского ахуна Мифтахетдина и петропавловского Сиразетдина [претерпел] много. Они и прежде по наружности показывали вид дружества, [но] были мне врагами. В 1853 году меня допрашивал петропавловский городничий по приказанию будто бы омского генерал-губернатора и смотрел взятый мною при обратном следовании от Святых мест из города Одессы паспорт, что