Разреши любить - Анна Джейн

Каждая наша встреча была для меня и счастьем, и наказанием одновременно.

Первый раз мама не сразу меня узнала. А когда поняла, что незнакомая девушка с темными глазами - ее дочь, закричала и закрыла рот руками, а потом едва не потеряла сознание. Мы плакали, обнявшись, но Стас был так жесток, что не дал нам пробыть вместе и часа. На второй встрече мы снова плакали, не отпуская друг друга, а на следующих встречах почти все время молчали - обе измученные и израненные. Почти сломавшиеся.

Мама изменилась. Она похудела, на ее лице появилось больше морщин, а в волосах - седины. Глаза мамы стали тусклыми, будто мертвыми, и мне хотелось плакать, когда я смотрела в них. я знала, что Стас использует ее для того, чтобы обучать новеньких девочек, и мне казалось, что ему это доставляет удовольствие. Он словно мстил маме за что-то, доказывал свое превосходство. Стас будто каждым словом наказывал ее, давал понять, что без него мама - ничто, и ее жизнь ничего не стоит. Моя ненависть к нему стала такой холодной и почти равнодушной, что я была уверена - появись у меня возможность убить этого урода, я бы это сделала. Не в мечтах, а по-настоящему.

Может быть, он до сих пор держит маму здесь, в этом городе? И если да, то где?

Я так погрузилась в себя, что не сразу поняла одну важную вещь - одна из девочек-мастеров, которая делала педикюр Мэри, была Рита. Моя университетская подружка из старой, нормальной жизни. Рита изменилась. Из эпатажной бунтарки с розовыми волосами, пирсингом на лице и зажигательным взглядом она стала довольно уверенной молодой женщиной с короткими светлыми волосами и пухлыми губами. Видимо, колола в них гиалуроновую кислоту, потому как раньше ее губы были совсем тонкими. Когда Рита сняла перчатку, чтобы ответить на звонок, я увидела на ее пальце обручальное кольцо. А потом услышала, как она украдкой говорит по телефону что-то о ребенке. Видимо, Рита вышла замуж и родила. Удивительно, она всегда хотела быть вне системы, строила какие-то грандиозные планы на жизнь, говорила, что ей не нужна семья, а в итоге сделала все иначе.

Рита делала педикюр Мэри, даже не подозревая, что рядом сижу я. Ярослава Черникова. Она меня не узнала, и от этого мне почему-то стало смешно и горько одновременно.

Если я молчала, то мачеху было не унять - она везде и всюду болтала, не особо заботясь, интересно ли это другим. Рита тоже любила почесать языком, да и девушка, которая делала маникюр, тоже. Поэтому они спелись. Сначала обсуждали город - он не нравился им всем, и они хотели куда-нибудь переехать. Затем перешли на людей.

- А у вас вообще есть богатенькие перспективные холостяки? - перешла на одну из любимых тем Мэри. - Вот у нас в городе никого приличного не осталось - нормальных мужиков всех разобрали! Мои подружки замуж не могут выйти! - И она залилась веселым хохотом.

- Есть, - тут же сказала мастер маникюра и даже подняла взгляд с ногтей на лицо клиентки. - Игнат Елецкий, например.

Я дернулась от неожиданности, и оставила полосу на ногте, который только что покрыли слоем красного лака. Всего лишь два слова - но

каких! Его имя.

Моя мастер посмотрела на меня с ноткой укоризны и принялась переделывать работу.

- Ну не-е-ет, - тем временем возразила Рита. - У него невеста есть! Скоро свадьба и все такое!

- А ты откуда знаешь? - удивилась мастер маникюра.

- Мы же вместе учились, - загадочно обронила Рита.

- Серьезно?! - воскликнула ее коллега. - Ничего себе! А ты и не рассказывала.

- А что там рассказывать... - Еще более загадочно сказала Рита, явно наслаждаясь удивлением. Я едва слышно хмыкнула. Если бы я точно не знала, что они с Игнатом всего лишь учились в одном здании, поняла бы ее слова иначе. Так, как будто бы они были знакомы.

- Что еще за Игнат Елецкий? - заинтересовалась любопытная Мэри.

- Сын Константина Елецкого, - ответила Рита тоном знатока. - Который занимается нефтью и газом. Ты наверняка слышала о его компании...

- А-а-а, точно! Поняла, кто это! - догадалась Мэри. О ресурсодобывающей компании Кости действительно порой говорили по телевизору. - у него есть сын? Я и не знала!

- Есть-есть, - со смехом подтвердила Рита. - Богатый и уже почти женатый!

Сердце кольнуло. Боже, а чего я хотела? Чтобы мой мальчик всегда был один?

- Елецкий очень крутой. Породистый - как отец. Высокий, широкоплечий, мужественный. Он и в универе таким был - все девчонки по нему тащились. А сейчас вообще конфетка, - на замолкала Рита. - Помогает отцу с бизнесом, и я слышала, что он очень жесткий, хоть и молодой.

- А сколько ему? - заинтересовалась Мэри.

- Лет двадцать восемь, наверное.

- Сопляк еще! Я люблю мужчин постарше. Вот у меня муж такой - взрослый, - хихикнула мачеха. - Вот вы думаете, это моя сестренка или подружка? Нет, это моя падчерица.

На меня, конечно же, тут же посмотрели. Я сделала вид, что не замечаю этих взглядов.

- Сейчас у Игната есть невеста - очень хорошая девочка из богатой семьи, ему под стать. Хотя знаете, - понизила голос Рита, - у него же такая любовь была! Просто невероятная! С моей подругой!

Стало душно.

Мне хотелось крикнуть: «Хватит! Хватит говорить про Игната!» Но я не могла этого сделать. Молчала, делая вид, что мне все равно. Не хотелось говорить при Рите. Появился страх, что она узнает мой голос. Но глупо было надеяться, что они замолчат.

- Ну-ка, расскажи, - еще больше заинтересовалась Мэри. - Обожаю истории любви!

- Отец Игната женился на матери моей подруги, ее звали Ярослава, - начала Рита важно, чувствуя, что все внимание на ней. А я дернулась от звуков собственного имени и снова испортила ноготь. — Между ними прям искрило! Сначала они друг друга ненавидели, а потом стали встречаться. Это не все знали, но я была в курсе. У них такая любовь была - закачаешься просто! А потом моя подруга со своей матерью погибла в страшной автокатастрофе. - Рита понизила голос. - Говорят, они сгорели заживо...

- Помню ту историю! - воскликнула мастер маникюра Мэри. -