VIP-зона - Эдуард Сероусов

– Я позвоню Барскому, – решительно ответил Максим. – Скажу, что не принимаю его условия. Что готов к последствиям. И что если он хочет войны, он её получит.

– Это рискованно, – нахмурилась Софья. – Он может предпринять более решительные действия, если поймёт, что шантаж не сработал.

– Возможно, – согласился Максим. – Но я больше не буду жить в страхе. Не буду оглядываться через плечо, ожидая нового удара. Пора положить этому конец, так или иначе.

Он посмотрел на этих людей – Софью, её отца, Веронику, – которые поддерживали его, верили в него, готовы были рисковать вместе с ним. И в этот момент он почувствовал странное спокойствие. Что бы ни случилось дальше, он знал, что поступает правильно.

– Давайте проработаем детали, – сказал он, вставая. – У нас мало времени.

Кабинет в "Истоке" был тих и пуст. Максим сидел за столом, глядя на телефон и собираясь с духом для самого важного звонка в своей жизни. Часы показывали 17:55 – до назначенного Барским срока оставалось пять минут.

Дверь открылась, и вошла Софья:

– Ты не должен делать это один.

– Я думал, ты с отцом, – удивился Максим.

– Он понимает, что сейчас я нужнее здесь, – она подошла и положила руку ему на плечо. – С тобой.

Максим накрыл её руку своей, чувствуя, как тепло её прикосновения придаёт ему сил. Странно, но сейчас, перед решающим разговором, он не испытывал страха. Только решимость и какое-то почти радостное возбуждение от мысли, что больше не нужно притворяться, лавировать, искать компромиссы.

– Я люблю тебя, – просто сказал он. – Что бы ни случилось дальше.

– Я знаю, – Софья наклонилась и поцеловала его в макушку. – И я тебя люблю. И горжусь тобой.

Часы показали ровно шесть. Максим глубоко вздохнул и набрал номер Барского. Тот ответил после первого гудка, словно ждал звонка с телефоном в руке:

– Максим! Рад слышать. Ты принял решение?

– Принял, – твёрдо ответил Максим. – Я не подпишу этот договор. Не буду участвовать в вашей схеме с фиктивной продажей через подставную компанию. И не прогнусь под шантажом.

На другом конце линии повисла тишина. Затем Барский медленно произнёс:

– Ты понимаешь, что это значит? Что ты теряешь не только "Красный", но и свою свободу? Что завтра все документы о твоих махинациях окажутся у налоговиков и следователей?

– Это не мои махинации, – возразил Максим. – Это ваши схемы, в которые вы пытались меня втянуть. И да, я понимаю риски. Но некоторые вещи важнее денег или даже свободы. Например, возможность смотреть в зеркало и не презирать человека, которого там видишь.

– Какой пафос, – в голосе Барского прозвучала насмешка, но за ней Максим уловил нотку раздражения. – Неужели ты думаешь, что твои высокие принципы что-то значат в реальном мире? Что они защитят тебя от последствий?

– Нет, – честно ответил Максим. – Не думаю. Но я больше не боюсь вас, Артём Викторович. И не боюсь последствий. Делайте, что считаете нужным. А я буду делать то, что считаю правильным.

Он нажал кнопку "отбой", не дожидаясь ответа. Телефон тут же зазвонил снова – Барский перезванивал. Максим отключил звук и положил аппарат на стол.

– Вот и всё, – сказал он, поворачиваясь к Софье. – Мосты сожжены.

– Чувствуешь облегчение? – спросила она, глядя на него с лёгкой улыбкой.

– Странно, но да, – Максим удивлённо поднял брови. – Словно груз с плеч свалился. Хотя логично было бы паниковать – ведь Барский наверняка выполнит свою угрозу.

– Иногда самое страшное – это неопределённость, – задумчиво сказала Софья. – Ожидание удара, который может прийти, а может и нет. Когда решение принято, когда выбор сделан – появляется ясность. И с ней – спокойствие.

Максим встал и обнял её:

– Ты удивительная. Знаешь это?

– Мне говорили, – она улыбнулась, обнимая его в ответ. – Но от тебя приятно слышать.

Они стояли так некоторое время, держась друг за друга, находя поддержку и силу в этом простом человеческом контакте. За окном начинался дождь – крупные капли барабанили по стеклу, размывая огни вечерней Москвы.

– Знаешь, что мне сейчас нужно? – вдруг сказал Максим. – Вернуться домой. В Торжок. Посмотреть на детский дом, поговорить с теми, кто ещё остался там. Вспомнить, кем я был, когда всё начиналось.

– Своего рода паломничество к истокам? – Софья слегка отстранилась, глядя ему в глаза.

– Что-то вроде того, – кивнул Максим. – Прежде чем идти дальше, я хочу убедиться, что не потерял связь с тем мальчишкой, который когда-то мечтал стать шеф-поваром и создавать настоящую, честную еду.

– Когда ты хочешь поехать?

– Завтра, после встречи с Николаем Зиминым, – Максим помедлил. – Поедешь со мной?

– Конечно, – без колебаний ответила Софья. – Я давно хотела увидеть, где ты вырос.

Они вышли из кабинета и направились к выходу из ресторана. На пороге Максим остановился и оглянулся на зал "Истока" – уютный, элегантный, наполненный теплом и особой атмосферой, которую он создавал с такой любовью. Его первое настоящее достижение, его детище, место, где он мог быть самим собой.

Что бы ни готовил для него завтрашний день, что бы ни предпринял Барский, этого у него не отнять – памяти о том, что он создал что-то настоящее, что-то, чем можно гордиться.

И этого было достаточно, чтобы идти дальше, несмотря ни на что.

ЧАСТЬ III: КУЛЬМИНАЦИЯ

Глава 16: "Возвращение к истокам"

Торжок встретил их моросящим дождём и прохладным ветром. Маленький городок в Тверской области почти не изменился с тех пор, как Максим уехал отсюда десять лет назад – те же старинные купеческие особняки в центре, те же обшарпанные пятиэтажки на окраинах, те же разбитые дороги и неспешный ритм провинциальной жизни.

Такси высадило их у небольшой гостиницы в центре города. Максим расплатился с водителем и посмотрел на Софью:

– Ну что, размещаемся и сразу едем в детский дом? Или сначала перекусим? В городе есть неплохое кафе, если оно ещё работает.

– Давай сначала поедим, – Софья поправила выбившуюся из-под шапки прядь волос. – Дорога была долгой, я проголодалась.

Они оставили вещи в номере – простом, но чистом, с видом на старинную церковь – и отправились в кафе "Лидия", которое, к удивлению Максима, не только продолжало работать, но и заметно преобразилось. Появились новые столики, стильная барная стойка, меню стало разнообразнее.

– Максим Краснов! – воскликнула полная женщина средних лет, выходя из-за стойки. – Глазам не верю! Сколько лет, сколько зим!

– Здравствуйте, Лидия Петровна, – Максим улыбнулся, узнавая хозяйку кафе. – Вижу, у вас тут всё процветает.

– Стараемся, стараемся, – Лидия Петровна всплеснула руками. – А