Часть 4. Современная поэзия - Коллектив авторов

 на белом свете разно жили:

Те враждовали меж собой,

 а эти искренне дружили.

Теперь на их устах печать,

 печать земли на их могилах,

И даже будь у них слова —

 разжать уста они не в силах.

Май 1932 г.

Источник: "Сорок поэтов", 1978

Клеймо ("Я боюсь оглянуться назад...")

Я боюсь оглянуться назад,

"Жизнь — обман", — говорю невпопад,

Боль мне выжгла на сердце клеймо, —

Что есть жизнь, сердце скажет само.

Я клеймо ощущаю нутром,

Жжет клеймо ядовитым огнем,

Вырывается песнь из огня,

Песнь о горе, согнувшем меня.

Эту боль я обязан терпеть,

Эту боль — преступление петь!

Ты живи, тугоух, толстокож,

Принимающий правду за ложь!

Пить всю горечь и видеть все зло —

Вот отныне мое ремесло.

Задыхаясь, я сердце возьму

И его над землей подниму.

1932

Источник: "В поисках звезды заветной", 1988

Песчинка ("Тебя уносит ветер вдаль, как прежде уносил...")

Тебя уносит ветер вдаль, как прежде уносил,

И не тебе решать дано, как быть с твоей судьбой,

И о ненужности всего, бесплодной трате сил

Скорей забудь, как о пути, что избран был тобой.

С восхода солнца долгий день ты с ветром заодно,

Когда же станет над землей беззвездно и темно,

К травинке ты прильнешь щекой с надеждой и тоской,

Движенью тоже иногда необходим покой.

Март 1932 г.

Источник: "Сорок поэтов", 1978

Плеть ("Чудо-цветы на мечты похожи...")

Башмак железный у осла

Отполирован добела,

Мешок холщовый на спине

Все тяжелей и тяжелей,

На сердце маета.

Хозяин плетью больно бьет,

Остановиться не дает,

Как будто за его спиной

Его хозяин держит плеть,

Такую же, как та.

1942 г.

Источник: "Китайская поэзия (Л. Черкасский)", 1982

Старая лошадь ("Надо бы просто сказать: полно арбу нагружать...")

Надо бы просто сказать:

Полно арбу нагружать,

Лошади тяжело, все тело ее свело,

Но лошадь молчит, тяжело опустив голову.

Что завтра случится с ней?

Станет еще больней?

Лошадиное сердце в слезах, плеть мелькнула в глазах.

И лошадь смотрит вперед, вскидывая голову.

Апрель 1932 г.

Источник: "Пятая стража", 1975

Три поколения ("Сын копошится в земле...")

Сын

Копошится в земле,

Отец

На земле проливает пот,

Дед в земле уж который год.

Источник: "Сорок поэтов", 1978

Дай Ваншу (1905-1950)

Дай Ваншу называли "поэтом дождливой аллеи". Он долго шел по бесконечной "дождливой аллее" несбыточных грез и надежд, завороженный музыкой, красками и образами французского символизма. Но в последние годы жизни в его сознании произошел перелом: он почувствовал свою сопричастность общей борьбе. Арестованный за непокорность японскими оккупационными властями в Гонконге, Дай Ваншу писал в тюремной камере: "Если я здесь умру, не надо печали, друзья. Я был полон ненависти, и вы должны это помнить всегда" ("Надпись на тюремной стене".) Поэзия Дай Ваншу была созвучна времени, в ней видны его приметы, хотя выражены они не непосредственно. "Поэзия, — говорил Дай Ваншу, — не просто действительность и не просто воображение", "поэзия возникает в том случае, когда действительность пройдет сквозь призму воображения". Дай Ваншу — автор нескольких стихотворных сборников: "Мои воспоминания" (1931), "Наброски Ваншу" (1934), "Стихи Ваншу" (1937), "Годы бедствий" (1948). В 1958 г., уже после смерти поэта, были изданы его "Избранные стихотворения".

Дай Ваншу чужды космические масштабы, он неподражаем, когда "созерцает жизнь и ее таинства в пятне полета белой бабочки или в томительной музыке крошечного зяблика"; его единственная тема — мятущийся человек и неосуществимая мечта.

Заброшенные могилы, старый безмолвный сад, разбитое сердце, бледное лицо, уснувшая рыба, печальная осень — лексический ряд поэзии Дай Ваншу. Он видит мир глазами символиста: "сухие ветки стонут под холодным ветром"; "мы станем говорить с тобой о радости и горе темного царства мертвых"; "своими бесчисленными глазами слабые одряхлевшие мухи всматриваются в сумрак" и т. д.

Дай Ваншу близка поэзия Поля Верлена и Франсиса Жамма, певца единения человека с природой. Но, испытав на себе влияние французской поэзии, Дай Ваншу остался поэтом китайским. Многие образы лирики Дай Ваншу имеют чисто китайское происхождение. Одинокий путник, высокая башня, холодный ветер — излюбленные образы древнекитайской поэзии.

Соединенные с символикой XX в., они неожиданно приобрели новое звучание. На такой эффект, видимо, и рассчитывал Дай Ваншу. Он писал: "В старом тоже можно найти новые настроения". "В его всегда меланхолических и звучащих глубокой тоской стихах, — писал А. М. Горький о Верлене, — был ясно слышен вопль отчаянья, боль чистой и нежной души, которая жаждет света, жаждет чистоты..." Эта характеристика применима и к Дай Ваншу, потому что Горький говорил не о масштабности Верлена и не о его таланте, а о совести художника.

Источник: "Сорок поэтов", 1978

* * *

Китайский поэт. Родился в 1905 г. Учился во Франции. На его творчество оказали большое влияние французские символисты. Особенно близка ему была поэзия Поля Верлена и Франсиса Жамма. Печататься начал с 1922 г.

В 1936-1937 гг. Дай Ваншу был редактором журнала "Новая поэзия" ("Синь ши"). В 1937-1945 гг. жил в Гонконге. За свои патриотические выступления был арестован японскими оккупационными властями. После образования КНР жил в Пекине. Дай Ваншу переводил французских (Ф. Шатобриан, П. Мериме) и испанских авторов (В. Бласко Ибаньес, Ф. Гарсиа Лорка). Умер в 1950 г.

Источник: ru.wikipedia.org

Перевод: Черкасский Л.Е.

Дождливая аллея ("Под зонтиком мокрым блуждаю один...")

Под зонтиком мокрым блуждаю один по аллее,

По длинной пустынной аллее

С надеждой великой

Девушку встретить,

Которая грусть пронесла,

Как гвоздику.

Лицо ее было подобно гвоздике,

И аромат был похож на гвоздику,