Император Пограничья 7 - Евгений И. Астахов

— А вот это уже моя забота, — усмехнулся я. — Пойдёмте на склад.

В просторном и охраняемом помещении я отыскал несколько стальных болванок — заготовки для будущего производства. Вдохнув, положил руку на холодный металл.

— Отойдите немного, — предупредил я спутника. — Процесс энергозатратный, могут быть побочные эффекты.

Закрыв глаза, я сосредоточился на структуре стали. Железо и углерод в строгой кристаллической решётке. Нужно изменить саму суть металла, перестроить атомы, заменить железо титаном. Заклинание Рудная трансмутация откликнулось.

Сталь под моими руками начала меняться. Тёмный блеск сменился серебристо-белым отливом, металл стал легче, но прочнее. Рудная трансмутация пожирала энергию с пугающей скоростью, и это при том, что я всего лишь менял один обычный металл на другой. Попытка превратить сталь в Сумеречную сталь или любой другой вид Холодного железа попросту невозможна — природа этих металлов слишком отличается от обычных, их структура завязана на магических принципах, недоступных для трансмутации. Или, по крайней мере, за свою жизнь я так и не нашёл варианта сделать это.

Через несколько минут передо мной лежал слиток чистого титана.

Грановский осторожно прикоснулся к преображённому металлу, словно не веря своим глазам:

— Невероятно… Никогда не слышал о подобном, тем более не видел своими глазами…

— Это ещё не всё, — я взялся за титановый слиток обеими руками. — Теперь нужно придать форму.

Металл потёк в моих руках, как глина в руках гончара. Только вместо гончарного круга — моя воля и магия. Я формировал стенки будущего резервуара, создавал рёбра жёсткости, приваривал крепления.

— Какой объём нужен? — спросил я, не отрываясь от работы.

— Литров пятьдесят на секцию, — быстро ответил инженер. — С герметичной крышкой и сливным краном внизу.

Я кивнул, корректируя форму. Добавил резьбу для крышки, сформировал кран с запорным механизмом. Через несколько минут первый резервуар был готов — идеально гладкий, без единого шва, способный выдержать любую коррозию.

— Сколько всего нужно?

— Для полной системы — двенадцать штук, — ответил Грановский, всё ещё разглядывая готовое изделие с восхищением. — Но это… это превосходно! С такими ёмкостями система прослужит десятилетия!

Я прикинул оставшиеся силы. Ещё одиннадцать резервуаров потребуют почти весь мой резерв. Но это того стоило — спринклерная система могла стать решающим фактором в обороне.

— Хорошо, — решился я. — Давайте ещё стальных заготовок. Закончим сегодня.

Следующие два часа я превращал сталь в титан и формовал резервуары. С каждым разом процесс шёл легче — руки запоминали нужные движения, магия текла ровнее. К концу работы я едва держался на ногах, но все двенадцать ёмкостей были готовы.

— Вячеслав Сергеевич, — обратился я к инженеру, опираясь о стену. — Хочу поблагодарить вас за проделанную работу. То, что вы создали за эти дни… Это спасёт сотни жизней.

Грановский смущённо кашлянул, но в глазах светилась гордость:

— Я просто выполнял свой долг, воевода. Но спасибо за доверие и поддержку. Без геомантов и вашей помощи мы бы не успели и половины.

— Не скромничайте, — улыбнулся я. — Ваши знания и опыт бесценны. Надеюсь, после Гона сможем продолжить укрепление острога по вашим планам.

— Было бы честью, — искренне ответил инженер.

Мы пожали руки, и я направился к роще Светобоя на окраине острога, как уже неоднократно делал за прошедшие недели. Ноги едва держали — создание двенадцати титановых резервуаров выжало из меня почти весь магический резерв, но удовлетворение от проделанной работы грело душу. Угрюм был готов к обороне настолько, насколько это вообще возможно. Оставалось только ждать и надеяться, что всех наших приготовлений окажется достаточно.

Саженцы за прошедшие недели заметно подросли, их светло-коричневая кора пульсировала слабыми вспышками синеватого свечения даже днём. Я опустился на землю между деревьями, прислонившись спиной к одному из стволов.

Закрыв глаза, погрузился в медитацию. Светобой откликнулся на моё состояние — пульсация света участилась, словно деревья делились своей энергией. Я чувствовал, как магический резерв понемногу восполняется. Не так быстро, как при поглощении Эссенции, но для пассивного восстановления — удивительно эффективно. Высадка этих Пустодрев уже многократно себя оправдала.

Странное ощущение — будто деревья узнавали во мне того, кто дал им жизнь в этом месте. Их свет обволакивал, успокаивал, помогал собрать растраченные силы. Через час медитации я почувствовал себя значительно лучше. Резерв восстановился примерно на треть, зато изнурение отступило.

Поднявшись, я с благодарностью коснулся ближайшего ствола. Светобой будет не только стражем против Бездушных, но и источником поддержки для защитников острога.

Покинув рощу, я направился на поиски Голицыной. Нужно было обсудить ситуацию с шахтой. Приближение Гона требовало пересмотра всех планов, особенно тех, что связаны с работами вне стен острога.

Княжну я обнаружил у себя в комнате за чашкой чая, склонившейся над расчётами. Рядом лежали образцы породы и несколько слитков Сумеречной стали — результат недавней плавки.

— Василиса, — окликнул я её, — как дела на шахте?

Геомантка подняла голову, и я заметил усталость в её глазах:

— Продвигаемся. С момента последнего доклада углубились ещё на полтора метра, вынули около шести кубометров породы. Это примерно двадцать восемь тонн руды.

— И сколько чистой стали получили?

— Вторая плавка дала ещё сто двадцать килограммов, — ответила Василиса, указывая на слитки. — Итого у нас двести семьдесят килограммов готового металла. Неплохо для начала, но…

— Но придётся остановиться, — закончил я за неё.

Княжна удивлённо вскинула брови:

— Что? Почему? Мы только начали нормально работать!

— Гон начнётся со дня на день, — пояснил я, присаживаясь на край стола. — Шахта вдали от стен. Даже с охраной это слишком рискованно. Представь — Бездушные атакуют рабочих, охрана отбивается, а в это время основная волна идёт на острог. Мы не сможем оперативно помочь.

Голицына нахмурилась, но возразить было нечего. Логика была железной.

— Сколько людей сейчас работает в забое?

— Двенадцать рабочих, два геоманта по сменам, шестеро охранников, — перечислила она. — Двадцать человек, которых придётся срочно эвакуировать при нападении.

— Вот именно. А теперь представь панику, давку в узком штреке, обвалы от магических атак…

— Хорошо, я поняла, — вздохнула Василиса. — Когда сворачиваемся?

— Завтра с утра начинайте консервацию. Вынесите всё оборудование, инструменты, оставшуюся руду. Устье замаскируйте, но так, чтобы после Гона можно было быстро расчистить.

— Разве бездушные заинтересуются шахтой? — удивилась геомантка.

— Они, вряд ли, — покачал я головой. —