Шок и тремор. - Сергей Николаевич Зеленин

- Этот «кто-то» - Никита Хрущёв. Да будет ему подкремлёвская земля стекловатой, с ржавыми гвоздями и кусками колючей проволоки.

Тот видимо был точно такого же мнения и согласно кивнув, продолжил:

- Я очень удивился, когда мне в Монголию прислали Жукова. А когда того назначили на Киевский военный округ – фактически вместо Якира, мне стало всё ясно как «дважды два».

Опустив голову:

- Возможно, с этого момента мне нужно было призадуматься и приспособится. Но я решил…

Он замолчал, а я теряя терпение, предположил:

- Решили создать свою собственную – дальневосточную клику? Так сказать: идя тропой - проторённой когда-то маршалом Блюхером?

Ответом мне было сперва молчание… Затем – еле заметный кивок.

Наконец, последний вопрос:

- А скажите, товарищ Штерн: нет ли за всем за этим иностранного следа? В данном случае меня интересует именно германский след - а не положим британский, японский или там бразильский…

Заметно приободрившись от «товарища», тот:

- О, да это – целая клика была! Главным германофилом у нас в РККА был Иероним Уборевич – Командующий войсками Белорусского военного округа. Далее я бы назвал Корка, Мерецкова…

Насторожившись:

- «Мерецкова»?!

- Да! Как и первые двое, тот в конце двадцатых – начале тридцатых учился в Германском Генштабе. Так что если и искать «след», то только среди подобных «учеников».

После непродолжительного молчания, Штерн уточнил:

- Вообще то - среди командиров РККА, ранее сталкивавшихся с германским порядком и организованностью… Не только среди «учеников», а например среди воевавших в Империалистическую - очень сильны, если и не прогерманские - то пораженческие настроения. Мол, куда нам убогим - с германцами воевать!

«Намотав на ус» инфу, предварительно демонстративно спрятав досье в сейф, задорно спрашиваю:

- Но Вы то, товарищ Штерн, в Империалистическую против германцев не воевали, в Германском Генштабе не учились и, следовательно - «упадническо-пораженческих настроений», у Вас нет? От слова «никаких», нет?

Соскакивает, и:

- Нет, товарищ Сталин. Никак нет!

Встаю и протягиваю руку:

- Ну, тогда приведите себя в порядок, отоспитесь. Комната с ванной и кроватью для Вас уже приготовлена. А завтра с утра принимайте 7-ю общевойсковую армию и готовьтесь перед германцами тренироваться на «финниках». Все подробности узнаете от моего Заместителя товарища Бонч-Бруевича и от Начальника Генштаба Захарова…

Стараясь не замечать слёзы обильно потекшие по плохо выбритым щекам

- …От себя же скажу: если дойдёте до Хельсинки за две недели - смогу «поздравить» Вас генералом армии, полководческим «Орденом Суворова» за номером «один» и назначением на должность Командующего Армейской группой «Приморье»… Это – Крым, если что.

Формирующаяся армейская группа «Приморье», предназначена для десантной операции на побережье Румынии. Или – Болгарии, не один ли хрен.

Того от радости чуть «Кондратий» не «обнял»:

- Приложу все… Тов…

Дальше какое-то невнятно-нечленораздельное горловое булькотание.

Показываю на дверь:

- Всё! Можете идти.

Уже у дверей:

- И запомните хорошенько, товарищ генерал-полковник: победы «любой ценой» мне не нужны! Финляндия должна быть сокрушена «по-фински» же - не числом, а умением.

Хотя Григорий Штерн на Халкин-Голе сам исполнял функции члена Военного Совета Фронтовой группы - организуя материально-техническое обеспечение находящейся за сотни километров от баз и складов группировке, всё же выделил ему трёх опытных снабженцев из гражданских. Ну и представителя Ставки для контроля…

Как же без этого?

Начальником же штаба 7-й общевойсковой армии, назначен генерал-лейтенант Герман Капитонович Маландин - до того бывший Заместителем начальника Оперативного управления Генштаба РККА. Как генерал Попов, это один из немногочисленных представителей советского генералитета - который не только прошёл царскую гимназию, но и успел перед призывом в армию закончить три курса университета.

Надо хорошенько присмотреться к этому военноначальнику и если он соответствует – помочь ему сделать карьеру.

***

После ухода Штерна я посидел молча минуту-две… Может даже пять или десять, уставившись в одну точку, поковырялся в «Послезнаниии», сопоставил кой какие факты и…

Вновь зависаю, загруженный думами тяжкими:

«Так, так, так…».

Естественно, восстановившаяся и переформировался «киевская клика», борясь за выживание, тут же стала готовить военный переворот. Я то, по недостатку информации и времени на анализ всё же имеющейся, считал - что он готовился на лето 41-го и приурочивался к вторжению германских коллег. Но в связи с новыми обстоятельствами…

И, что?

Как это ни странно звучит, но…

Военный заговор того же - «подковёрного типа», удался за год до войны!

«Пруфы в студию»?!

Сча будут!

С 1938-го года, высшим коллегиальным органом руководства Красной Армии являлся «Главный военный совет РККА» (ГВС РККА) – всего девять человек, имевшим своей задачей рассмотрение и решение основных вопросов организации и устройства, боевой и мобилизационной подготовки, вооружения и технического оснащения Красной Армии. В свою очередь ГВС РККА возглавлялся «Ставкой главного военного совета», в составе трех человек – Сталина, Ворошилова и Шапошникова.

Пока всё логично и в полнейшем соответствии с историческим учением: Сталин –единоличный диктатор со всеми предлагающимися в таких случаях лестными и нелестными эпитетами и, высший военный орган – без него…

Ну, никак!

Вот только в отличии от Государственного Комитета Обороны (ГКО) и Ставки Верховного Главнокомандования времён Великой отечественной войны - про этот коллегиальный орган, послевоенные историки не любят вспоминать…

Очень не любят!

Почему, спрашивается?

Используя хронологию событий, попытаемся разобраться.

Вскоре после завершения Советско-финской (Зимней) войны, по её скажем прямо – не совсем блестящим итогам, 14-17 апреля 1940-го года в Кремле состоялось «Совещание при ЦК ВКП (б) по обобщению опыта боевых действий с Финляндией29» - с участием как говорится, «всех заинтересованных сторон». На нём, на этом «Совещании», Сталин хорошенько проехался по товарищам командирам, хотя и в довольно политкорректных тонах:

«У нас, товарищи, хвастались, что наша армия непобедима, что мы всех можем шапками закидать…

…Вот с этой психологией, что наша армия непобедима, с хвастовством, которые страшно развиты у нас — это самые невежественные люди, т.е. большие хвастуны — надо покончить. С этим хвастовством надо раз и навсегда покончить.

…А чем все это объясняется? Потому что у всех в голове царили традиции гражданской войны: Традиции и опыт гражданской войны совершенно недостаточны, и кто их считает достаточными, наверняка погибнет. Командир, считающий, что он может воевать и побеждать, опираясь только на опыт гражданской войны, погибнет как командир.

Люди, которые живут традициями гражданской войны, дураки, хотя они и хорошие люди».

Видите?

Всего лишь «дураками» назвал, не забыв подсластить «хорошими людьми».