Машина смерти - Джин Мастейн

Полицейский и агент ФБР усмехнулись в ответ, а Кенни произнес: «Отсоси себе сам. Придурок».

Постоянная слежка за Нино и Роем была невозможна и, более того, неоправданна, поскольку против них не было возбуждено дело. Тем не менее, когда позволяло время, Кенни, Тони и некоторые их сослуживцы брали след – настолько часто, что в итоге это стало беспокоить Роя.

Однажды днем около «Джемини» Рой решил высказать Кенни все, что он думал. Он припарковал машину рядом со стареньким «пинто», в котором находились Кенни и еще два детектива.

– Ты чего мне яйца зажимаешь? Чего тебе от меня надо?

– Много чего, – отвечал Кенни.

– Куда ни пойду, везде ты! Куда ни посмотрю, опять ты! Зачем ты попусту тратишь время? Я ведь никого не трогаю.

– Я слышал другое.

– Ты слышал что-то не то. Ты ни разу не видел, чтобы я сделал что-нибудь нехорошее. Зачем тратить на меня время? Ты знаешь всех, но тебя никто не знает!

– Да, я такой загадочный. Особенно когда сижу в этой машине.

– Никогда не поверю, что кто-то мог наболтать обо мне хоть что-нибудь плохое.

– Бедный Рой. Никто-то тебя не любит.

Слежка раздражала Роя, но все же в меньшей степени, чем пренебрежение Пола и хроническое нежелание принять его в «семью». Его страшно злили высказывания Пола о его, Роя, непредсказуемости. Он-то считал себя предсказуемым, как восход солнца, и крайне дисциплинированным. Он руководил результативной бандой и усердно трудился. Не что иное, как его «дисциплинированность» по отношению к таким информаторам, как Андрей Кац, заставляло денежки литься рекой в карманы Нино и «Водяного мозга».

В 1977 году он сделал неутешительный вывод о том, что единственным способом переубедить Пола будет зарабатывать для него еще больше денег. Это требовало новых методов работы, и как только он начал обдумывать их, решение само пришло к нему со стороны Дэнни Грилло, пятидесятилетнего угонщика грузовика со «Смит-Вессонами», которого он в свое время взял в банду в расчете на то, что когда-нибудь бывший зек старой закалки окажется ему полезен.

Когда-то Дэнни трудился на подземных работах по прокладке туннеля, куда обычно нанимали в основном американцев ирландского происхождения. Выпивая с коллегами, он познакомился с несколькими членами банды, которая вершила дела в Адской Кухне – квартале, где выросли Мэри Гаджи и Джордж Рафт, в Вест-Сайде на Манхэттене. Это был район доходных домов, складов и мелких фабрик, тянувшихся от 34-й до 57-й улицы и от 8-й авеню до Гудзона. Вестсайдской бандой заправляли потомки ирландцев – многие годы их предки вели жестокие войны с «семьей» Гамбино и другими мафиозными бандами, стремившимися взять под контроль азартные игры, ростовщичество и вымогательство на этой территории. В преступном мире банду из Вест-Сайда называли «ирландской мафией», пока один следователь по уголовным делам, Джозеф Коффи, знавший толк в работе на публику, не придумал другое название, которое в результате и прижилось: «западлячки».

В тюрьме Дэнни Грилло познакомился с Джеймсом Кунаном, амбициозным молодым «западлячком», питавшим давнюю злобу к боссу банды. После того как Дэнни и Кунан вышли по условно-досрочному освобождению, они стали встречаться в барах вроде «Джемини» на Вест-Сайде. Так Дэнни узнал, что Кунан и его подельники мечтали о том, как бы стать самыми влиятельными «западлячками». Наконец он рассказал Рою, что есть такая группировка, не знающая пощады, но испытывающая недостаток в финансировании.

Там, где Дэнни видел лишь интригу, Рой узрел возможность. Если бы он выступил спонсором Кунана и помог ему взойти на вершину влияния, Кунан мог бы разделить власть над Вест-Сайдом с «семьей» Гамбино. Рой уже видел новые каналы обогащения для Пола и ту самую, вожделенную пуговицу для себя.

«Сведи-ка меня с этим пареньком, – сказал он. – Глядишь, у нас с ним что и получится».

Несколько встреч состоялись в трейлере рядом с очистными канализационными сооружениями на Уордс-Айленде, островке на Ист-ривер, на котором также располагалась Манхэттенская государственная больница для умалишенных. «Западлячок», работавший на очистном сооружении, сообщил Рою, что подводные течения, омывавшие остров, были настолько стремительными, что если тело должным образом «откупорить» – то есть проткнуть брюшную полость и легкие, – то оно утонет, и его унесет за южную оконечность Манхэттена и далее в открытый океан, и оно за все это время ни разу не всплывет на поверхность, глубоко и навечно упокоившись «среди рыб».

В отличие от своих последователей, тридцатилетний Джимми Кунан вышел из уважаемой семьи представителей среднего класса (в этом они с Роем были схожи). Его отец служил бухгалтером по налогообложению в Адской Кухне. Кунан рассказал Рою, что в высших кругах власти среди «западлячков» царит неразбериха из-за того, что некий Микки Спиллейн фактически ушел в отставку. Помимо того, что Микки Спиллейн являлся полным тезкой популярного писателя, автора детективных романов, родившегося в Бруклине, он был еще и ирландским Карло Гамбино в 1960-х годах – начале 1970-х.

Кунан терпеть не мог Спиллейна, потому что тот избил его отца, когда Кунану было девятнадцать лет. Он поклялся убить Спиллейна, но был пойман при подготовке убийства кого-то еще и попал в тюрьму. Спиллейн тем временем начал сдавать; в свои пятьдесят три года он уже покинул Адскую Кухню. Многие его партнеры пошли своим путем; место рулевого пустовало.

Рой понял, что заключить сделку с Кунаном будет легко. Однако на того, по-прежнему не уверенного в себе, наводили откровенный ужас даже простые встречи с партнерами «семьи» Гамбино. В тюрьме Кунан сдружился со многими итальянцами и пришел к выводу, что ирландские преступники могли бы добиться гораздо большего, если бы у них были традиции в духе мафии – обеты, правила и ритуалы. Он так и сказал своей группе: они могут властвовать над всем Вест-Сайдом, если заключат союз с «бруклинскими итальянцами».

Рой дал Кунану ссуду в пятьдесят тысяч долларов, чтобы тот, в свою очередь, мог сделать несколько ощутимых займов в барах Вест-Сайда. Затем каждый из них отобрал из своей банды несколько человек, и эта объединенная шайка угнала фуру, груженную новомодной электроникой – видеомагнитофонами, стоившими тогда по тысяче долларов за штуку, – а выручку поделила.

Дорога к заключению союза была вымощена деньгами; кровь должна была окончательно скрепить его. Как Нино привязал к себе Роя убийством распространителя фильмов для взрослых Пола Ротенберга, так Рой намеревался привязать к себе Кунана убийством того, кто жестоко обошелся с его отцом, – Микки Спиллейна.

Засаду устроили вечером в пятницу,