Скуф. Маг на отдыхе - Максим Злобин

Секунда, две, три… стрелок перестал биться в агонии и погас. Но тут же поднялся как ни в чём не бывало, взялся за пулемёт и развернул его в сторону дома.

— Ты что творишь⁈ — раздался крик по ту сторону стены, но тут же утонул в грохоте выстрелов.

А значит, в бой включилась и некромантка.

— Стрелять на поражение! — заорал кто-то, и мы вновь пролетели сквозь стену огня.

Взрывы, пальба, жужжание магических техник, стоны, крики и великое множество вариаций применения могучего русского мата.

Народищу у графа Кочеткова, конечно, было дохрена. Да и военная техника какая-никакая. Боюсь даже представить, чем он занимается, но боевые действия явно что ведёт исправно — иначе нахрена оно нужно всё вот-это-вот содержать и обслуживать?

Я пока что не сориентировался и всё так же прикрывал нас щитами из сырой магии, а группа «Альта» тем временем уже десантировалась из барбухайки.

— Василий Иванович! — Стеклова чуть не врезалась в меня с разбегу.

Глаза у девушки блестели, да и, в целом, выглядела она очень возбуждённо. В приличном значении этого слова. Как щенок перед прогулкой, короче говоря.

— Василий Иванович, смотрите! — альтушка указала на правое крыло, а там…

— Батюшки, — улыбнулся я. — Ну иди-иди. По дороге прикрою.

— Спасибо, Василий Иванович!

А дело было в том, что из правого крыла дома Кочеткова торчал стеклянный купол. Зимний сад, сиречь оранжерея. Там-то друидке действительно будет где разгуляться.

Лёха, блин! Нужно срочно свести её с Лёхой!

Оглушительно взревел мотор, и с другой стороны, прямо по фигурно-стриженным клумбам в форме фламинго, на нас помчался какой-то броневик… или не броневик. Хрен поймёшь. На вооружении у армейских я такую штуковину не видел, так что это либо забугорная игрушка, либо вообще самодельная.

Но по виду вполне себе мощная.

Я уж хотел было ей заняться — уже и кулак запитал, и размахнулся, чтобы послать заряд — но тут меня вдруг остановила Шестакова.

— Василий Иванович, стойте! — крикнула шаманка. — Затрофеим!

Затем татуировки на её руках вспыхнули, и девушка помчалась навстречу бронированному монстру. В крайний момент подпрыгнула, приземлилась прямо на капот и наложила руки на броню. В следующее же мгновение мотор заглох, а колёса броневика позорно отвалились.

— Я потом починю! — крикнула Шама.

«Н-да… Кажется, я им тут не особенно-то и нужен», — подумалось мне.

А потому я решил оставить альтушек давить гадину на улице, а сам поспешил в дом…

* * *

— Как знал ведь, — кряхтел Кочетков, гусиным шагом пробираясь по тоннелю с тяжеленной сумкой наперевес. — Как чувствовал.

Чёрный ход выкопали буквально недавно. По весне, как только почва достаточно отмёрзла. Раз уж на то пошло, граф вообще любил копать. Приличная часть его усадьбы находилась под землёй и скрывала в себе очень, очень много интересного.

И к слову.

Возможно, это всё паранойя, но часть работы граф выполнял сам — всё ж маг земли — а рабочих по окончанию проекта утилизировал. Благо, что если у тебя во владении находится несколько гектаров, то трупы прятать несложно.

— Отлично, — сказал Кочетков, наконец-то заприметив свет в конце тоннеля. — Ну вот и всё.

Он вылез далеко за стеной из ничем неприкрытой дырки в земле. Вокруг был перелесок. Неблагоустроенная глушь, в которой никто и никогда не бывал — местные грибнички прекрасно знали о том, что во владениях Кочеткова довольно просто пропасть с концами.

— Так-так-так, — граф прищурился и огляделся.

Где-то здесь, неподалёку от выхода должна стоять машина, прикрытая брезентом. Полный бак, документы на новое имя и приличная сумма наличности вдобавок к тому, что он утащил из дома. Сам себя Кочетков гадом, конечно же, не считал, но в глубине души чувствовал, что когда-нибудь ему это всё может понадобиться.

— Вот ты где, — Кочетков наконец-то разглядел в пейзаже слишком уж подозрительный холм и двинулся в его сторону.

Вот только тут:

— РррРрр-рр-р-р, — за спиной у него раздалось утробное урчание…

* * *

Ушёл! Вот ведь, сука такая, ушёл!

— Где твой хозяин? — в который раз повторил я вопрос одному из сдавшихся магов и даванул аурой так, что у того носом кровь брызнула.

— Я не знаю! — заверещал он. — Не знаю!

— Понятно, — вздохнул я и оставил бедолагу в покое.

Вместе с альтушками мы облазали уже всю усадьбу, но графа так и не нашли. Ни графа, ни кого бы то ни было другого с фамилией Кочетков. Зря я девкам наказ давал, потому как ни детей, ни женщин в доме так и не обнаружилось.

Не усадьба, а военный форт какой-то.

Сплошь боевики и обслуживающий персонал.

— Фу, — сказала Фонвизина, оглядывая дорого-богатую гостиную Кочеткова. — Какая безвкусица. Всё-таки потомственный граф мог бы быть воспитан получше…

— А мне тут нравится, — сказала Шама, лихо разбила локтём выставочную витрину и сгребла в ладошку горсть коллекционных монет. Однако тут поймала мой взгляд, ойкнула и официально запросила разрешение на мародёрство.

— Оставь как есть, — приказал я. — Дождёмся канцелярских, а там и ясно станет. Может быть, оно и так уже всё наше.

— Как скажете, Василий Иванович, — вздохнула Шестакова и ссыпала монеты обратно. — Но осмотреться-то можно?

— Осмотреться можно.

— Спасибо!

С тем Шаманка прогулочным шагом двинулась к камину, взялась за позолоченный подсвечник — то ли взвесить хотела, а то ли пробу зубами снять — и тут…

— Кхх-х-х! — камин вдруг начал отъезжать в сторону.

— Ээээ, — протянула Шаманка и почесала в затылке. — Я так и планировала!

— Василий Иванович, — тут же нахмурилась Фонвизина и зашагала в сторону потайного хода. — Там кто-то есть. Я чувствую там людей.

— Раненых?

— Да, — сперва сказала целительница, но тут же одёрнула себя. — То есть нет. Они не раненные, они скорее измождённые. Замученные как будто бы.

— Так, — я чуть помог механизму открытия и оттолкнул камин в сторону.

И тут же выругался. Вниз вели ступени… немного. Всего, наверное, штук десять или пятнадцать. Но засада заключалась в том, что заканчивались они массивной железной дверью с кодовым замком и аж тремя замочными скважинами. Вынести — вынесу. А вот не