Аскетические творения. Послания - Феолипт Филадельфийский

радость только в созерцании красоты Его, как [вечно] Пребывающего, Высочайшего и Желанного по природе566. А потому [такой ум] не рассуждает и не мыслит ни о чем из [тварных] сущих, поскольку его рассуждающая сила пребывает бездействующей вследствие своего соединения со Сверхсущим и Находящимся превыше всякого ведения Богом567. Он обретает свое наслаждение только в непостижимом созерцании Его и в горячей любви к Нему; озаряемый сладчайшей и неизреченной Красотой и Светом, струящимся оттуда, ум приходит в состояние покоя, ибо [Писание] гласит: «Насыщуся, внегда явити ми ся славе Твоей» (Пс. 16, 15).

2. Так действует ум, сообщающий мощь силе разума, и так он подвергается действию, будучи [тесно] связан теплой любовью к Богу. Но когда он, устремляясь к телесным органам чувств, достигает [области] чувств посредством восприятия чувственных [вещей], то тогда если он сделает разум главой чувств, этот разум сочетает с собою желания и успешно исполняет то, о чем было сказано выше, а поэтому ум достигает преуспеяния, как мы показали. Однако же если ум склоняется к вожделению чувственных [вещей] посредством чувства, лишенного разума, то желание, прилепившись с помощью нашего свободного произволения к неразумному чувству, соделает мощным восстание плоти против души. А когда господствует закон плоти568, то он делает ум горделивым, тщеславным, лицемерным и человекоугодливым, а разумение — лукавым, суетливым, всей своей силой придумывающим различные способы наслаждения и усердно трудящимся над изысканием этих способов и над исполнением [греховного] вожделения, которое есть не что иное, как удовольствие плоти569. Плотское же удовольствие есть вожделение, осуществляемое в членах тела, и оно называется наслаждением.

3. Итак, ум, облачившись в одеяние чувства и через него неразумно обольщенный вожделением чувственных [вещей], предается наслаждению, связанному с телом и чувственными [предметами]. А так как у ума нет действенных средств570 для осуществления плотского наслаждения, то он услаждается в мысли с помощью неразумного мечтания и помыслов. Ведь вожделение души, отвергшей от себя разумное различение (поскольку она [тесно] сочеталась с неразумным чувством) и резко обратившейся к наслаждению, запечатлевает в мысли посредством действия тела сластолюбивые помыслы [угождения] плоти, а посредством мечтания о чувственным образом соделанных поступках сковывает ум и запирает его [в самом себе], возбуждая помыслы, которые творят образы осуществляемых реально деяний, присущих порочным наслаждениям. И когда мечтание, рождающее помыслы мокротных способов наслаждения571, задерживается в мысли, тогда ум, приходя в постыдное состояние, [гнусным образом] услаждается и наслаждается, не действуя [так, как свойственно ему]. Ведь то, что осуществляется посредством чувств и чувственных вещей, ум совершает посредством мечтания и помыслов; когда преизобилуют [эти чувственные вещи], то легко осуществить вожделенное наслаждение, но когда они отсутствуют, тогда ум исполняет в помыслах то, что совершал бы телесным образом.

4. Поэтому тот, который желает иссушить плотское наслаждение, украсить тело святостью и содержать его в чистоте, должен всегда стараться избегать [назойливого беспокойства своих] органов чувств, посредством каковых чувственное наслаждение действует в [наших] членах, пригвождая ум к чувственным [вещам]572. Ибо ум, избегая внешнего и сосредотачиваясь на внутреннем, восходит к самому себе; затем он общается со своим словом, которое естественным образом сокрыто в его мысли, а через это слово, сущностным образом живущее в нем, сочетается с молитвой, посредством которой восходит к ведению Бога вместе со всей своей любящей и силой и внутренним расположением [души]573. Тогда он удаляется от плотской похоти, делает бездейственным всякое чувство, связанное с наслаждением, а цветущая красота земли представляется ему тягостной. Ибо душа, оставив позади себя все телесное и все, что окрест тела, оказывается потом перед Красотой Христовой, следуя за умом вместе с делами святости и чистоты мысли. Она поет: «Приведутся Царю девы вслед Его» (ср. Пс. 44, 15), представляя себе Христа, видя Его пред собою и говоря: «Предзрех Господа предо мною выну» (Пс. 15, 8); прилепляясь ко Христу любовью, она восклицает: «Господи, пред Тобою все желание мое» (Пс. 37, 10), а всегда устремляя взор свой ко Христу, вопиет: «Очи мои выну ко Господу» (Пс. 24, 15); беседуя со Христом через чистую молитву, услаждаясь Им и радуясь Ему, она изрекает: «Да усладится Ему беседа моя, аз же возвеселюся о Господе» (Пс. 103, 34). Бог же, принимая молитвенную беседу [души], как Тот, Кого возлюбили, Кого назвали по имени и у Кого домогаются помощи, дарует просящей душе неизреченную радость. Ведь душа, [всегда] помнящая о Боге в молитвенной беседе своей, обретает радость от Господа, как гласит [Писание]: «Помянух Бога и возвеселихся» (Пс. 76, 4). Не могут иноземцы общаться друг с другом без толмача, ибо не понимают речи друг друга, — так и ум не может наслаждаться чувственными вещами без телесных чувств; не может он также услаждаться в мысли душевным вожделением помыслов без мечтания о приятных [предметах].

5. Поэтому беги от чувств — и ты соделаешь бездейственным наслаждение чувственными [вещами]. Избегай и мысленных мечтаний о [предметах] приятных — и ты соделаешь бездейственным услаждение в помыслах. Когда ум пребывает немечтательным, не позволяя себе быть сформированным и запечатленным ни способами [возможных] наслаждений, ни похотливыми помыслами, он обретается в простоте. Оказавшись превыше всего чувственного и умопостигаемого, он возносит [свою] мысль к Богу, не произнося ничего другого, кроме имени Господа, и постоянно [повторяя его] в глубине своей памяти, как чадо призывает отца своего574. Ведь [Писание] гласит: «И воззову о имени Господнем пред Тобою» (см. Исх. 33, 19). И как Адам был создан Богом из праха земного и стал душою живою благодаря вдыханию Божиему (см. Быт. 2, 7), так и ум, образованный добродетелями, частым призыванием Господа от [всей] чистой мысли [своей] и воспеванием от теплого расположения [души своей] изменяется Божественным изменением — он оживотворяется и оббживается благодаря ведению Бога и любви к Нему.

6. Бог Слово, сотворив ум разумным, сочетал с ним и силу любви, чтобы разум естества575, пользуясь содействием любовного желания души, совершал благие деяния, а также дабы добродетели, наложенные, подобно краскам, на образ (икону), могли сохранить подражание Божественного образа, а тем самым соблюсти [в человеке то, что] «по образу» и «по подобию» (см. Быт. 1, 26)576. Ибо «по образу» обнаруживается в достоинстве разума, а любовью добывается Божественное подобие. И разум (слово) узнаёт истину, поскольку [Писание] гласит: «Начало словес Твоих истина» (Пс. 118, 160), а «любовь назидает» (1 Кор. 8, 1). Всякое неложное ведение возводит к истине, а всякое исполняемое [нами] благо приводит к любви. Разум посредством ведения сущих доставляет ум к Причине сущих, то есть к истинному