Танец на ножах - Мэри Кенли

— Ты такая красавица, Либерия, - восторженно проворковала Индра, - все только о тебе и говорят. Уверена: чуть позже я получу ещё больше комплиментов о том, насколько хороша моя старшая дочь.

В тот момент мама казалась особенно гордой. Признание общественности, за которым она всегда гналась… Было получено ею через меня.

— Почему? – выпалила Имма, до боли прикусив нижнюю губу. – Почему меня не взяли на дамский вечер?!

— О, дорогая… - Индра запнулась, растерянно оглядываясь на мужа.

— Мы это уже обсуждали, Имма, - Варис проявил несвойственную ему твёрдость, - приглашение было предназначено Либерии. Ты не могла просто так поехать с ней. Это грубо.

— Но… Но… - она затравленно посмотрела на Патрокла, но даже он не в силах помочь младшей сестрёнке.

Не скрою – её беспомощность приносила приятные ощущения.

— Но почему меня не пригласили?! – Имма на самом деле топнула ножкой, а глаза её покраснели.

Да, у неё был менталитет избалованного ребёнка. Девушка привыкла вести себя, словно маленькая принцесса, которой все непременно потакают. А теперь она столкнулась с неловким молчанием семьи.

Я улыбнулась, с удовольствием пробуя кусочек десерта. Отец и мать не могут сообщить очевидные вещи… Весь род Гарди держится на моей популярности.

Для Альянса я успешно заняла пьедестал идеальной героини. Они сочиняют чарующие песни обо мне, присылают подарки в поместье… Некоторые молодые люди на полном серьёзе захотели стать моими рыцарями.

То, чего отчаянно жаждала Имма – досталось мне за краткий срок. Но я всё равно не чувствовала себя счастливой.

Нет любящей семьи. Нет привязанностей. Есть только опостылевшая слава, ценность которой умещается в медную монету.

Глава 21

Я вальсировала в зеркальной комнате, любуясь переливами сиреневого платья. Шаг вправо, два шага влево, отклониться назад… Светлячки витали рядом, прятались в моих струящихся волосах, донося интереснейшие вести…

«— Мамочка, это несправедливо, мамочка!» - голос Иммы.

«— Она никогда не станет моей настоящей сестрой» - Патрокл.

«— Так… Надо» - неуверенные голоса родителей.

Я слушала всё это и игриво ожидала, когда же церемониймейстер позовёт меня. В груди пробита сквозная дыра и ледяной ветер через неё продувает каждый клочок промозглой пустоты.

Я просто плыла по течению, потеряв глобальную цель в жизни. Лишь одно было известно наверняка: сценарий моей судьбы ни капли не сказочный. Потому как в сказках остаётся извечное: «… и жили они долго и счастливо». Где же оно теперь? Точно не со мной.

Я хочу, чтобы меня любили по-настоящему. Не «за что-то», а «просто так». Беззаветная любовь родителя к ребёнку… Когда-то я в неё верила. И даже находясь в Агоне, меня спасали надежда и сладкие мечты.

Но тёмные земли помогли прозреть и взглянуть на Альянс по-иному. В конце концов, здесь крылось всё то же презренное лицемерие. За нежными улыбками скрывалось жестокое безразличие. И я… Кажется, совсем потеряла надежду.

— Раз, два… Три. – резко замерла, оборачиваясь лицом к двери.

Светлячки мигнули и исчезли. Через несколько мгновений зашёл церемониймейстер:

— Леди Либерия… Прошу вас, Его Высочество ожидает.

Робкая улыбка расцвела на моих губах. Я вышла из комнаты к Клайву и аккуратно положила ладонь на изгиб локтя молодого человека. Четвёртый принц был мрачен, но взгляд его ненароком скользнул по моей тонкой талии и смягчился.

Я знала, что он считает меня красивой, но борется с очарованием, проявляя завидное упрямство. Не хочет предавать Имму? Иронично, ведь никто не позволит ему принимать решения.

Мы торжественно вошли в светлый зал, где громкий голос церемониймейстера возвестил главное: дату свадьбы. Наше бракосочетание произойдет через два месяца. Довольно скоро, если призадуматься…

Совсем рядом можно разглядеть просветленные лица короля и королевы АльСво. Верховный Отец Ордена Защитников (дряхлый старик в тяжелых золотых одеяниях) также присутствовал среди благородных гостей вечера. В следующий раз я увижу его на собственной свадьбе, ибо именно он проведёт церемонию.

Это считалось большой честью даже для принца. Особенно для такого, как Клайв. Я уже успела немного разобраться с политической обстановкой страны и в одном была уверена: на Клайва не возлагают никаких надежд. Можно сказать, что он просто удобная марионетка собственных родителей. Ему не позволят превзойти старших братьев и, лучше всего для принца – жить тихо, не привлекая излишнего внимания.

Брак с героиней Гарди, в данном случае, исключительная удача. Но ему придётся провести всю жизнь в тени супруги… Я мало что знала о Клайве и его истинном характере. Но мне было интересно: сможет ли он продержаться, с учетом всех аспектов? Поживём – увидим.

Принц подал мне руку. Мы должны открыть танцевальный вечер: первые минуты покружиться вдвоём по залу, затем приглашая остальных гостей присоединиться.

Я смотрела на Клайва так, будто мне нравятся его потеющие ладони и невыразительно поджатые губы. Имитировать счастье, на самом деле, совсем не сложно.

Зал полнился взглядами, жестами, шепотками… Яркими огнями рябил в моих глазах. Но даже так, я успела выхватить милое, но искаженное личико Иммы.

Ненависть… Как много восхитительных оттенков ненависти способны выдать люди. Временами это даже завораживает. Клайв наклоняется ко мне чуть ниже, силится что-то промолвить, но, в итоге, беспомощно замирает, утопая в моём взгляде.

Его удивительно легко читать. Принц, вернее всего, хотел сказать, что очень привязан к Имме – но так и не смог. И, в момент, когда наши взгляды соприкоснулись… Я вдруг ощутила острое вмешательство. Будто нечто сильное и злое внимательно наблюдает за каждым моим действом, ощерившись тонкими ядовитыми иглами.

От кого именно исходит эта впечатляющая аура? К сожалению, прямо сейчас я не могла выяснить.

Танец, наконец, прекратился и Клайв послушно отвёл меня к родным. Со всех сторон тотчас посыпались поздравления.

— Леди Либерия, сегодня столь светлый день!

— Ваше свадебное платье, должно быть, будет особенным?

— Самая красивая невеста этого года! АльСво гордится вами…

Я улыбалась. Отвечала почти невпопад. Отмечала усиливающуюся гордость в глазах Индры. И… Хотела сбежать.

Губы Патрокла кривятся в брезгливой гримасе, Имма едва сдерживает слёзы и, кажется, жестами пытается подать знак Клайву…

«Устала» - тяжкий вздох всё-таки сорвался с губ, - «очень устала».

— Папа… У меня болит голова. Я пойду в комнату отдыха, - тихо проронила, обращаясь к главе семейства.

Он даже не растерялся:

— Ну, разумеется, Либерия. Твоё здоровье важнее всего…

Высший свет интересуется только торжественными заявлениями. Но никому нет дела до «героини», которая мается от