Дипломат. Игры компромиссов 2 - Владимир Неровитов

Дождь, которым синоптики пугали с самого утра, пока обходил Бонн стороной, но было пасмурно, а тяжелые свинцовые тучи не обещали ничего хорошего. Она схватила депешу, сунула ее в карман фланелевых брюк, накинула легкий плащ и выскочила на улицу. В паре кварталов была стоянка такси. Бритта запрыгнула в первый же автомобиль и назвала адрес советского посольства в Бад-Годесберге.

Она не заметила, что от самых дверей за ней следовал незнакомец на неприметном грязно-сером Опеле. Такси остановилось за пару кварталов до цели. Преследователь не сразу разгадал маневр эстрадной дивы, но когда понял, что она пешком направляется к советскому посольству, медлить стало нельзя. Оценив ситуацию как чрезвычайную, он принял единственно верное с его точки зрения решение.

Пуля, выпущенная женщине в спину, настигла ее в самый последний момент, когда до ворот советской дипмиссии оставалась всего пара метров. Бритта Линднер упала как подкошенная. Киллер никогда не ошибался. В последние мгновения своего пребывания на земле она успела подумать о том, что наконец освободилась от невыносимого бремени, которое ей назначила судьба.

Тишину, установившуюся после рокового выстрела, прервали звуки сирен, крики случайных прохожих, топот охранников посольства и визг шин. Небо разверзлось — на землю хлынул обещанный майский ливень. Несмотря на то, что термометр показывал не ниже двадцати, тяжелые капли дождя показались Кузнецову ледяными. Бритта Линднер не заслуживала такого конца.

До приезда полиции и репортеров у него оставались считанные минуты. Он проверил пульс — ничего. Со всем возможным уважением к артистке Кузнецов обыскал ее карманы. Он нашел сложенный вдвое листок, с которым женщина спешила в советское посольство. Выпрямившись, полковник приказал немедленно накрыть тело простыней. Он не хотел, чтобы массмедиа бесконечно тиражировали безжизненное лицо Бритты. Хотя бы после смерти она имела право на приватность.

Встревоженные экстренным выпуском новостей, Альбина и Серафима Павловна мчались в посольство.

Глава 13

ГЛАВА 13

ЖУРНАЛИСТКА НА ПРИЦЕЛЕ

Убийство Бритты Линднер затмило даже скандал со слитым меморандумом. Каких только спекуляций и интерпретаций не возникло вокруг этого трагического инцидента. Единственное, что писаки не подвергли сомнению: погибшая перебежчица направлялась именно в советскую дипмиссию.

— Ну что, Костя, ставлю десять марок, до конца завтрашнего дня непременно найдется кто-то, кто назовет ее нашей шпионкой, — Кузнецов усмехнулся, глядя в окно.

— Учитывая обстоятельства и личность Линднер, я бы поставил только на сроки, — ответил Стрелец.

— Ты…

— Боюсь, что это это произойдет уже сегодня, — невесело усмехнулся советник. — В Москве стоят на ушах. Некоторые горячие головы вслух сомневаются, сможет ли принимающая сторона обеспечить безопасность Генсека. Как же все это некстати! Что думаешь, сможем погасить волну?

— Зависит от обстоятельств.

— Что ты имеешь в виду?

— Понимаешь, Костя, Линднер шла к нам не просто так.

— Игорь, выкладывай, ты точно знаешь больше, чем говоришь, — Стрелец требовательно посмотрел товарищу в глаза. — Не за политическим же убежищем ее сюда принесло? Или она была неизлечимо больна и решила: умирать, так с музыкой, уходить также ярко, как жила, — со скандалом?

— Костя, мне нужна пресса, — Кузнецов оставил без ответа вопросы советника.

— Она на улице, — Стрелец кивнул на окно. — Ждет комментариев.

— Нужно отвлечь внимание от этого убийства.

— Ничего не понимаю. Линднер была твоим агентом? — в лоб спросил Стрелец.

— Костя, не дури!

— Игорь, не могу требовать от тебя полной откровенности, — советник сбавил тон, — но для того, чтобы привлечь прессу на нашу сторону, я должен знать, в чем дело.

— Пойдем, прогуляемся, — предложил полковник.

Мужчины закрылись в «аквариуме».

— Ты обратил внимание? — заметил Кузнецов, — Дорст молчит.

— Странно, правда. С тех пор как она обнародовала меморандум, из-под ее пера не вышло ни строчки, — Стрелец поделился своим наблюдением. — Начала догадываться? Или боится? Главная расследовательница Бонна просто взяла и сдулась?

— Костя, местных писак контрразведкой не запугаешь. Конституция, свобода слова, права человека… Вспомни, как власти жались во время Олимпиады и чем это закончилось. Нет, здесь что-то другое.

— Что другое? Хозяева «крота»? Англичане? Штази? ЦРУ?

— Не знаю. Одно могу сказать наверняка, она была там…

— Где именно? — переспросил Стрелец.

— На месте… казни, — неожиданно заявил Кузнецов.

— На месте чего? — переспросил Стрелец.

— На месте казни, — повторил Кузнецов, вытаскивая из кармана найденный у Бритты листок. — Я видел, как она прорвалась за полицейское оцепление.

— Долго она там крутилась?

— Нет, как только разглядела, кто стал жертвой покушения, — полковник хлопнул ладонью по столу, — тихонько развернулась, схватила такси, благо, их здесь было много, и уехала, не перемолвившись с коллегами ни словом.

— Вот как⁈

— А накануне она встречалась с помощником канцлера, — продолжал Кузнецов.

— Откуда ты знаешь?

— Я видел.

— Случайно?

— Так совпало, — неопределенно ответил Игорь Прокопьевич.

— Почему ты обратил на это внимание? Разговоры с политиками и чиновниками — ее работа. Не преувеличиваешь?

— Я заметил, что она кого-то караулит около Дворца и сильно нервничает. Решил задержаться. Когда из подъезда вышел Гийом, она стремительно бросилась к нему.

— Гийом? Это тот, который правая рука Вилли? — Стрелец не мог признаться товарищу, что осведомлен о роли этого человека.

— Тот самый. И по нему было видно: он страшно недоволен… Даже не так — он вообще не ожидал ее увидеть и сделал все, чтобы избавиться от девчонки как можно быстрее.

— Может, ты еще и слышал, о чем они говорили? -советник уставился на собеседника.

— Далековато стоял… Но и без слов все выглядело достаточно красноречиво. Она на него наезжала, требовала чего-то. Он был груб и в какой-то момент даже сделал ей больно.

— Разборки любовников? Но ведь Гийом слывет образцовым семьянином⁈

— Кому и когда это мешало? Но мне так не показалось.

— Игорь, ты полагаешь, что он и есть ее источник?

— Наверняка. Мне трудно поверить в простое совпадение. Да и факты говорят об обратном, — полковник кивнул на лежащую между ними шифровку.

Стрелец в третий раз перечитывал приказ о ликвидации Агнеты Дорст. Он был в растерянности. Не столько от того, что Берлин решил подчистить хвосты за своим агентом и принял столь радикальное решение, сколько от другого: как этот документ вообще мог оказаться у скандальной Бритты Линднер и почему она несла его