Наблюдатель. Фантастическая правда, или Второе пришествие Христа - Валентин Андреевич Логунов

И что особенно ошеломляет: квантовая физика показала (внимание!), что нет принципиального различия между наблюдаемым объектом и наблюдателем. Попытаюсь объяснить, что это значит.

О том, что твердые стандартные блоки физической Вселенной состоят, в основном, из пустого пространства, уже было сказано. Но час от часа не легче! Обнаружилось, что субатомные (составляющие атом) частицы тоже не сплошные и имеют двойственную природу. Не подумайте, что мы имеем дело с гермафродитом. Однако, наблюдаемая частица ведет себя то подобно твердому микротелу, то, как волна. Но ведь так не может быть!!! Частица – твердый объект, имеет массу и занимает определенное место в пространстве. А волна бестелесна и не локализована в пространстве. И тем не менее, электрон, пока его не измеряют и не наблюдают, ведет себя как волна, но стоит подвергнуть его наблюдению, как он тут же превращается (схлопывается) в твердую частицу. Как эти выкрутасы объяснить?

Говоря о ядре атома и электроне, я применил слово „бегающий“. На самом деле наблюдатели не могут зафиксировать движение электрона по орбите. Он покрывает расстояние мгновенно: исчезает в одном месте и возникает в другом. Когда он совершит этот скачок и где именно появится, известно лишь ему и Богу. Вывод из этого: „реальность создается в каждый момент времени из совокупности бесчисленных возможностей“. Сообразили, что к чему? Я – нет. Однако настоящая тайна в том, что „нет ничего в физической Вселенной, что бы определило, какая именно возможность из этой совокупности осуществится“. Микромир – вероятностен и чудеса в нем – это что-то мистическое. Во всяком случае, угадываются точки соприкосновения физики и мистики. Физики говорят: если бы мы умели сосредоточиться на мысли (а мы способны удержать ее всего лишь на несколько секунд), то нам ничего не стоило бы отправить стул перемещаться по воздуху, а грузовик забросить на облака.

Итак, что первично: бытие или сознание? Я мог бы процитировать десятки различных высказываний на этот счет, но все они, в конечном итоге, заканчиваются одним и тем же признанием: сознание – самая сложная вещь, которой веками пытались дать определение, но так и не дали. Физики говорят: мы можем описать все энергии, все частицы в природе, но что потом? Перед нами встанет великий вопрос: что составляет природу разума, сознания, природу Бога? Никто не знает ответа на этот вопрос. Но мы… догадываемся. Будда утверждал: „Все, что мы из себя представляем, – результат наших мыслей. Мы становимся тем, что о себе думаем“. Это одна позиция. Другая: сознание ничто иное, как „интеллектуальная черная дыра“, „побочный продукт“ функционирования мозга», некое «физиологическое происшествие» в процессе эволюции. В общем, аномалия. Отсюда следует вывод: вместе со смертью мозга исчезают и последствия «происшествия». Ученый, стоящий твердо на материалистических позициях, отвергает сознание, прежде всего, потому что его нельзя измерить. Оппонент материалиста, напротив, утверждает: сознание – основа всего сущего, а энергия-материя – продукт сознания; сознание – фундаментальная составляющая Вселенной, не делимой на более простые компоненты. Да, мозг всего лишь органика, серое вещество, оно гниет и превращается, как и тело, в прах. Но нейронные связи каким-то загадочным способом обеспечивают не менее загадочное взаимодействие, в результате мы получаем восприятие, знание, память. При физической смерти тела сознание не исчезает, оно покидает тело и перемещается во Вселенную, пополняя таким образом общий фонд знания, чувств, эмоций Живой материи. В этом и заключается великий смысл физической материи, смысл божественного творения. И впрямь: зачем создавать то, что сгорит, сгниет, не способно чувствовать и творить, подражая Творцу? Зачем и кому нужен голый камень, по которому не ползет ящерица, зачем и кому нужна земля, моря, яблони, если нет человека, который способен наслаждаться и восхищаться дарами Творца?

PS: Ответа Кручинин не получил, переписка не состоялась. Позднее он узнал, что коллега умер сразу после возвращения из Женевы.

Книга 5. Путешествие с Аврамом. Продолжение книги 3-й

Персонажи: Аврам; Лот – племянник Аврама; Сара; Агарь – наложница Аврама; писец – раб Аврама; Наблюдатель; Авимилех – царек Герарский; Ашмур-таклака – ассирийский купец; Елизер – человек из Дамаска, управляющий делами Аврама; хеттеянин, царьки ханаанские; Измаил – дитя Аврама и Агари.

Дневник раба. Часть четвертая

К моему удивлению, Аврам довольно скоро пришел в себя после приключения Сары и унижения фараоном. Не могу утверждать, но, по моему мнению, этому способствовали многочисленное стадо животных, которых он получил в подарок от фараона, а также драгоценности из серебра и золота, к чему господин мой – как бы это помягче сказать? – всегда был неравнодушен.

Мы шли медленно, примериваясь к огромному стаду скота господина и оставляя за собой вытоптанную животными землю. В стороне, километрах в двадцати, с той же скоростью передвигался племянник Аврама Лот, у которого стадо было поменьше, но и не малое. Шли в сторону Вефиля, к месту, где прежде был раскинут шатер Аврама и где он установил жертвенник. Как-то вечером, на полпути до цели, господин послал меня к Лоту с поручением пригласить его на вечеринку. «Скажи племяшу, что я соскучился по нему и желаю угостить его пивом, которое подарил мне хеттеянин. А хетты, скажи Лоту, знают толк в пиве»! Я тут же отправился к Лоту. Однако, тот не обрадовался приглашению дяди. «Чего он задумал? – спросил он меня. – А вернее, не он, а его змея?». Я честно признался, что не знаю истинной причины приглашения и согласился с тем, что повод, безусловно есть, ибо господин мой не настолько сентиментален, чтобы ради пива отвлекать человека от дела.

Я давно хотел сказать несколько слов об этом парне – Лоте. Он мне нравится. Этакий увалень, от которого никогда не ждешь каверзы. По-моему, он не способен навредить кому-то специально, обдуманно. Такие люди не ставят перед собой больших целей, но не потому, что не видят их, а потому что понимают: их достижение потребуют усилий, а порой и жертв как от них самих, так и от других. А они предпочитают жить в покое и равновесии. Предполагаю, этот след в его характере оставили шумеры, среди которых он прожил юные годы. Шумеры